Изменённый третьей серии (СИ)

И ещё больше жести: я опять бегу между усыпальницами мемориального комплекса, кровавая пелена перед глазами, кровь брызгами разлетается из-под ног, тут и там тела вурдалаков и шааров. Шаар наносит удар сверху. Я ухожу вправо, одновременно вгоняя клинок глубоко в глазницу вурдалака. Подныриваю под боковой удар шаара, продолжая движение, вспарываю ему брюхо. На землю валятся внутренности.
А это вообще сцена из просмотренного когда-то мной «жёсткого» порно. Несмотря на то, что я сплю, я осознаю себя — скорее всего, я вижу то, что просматривает Иван, и мне становится неудобно…
Эти образы иногда перемежались с теми, что я не видел, или просто моя память не сохранила воспоминания о них: ровная, как стол, пустыня, покрытая растрескавшейся красноватой глиной; белый потолок больничной палаты и боль во всём теле…
И вновь сцены боёв. Скольких же я убил за последние полгода? Даже людей больше двух десятков, а уж разнообразной агрессивной фауны и даже флоры так и вообще без счёта. Если хотя бы треть изменённых действует так же, как я, как мы ещё не перебили всех тварей в пустошах или хотя бы в окрестностях Ньюхоума? Но нет — меньше их не становится! И откуда они берутся?
Разбудил меня голос Ивана:
— Просыпайся, Искандер. Я закончил.
Проснулся я, как и всегда после изменения, мгновенно — без всяких раскачиваний, поворотов с боку на бок и прочих лишних движений, что обычно сопровождают переход от сна к яви. Просто вот я спал, а вот я встал. Как электрическая лампа накаливания — щёлкнул выключателем, и она сразу начала светить.
— Ну как, доктор, я буду жить? — Попытался пошутить я.
— Меня точно переживешь! — Заверил меня Иван. — Если, конечно не попадёшь в когти какой-нибудь особо сильной твари. Так что заранее могу пригласить тебя на свои похороны. Не обещаю, что будет весело, но кормить там будут очень вкусно! — Отшутился Иван. — Я ведь, знаешь, единственный психолог в роду — все остальные кондитеры. Кортье — славный род шоколатье.
— Не знал.
— Не пробовал шоколада Кортье?! — Ну да, точно! То-то мне фамилия показалась знакомой.
— Слышал, сейчас припоминаю. Но нет, не пробовал.
— Попробуй, рекомендую. Так! А что касается твоих дел… — Иван, чуть нахмурив брови, посмотрел в экран стоящего у него на столе ноутбука. А перехватив мой взгляд на такой привычный, но редко встречающийся в этом мире девайс, пояснил, улыбнувшись: — Да, я несколько старомоден. В общем, Искандер, у тебя всё в порядке! Не могу не отметить, что нечасто в наше время можно встретить настолько законопослушного человека. И что место, в котором ты пребывал до изменения, весьма и весьма интересное. — Понятно, что чужой мир, со стороны всегда кажется интересным. — Мои рекомендации: вам нужно больше отдыхать — прогулки, вечеринки с друзьями… Очень рекомендую… эм… завести отношения с женщиной, или хотя бы иногда обращаться за помощью профессиональных жриц любви…
Я усмехнулся:
— Этот же совет я получил, хоть и в несколько иной форме, от Нормана, инструктора по боевой подготовке, не далее как сегодня утром.
Иван кивнул:
— Да, я знаю Нормана! По-своему очень мудрый человек, к его советам стоит прислушиваться. Так… и ещё. В обязательном порядке скорректируй настройки блока нейромодуляции…
Чего скорректировать? Какого блока? Заметив моё удивление, Иван пояснил:
— Да, Юджин дал мне полный доступ к материалам твоего изменения. Я знаю, что в твоей симбиотической системе установлен новейший блок нейромодуляции, что позволяет тебе корректировать поведенческие реакции на те или иные внешние раздражители, ну да ты знаешь… В общем, меня очень настораживает случай, когда ты устроил, не побоюсь этого слова, бойню в мемориальном комплексе… Очень большой выплеск адреналина, норадреналина, ИЛП и глутамата, что не удивительно, так же серотонина и дофамина — что странно… В общем, настройки этого блока косвенно могли быть причиной твоего несколько неадекватного поведения в мирной жизни…
— Я впервые слышу о существовании у меня этого блока…
— Как так? — Опешил Иван.
 
