Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Мужчина, пристально уставившийся уцелевшим глазом в потолок палаты, кивнул. Из дыры в лице, там, где раньше должен был находиться рот, вырвался свистящий звук. Он смешался с шумом аппарата для поддержания дыхания: трубки торчали из покрытых корками ноздрей. Я снова смущенно откашлялся, не зная, что сейчас делать. Мой комбинезон шуршал при каждом движении. В комнате пахло дезинфицирующими средствами, жженой кожей и бензином — в случае с последним мои органы обоняния, вероятно, сыграли со мной злую шутку. Я ненавидел запах бензина. С детства боялся этой жидкости, настоящая фобия, которая превращала заправочные станции в не самое мое любимое место нахождения.
Наверное, я всего лишь вообразил этот «запах страха», как мысленно его называл. Но в отделении было невыносимо жарко, это точно. На улице разогрелось до тридцати одного градуса, здесь внутри, наверное, было чуть прохладнее, но зато ни малейшего дуновения ветерка. Я чувствовал, как пот стекает у меня по спине, и задавался вопросом, может ли жертва пожара вообще воспринимать жару.
— Вы хотели со мной поговорить? — Голос мой прозвучал как у слуги, явившегося по звонку колокольчика своего хозяина.
Еще кивок. И еще один выдох со свистом. Мне захотелось почесаться. Резинки медицинской маски щекотали меня за ушами, но по какой-то причине я не хотел двигаться. Пока незнакомец не раскроет причину моего приезда сюда.
— Идите, — произнес мужчина на удивление ясным голосом.
— Куда?
— Сюда. Ко мне. — Он похлопал перебинтованной ладонью по покрывалу.
Все что угодно, только не это.
Я не сяду к нему на край кровати. Мое любопытство было не таким сильным. Но все же достаточным, чтобы я наклонился.
— Мне очень жаль… — прошептал умирающий, когда я приблизился к нему настолько близко, что почувствовал его дыхание на своей щеке, — но Иешуа выбрал вас.
Глава 3
Йола не заметила, что кто-то подошел к машине. С «Биффи Клайро» [123] в наушниках на зашкаливающей громкости она не услышала бы, приземлись за «жуком» даже вертолет, только удивилась бы неожиданно завертевшейся вокруг листве. Поэтому у Йолы почти остановилось сердце, когда через открытое окно неожиданно просунулась рука и тронула ее за плечо.
— Черт, вы меня напугали.
Она вытащила наушники и выключила свою любимую музыкальную группу. Кровь прилила к ее щекам — состояние, которое Йола ненавидела, потому что с ней такое часто случалось в моменты волнения, и тогда все видели, какая она трусиха.
— Извини, мне очень жаль. Ты Йола?
Она кивнула и зажмурилась, потому что солнце неудачно отражалось от пластикового бейджа на белом халате, к тому же имя было напечатано так мелко, что Йола с трудом могла его разобрать.
Вестэнд. Отделение 6, др. Шмидт, Шмитт — или Шмиц?
— Меня послал твой отец.
— Мой отец?
— Да, я должен отвести тебя к нему.
— Да? Зачем?
— Только не пугайся, но ему не очень хорошо. Ты должна побыть с ним, пока приедет твоя мама.
— О, ладно.
Переживания за отца снова разогнали ее пульс до темпа рок-песни, которую она только что слушала.
— А что случилось?
— Все вышло очень глупо. Он хотел показать своему другу, нашему главврачу, прием кикбоксинга, но запнулся, упал и, видимо, сломал ногу.
— Серьезно? — Йола покачала головой. С него даже на секунду нельзя спускать глаз?
Вот тебе и «пиццу мы потом наверстаем».
Иногда она задавалась вопросом, кто из них двоих ребенок, а кто взрослый.
— Ладно, и где он сейчас? — спросила Йола и схватила рюкзак. Машину можно оставить открытой. Единственная ценность в этом ржавом корыте — упаковка чипсов «Пенг» в бардачке, а они вряд ли заинтересуют вора.
— Пойдем, я отведу тебя к нему, — сказал доктор Шмидт, Шмитт или Шмиц и взял ее за руку.
