Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
«Во что я только вляпался?» — подумал Тиаго.
Еще пять минут тому назад он был всего лишь мелким воришкой, который, пользуясь своим шармом и простенькими фокусами, обеспечивал себе беззаботную жизнь. А теперь он находился в бегах, пытаясь скрыться от двух безумцев, засовывающих своим жертвам осколки стекла в рот и без зазрения совести наблюдающих, как те задыхаются. Он убегал от двоих громил, грозивших ему смертью, так как стал невольным свидетелем шантажа, смысл которого был ему непонятен, и узнал тайну, так и не поняв, в чем же она заключалась.
Тиаго прислонился к поручням и уставился на волнующееся глубоко под ним море. Небо заволокло темными тучами, что в этот момент показалось ему дурным предзнаменованием.
«А теперь? Что я должен делать?»
Он лихорадочно обдумывал, где в ближайшие пять дней сможет спрятаться на лайнере от своих преследователей, о которых ему ничего не было известно. Кем они были. Где работали. И в какой части корабля встречались, чтобы договориться, как им проще всего устранить нежелательного свидетеля.
Его личность, а в этом Тиаго был абсолютно уверен, офицер установит, как только найдет время, чтобы порыться в бортовом компьютере. К списку пассажиров были приложены фотографии всех отдыхающих на «Султане», к тому же на этом отрезке кругосветного плавания число молодых темноволосых латиноамериканцев моложе тридцати лет было весьма незначительным. Тиаго начал ощупывать карманы в поисках ключа от своей каюты, все еще не определившись, стоит ли ему вообще возвращаться туда, и неожиданно в заднем кармане брюк наткнулся на незнакомый предмет.
Конверт.
Из сейфа. Из каюты Лизы Штиллер.
В суматохе Тиаго сунул его себе в карман, даже не заметив этого.
Глава 23
На этот раз приступ продолжался больше часа, и потребовалось две таблетки аспирина и три пилюли ибупрофена, чтобы он наконец прекратился.
У Мартина все еще было такое чувство, словно остаточная боль притаилась где-то в его голове, как тлеющий пожар, который только и ждет подходящего момента, чтобы разгореться с новой силой. Кожа на его черепе натянулась, как после солнечного ожога, во рту пересохло.
Проклятые пилюли.
Он как раз пересекал крытую галерею гранд-лобби, когда до него наконец дошло, что это его собственный мобильник звонит все время так въедливо. В качестве стандартной мелодии для звонка своего сотового телефона Мартин выбрал короткую мелодичную фразу, исполняемую на гитаре, поэтому он не сразу среагировал на эти футуристические звуки, доносившиеся из кармана его брюк. Поскольку здесь, в Атлантике, удаленной на сотни морских миль от побережья Европы, сотовая связь не работала, а на борту «Султана» функционировала только беспроводная локальная сеть, то, по всей видимости, кто-то пытался дозвониться до него через Интернет.
Он остановился у стеклянных лифтов, у края круглой крытой галереи, укрепленной колоннами и поднимавшейся от второй палубы на четыре этажа вверх, и посмотрел на дисплей своего телефона.
Действительно. Разговор по скайпу.
На дисплее появилась фотография Саддама Хусейна, что позволило Мартину легко идентифицировать вызывающего абонента. Он знал только одного человека, находившего очень забавной еженедельную смену фотографий диктаторов в своих профилях в контакте.
Мартин начал разговор словами:
— Сейчас я не могу говорить.
— Твои проблемы с запором меня не интересуют, — возразил Клеменс Вагнер, и по его голосу Мартин понял, что тот ухмыляется своей шутке.
Для обыкновенного информатора Вагнер, пожалуй, слишком вольничал, но, с другой стороны, этот эксцентрик с подкрашенными под седину волосами и огненными татуировками на обоих предплечьях мог себе это позволить. Если речь шла о том, чтобы раздобыть ценную информацию, не было никого более подходящего, чем Дизель. Это его прозвище, которым чокнутый журналист был обязан своим наклонностям пиромана.
— Неужели ты уже что-то раскопал для меня? — удивленно спросил Мартин и посмотрел вверх. Лифты висели между пятой и седьмой палубами, поэтому он решил подняться по лестнице.