— Как-то так… — Я растерянно пожал плечами.
— Хм! Тебе стоит поговорит об этом с Юджином. И чем скорее, тем лучше.
***
Первым моим порывом было пойти к Юджину и, если и не набить ему морду, то, по крайней мере, высказать всë, что о нём думаю! А думал я про него в тот момент очень нехорошее. Но по дороге я решил залезть в настройки этого злополучного блока нейромодуляции. Нет, ну это ж надо — утаить от меня информацию о таком! Ведь эта хрень способна не просто менять мою реакцию на какое-либо событие, так сказать, в частном случае, а сформировать реакцию на это событие вообще, то есть вмешиваться в формирование моих привычек, вкусов, взглядов на жизнь, в конце концов!
Ведь как оно всё работает, если описать примитивно: на каком-то N-ом углу вы попадаете в ДТП, в результате у вас возникает куча проблем, вы опаздываете на работу, мозг вырабатывает определённое количество сопутствующих стрессовых нейромедиаторов, и впоследствии этот угол вызывает у вас негативные эмоции, даже когда вы не вспоминаете о связанных с ним событиях — просто на подсознательном уровне.
А другой человек, попавший в то же ДТП, проблем особых не отгребает — у него выходной, он никуда не спешит, и вообще в дальнейшем день его проходит хорошо, даже можем представить, что в этом гипотетическом ДТП он знакомится со своей будущей девушкой. У него так же вырабатываются соответствующие нейромедиаторы, и тот же самый угол вызывает у него реакцию позитивную.
И не только в этом дело! Хотя я подозреваю, что блок нейромодуляции вмешивается в основном именно в эти моменты, но ведь и в целом нейромедиаторы вырабатываются в человеческом организме постоянно, и от их соотношения во многом зависит характер человека, темперамент и многие другие параметры: скорость обучения, например, не говоря уже о той же раздражительности.
И происходит это всё без моего ведома!
Умная «система» тут же отреагировала:
«Изменить настройки блока нейромодуляции? Осуществлять корректировку уровня нейромедиаторов только после запроса пользователя симбиотической системы?»
«Да»
«Принято»
И тут же:
«Зафиксировано резкое повышение уровня глутомата и ИЛП. Ситуация признана неопасной, вы находитесь в условно мирной зоне. В коррекции нет необходимости. Провести коррекцию?»
Так. Глутомат — это у нас возбудитель, который активно вырабатывается во время стресса… ИЛП — не помню, но сейчас я на взводе и успокоится не помешает…
«Провести коррекцию».
«Принято».
И тут меня отпустило … Раздражение и желание срочно что-то сделать прошли, как будто опустил голову на несколько секунд в прохладную воду. Мысли потекли спокойные и упорядоченные.
Вот зачем я сейчас иду к Юджину? Устроить ему разнос? Высказать ему, какой он нехороший человек, что не рассказал мне такой важной вещи обо мне же самом? Ага, истерику ещё закатить можно, ножкой топать, ручками махать. И что это мне даст? Специально он не сказал мне об этом блоке, преследуя какие-то свои цели, или просто забыл — великий учёный личность экстравагантная, да и рассказать обо мне ему нужно было очень много, вполне мог, как это с ним случается, увлечься объяснением чего-нибудь другого, например, самовосстанавливающейся колонией нанитов, как они их разработали, какие возможности это открывает для изменённых в частности и всего человечества в целом… Увлёкся и забыл про блок нейромодуляции.
А я ведь и раньше мог попросить все материалы по моему изменению и внимательно их изучить, вряд ли Юджин отказал бы мне в этой просьбе — ведь мало того, что дело касается непосредственно меня, так ещё и Юджин очень внимательно относится к делу познания человеком мира и себя самого как части этого мира. И, если у него есть время, всегда старается мне в этом помочь.
 
В любом случае, теперь-то все материалы у меня есть — Иван скинул мне всю информацию, и теперь мне следует всё просмотреть. Многого я, конечно, не пойму, но вот как раз уже с возникшими вопросами и стоит пойти к Юджину. И не чтобы устраивать ему сцены, а чтобы прояснить непонятные моменты.