Йоле это не понравилось, потому что его ладонь была неприятно влажной и почти скользкой на ощупь, но она не хотела показаться невежливой, а в такую погоду можно ведь и вспотеть. Так что она улыбнулась в ответ, надеясь, что дорожка, по которой они пошли в направлении парка, короткая.
Глава 4
Иешуа меня выбрал?
Я чувствовал себя идиотом, сейчас, когда старик в реанимации произнес первое полное предложение. По какой-то причине мне казалось, что это старый мужчина, наверное, потому, что неосознанно надеешься, что тебе никогда не придется столкнуться с умирающим твоего возраста или даже моложе.
Иешуа! Ну, отлично.
Библейский фанатик!
Я пробормотал извинение, сам не зная за что, и развернулся. В этот самый момент снова услышал голос мужчины:
— Стойте. Подождите!
Я оглянулся. Обожженная кожа на лице умирающего словно стала еще темнее.
— Вам нужно бежать, пока не поздно, — сказал он мне поразительно твердым голосом. — Иешуа выбрал вас, а Иешуа не ошибается.
— Кто, черт возьми, Иешуа? — покачал я головой. — Вы имеете в виду библейского пророка?
И кто, черт возьми, вы?
— На это у нас нет времени. Пожалуйста, послушайте меня. Вам нельзя нарушать закон. Ни в коем случае!
Мужчина закашлялся, слюна потекла у него по подбородку. Я снова приблизился к нему.
— Почему вы предполагаете, что я должен сделать нечто противозаконное? — Я задавался вопросом, не путает ли он меня с другим Роде, известным полиции. В отличие от брата Космо у меня еще никогда не было проблем с законом.
— Я ничего не предполагаю, — ответила жертва пожара. — Я знаю, что вы нарушите закон. Иешуа знает вас лучше, чем вы сами. — Он снова закашлялся со свистом.
В первую секунду я хотел засмеяться, но сдержался ввиду плачевного состояния, в котором находился мой странный собеседник, и только издал короткий гортанный звук.
— Послушайте, мне очень жаль, что вам так плохо, но…
Мужчина схватил меня за руку. Я вздрогнул. С одной стороны, потому, что не ожидал этого прикосновения. С другой — потому, что хватка незнакомца оказалась такой крепкой. Несмотря на медицинскую повязку, из которой торчали его пальцы.
— Я понимаю, вы меня не знаете. Но мне про вас все известно. Вы Максимилиан Роде, тридцать восемь лет, ИНН 11/2557819. До девятнадцати лет профессионально занимались боксом в среднем весе, пока травма колена не положила конец спортивной карьере. Бывший репортер на радиостанции 105.0 и, похоже, уже бывший писатель, доходы которого в прошлом году составили восемнадцать тысяч двести двадцать четыре евро и шестьдесят три цента…
— Момент… — Я попытался прервать поток речи старика. Каждое его слово было в точку. И от каждого попадания меня бросало в дрожь.
Но удары продолжались.
— …женаты на Ким Роде, до замужества Штаффельт, на два года старше вас, пилот «Люфтганзы», бесплодная от рождения, потому у вас и нет родных детей, но вы опекуны десятилетней Йолы Марии. Родители-кокаинщики предложили вам купить младенца в общественном туалете, и вы с удовольствием удочерили бы ее, но из-за вашего брата-педофила вам постоянно отказывали.
Приступ кашля помешал мужчине продолжить перечисление фактов. Вскоре его дыхание восстановилось, но рот по-прежнему оставался открыт. Я был настолько шокирован, что мне потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и заговорить:
— Откуда… то есть как… откуда, черт возьми, вы все это знаете?
Ладно, что-то можно найти в Интернете, но многое, особенно прошлое Йолы, было строго охраняемой тайной, прежде всего то, что ее собирались «продать» сразу после рождения. Кем бы ни был этот человек, он только что — вполне убедительно и не менее устрашающе — доказал, что не сумасшедший, который наобум выбрал мой номер из телефонной книги.
Я высвободил руку. Казалось, монолог стоил старику последних сил.
— Чего вы от меня хотите? — спросил я и впервые с тех пор, как приехал в Вестэнд, боялся услышать ответ на свой вопрос.