— Не-а, я звоню только потому, что соскучился по твоему голосу.
По роду своей основной деятельности Дизель был главным редактором «101.5» — одной из частных радиостанций в Берлине. Мартин познакомился с ним через свою коллегу, которую он немного знал: через Иру Замин, выдающегося специалиста по криминальной психологии. Благодаря переговорам с психопатом, захватившим заложников в радиостудии Дизеля, она спасла жизнь многим людям. Насколько чокнутый, настолько же и смелый главный редактор благодаря своим нестандартным методам оказал ей тогда большую помощь. После некоторых колебаний Дизель в конце концов принял предложение Мартина в будущем немного подзаработать в качестве частного детектива.
Большинство людей считает, что полицейские расследования состоят главным образом из работы за письменным столом, и в принципе они правы. Только во времена скудного финансирования и постоянной нехватки персонала отдельные задания все чаще поручаются частным лицам. В списке неофициальных сотрудников полиции Дизель был указан как частный детектив; сегодня утром, незадолго до встречи с докторшей Еленой Бек Мартин послал ему по электронной почте сообщение с конфиденциальной просьбой раздобыть информацию об Анук Ламар и ее семье.
— Пока еще мне удалось найти совсем немного, — сказал Дизель. — Круизные компании не являются информаторами Викиликс. До сих пор я лишь узнал, что Анук была единственным ребенком в семье. Очень умная, эрудированная, посещала частную школу для одаренных детей. При прохождении теста на IA в пятом классе ее коэффициент интеллекта составил 135. Она изучает языки быстрее, чем компьютер, наряду с английским владеет еще пятью другими иностранными языками. Она завоевала второе место на чемпионате страны по запоминанию материала. Интеллект передался ей с генами. Ее мать уже в семнадцать лет разработала компьютерную программу, с помощью которой можно было предсказывать изменения курсов на бирже благодаря наблюдениям за поведением косяков рыб. До своей гибели Наоми Ламар была профессором эволюционной биологии в одном из частных университетов.
Мартин приблизился к левой половине огромной мраморной лестницы, которая вместе с такой же другой половиной, плавно изгибаясь, вела от гранд-лобби на этаж с дорогими бутиками. Многие пассажиры, проходившие по крытой галерее или сидевшие в одном из дорогих кожаных кресел с бокалом утреннего коктейля, держали в руке фотоаппарат или сотовый телефон с фотокамерой. Со своими позолоченными перилами, античными вазами на подставках и с большим вкусом подсвеченным фонтаном в середине, лестница гран-лобби была излюбленным объектом для фотолюбителей.
— Что нам известно об отце?
— Теодоре Ламаре? Инженер-строитель, конструировал американские горки для общественных парков развлечений во всем мире. Преждевременная смерть от рака три года тому назад. Можешь не бояться, что он где-то прячется на посудине с топором для рубки мяса.
— Почему мы можем быть так уверены в этом?
Мартин невольно подумал об одном нашумевшем деле, когда мужчина, объявленный несколько лет тому назад мертвым, был схвачен на месте, где было совершено убийство, и при этом выяснилось, что он потерял память.
— Потому что было произведено судебно-медицинское вскрытие, — ответил Дизель. — По желанию деда со стороны отца Анук, Джастина Ламара. Он хотел подать в суд на больницу, так как его Тео повел себя после удаления раковой опухоли весьма странно.
— Странно?
— Он больше не дышал.
— Врачебная ошибка?
— По мнению деда Ламара, да. Но я бы не придавал большого значения его заявлениям.
— Почему?
Дизель вздохнул:
— У этого деда тараканы в голове. Официально он проживает в доме для престарелых. Но название «дом для пенсионеров, у которых не все дома» подошло бы больше. Живущие по соседству с этим домом обыватели постоянно жалуются, так как по непонятным причинам не хотят видеть в этом красивейшем уголке природы чокнутых стариков с вставными челюстями, которые любят посидеть на детских качелях в их ухоженных палисадниках в чем мать родила, а такое происходит, видимо, постоянно. Джастин менее склонен к эксгибиционизму. Его любимым занятием являются звонки в полицию.