Академия Космического Флота: Спасатели (СИ)
Пластиковый ящик из-под столовых приборов был водружён на массивную столешницу. Через прозрачную боковую стенку я видела нескольких копошащихся швархов-гигантов и десяток крошечных садовников. Да, все эти насекомые — та ещё гадость, и теперь непонятно, можно ли нам с незарегистрированной живностью приземляться на Техоре… но они же не выглядят кровососущими пхантами или сверхагрессивными горилломами!
— Крис! — Голос Ивеса вырвал из размышлений. Он отошёл от панели управления, жестом приказав Дениз садиться в кресло первого пилота, и опёрся на столешницу с ящиком. — Что ты там сказала про садовников? Ты их видела раньше?
И взгляд такой… Тяжёлый.
— Жуки… вот эти, с хвостиками. Их так девочка назвала. Она в аквариуме их везла… в соседней каюте.
Цварг застонал.
— Это не жуки, это швархи!
— Что? — потрясённо выдохнула я. — Но как? Швархи — это же вот эти, большие.
— И те тоже! — неожиданно зло добавил кто-то справа. Селвин потирал ушибленное плечо. — Ты должна была сразу же сообщить любому из нас, как только их увидела.
— Селвин, прекрати. Она же не со зла, — тут же одёрнул его Ив.
— Она с Захрана!
— Вот именно потому, что с Захрана, она, видимо, и не знает! — рявкнул цварг.
«Мои питомцы. Они старенькие уже. Один, к сожалению, на днях умер»,— пронеслись в голове слова Зои.
— Как давно это было? — Ивес вновь обратился ко мне.
— Какая разница? — зашипел пикси. — Надо срочно думать, что теперь делать!
— Большая! Речь идёт о численности, — ответил цварг и снова повернулся. — Крис, сосредоточься. Как давно ты видела мелких швархов?
Я снова посмотрела на садовников. Если честно, они вообще не были похожи на крупных особей. Взять хотя бы наличие хвоста.
— М-м-м… Я думаю, что неделю назад у Зои сбежала мелкая особь. Девочка сказала, что её питомец умер, и я не придала этому значения. Сейчас склоняюсь к тому, что её садовник сбежал, а Зоя подумала, что он умер. В тот же день Багила видела таракана. Скорее всего, это была та самая особь. Ума не приложу, правда, как можно садовника спутать с тараканом. Я бы назвала его хвостатым жуком или ящерицей…
Видимо, я сказала что-то не то, потому что Ивес, Дениз и Селвин переглянулись уж очень многозначительно.
— За Хэлом и Аскеллом. Быстро! И посмотрите, что в багажном отсеке! — скомандовал Ир’сан. — Дениз, строй расчёты до ближайшей планеты, на которой можно сделать остановку, и выходи на связь с Космофлотом.
Цваргиня послушно кивнула, а я попросила:
— Ив, объясни, что происходит, я не понимаю.
«Но чувствую себя ужасно виноватой», — хотелось добавить, однако я прикусила губу. Личная обида и всё недосказанное осталось позади. Сейчас на корабле назревал бунт на нижней палубе, завелись подозрительные насекомые, и все нервничают и кричат так, будто жизни висят на волоске. Кто-нибудь, нажмите на «паузу» и отмотайте время назад! Я ничего не понимаю! К счастью, Ив решил мне всё объяснить:
— Крис, оба вида в ящике — швархи. Мелкие — самцы. Они такими рождаются и умирают, если питание скудное, но на хорошем корме они со временем отбрасывают хвосты, темнеют и перерождаются в самок. Это называется протандрический гермафродитизм. Если хвост оторвать силой, то тоже можно запустить процесс смены пола.
В голове живо встал образ сверхгибкого хвоста в детских ручках.
Та-а-к… То есть Зоя принесла на борт стареющих швархов-самцов и то ли сама случайно оторвала конечность «садовнику», то ли он выполз и кто-то на него наступил, но начался заложенный природой процесс.
— Самки обычно выглядят вот так, только поменьше, — тем временем продолжил Ивес, ткнув кончиком хвоста в особо крупную особь. — Размеров с ладонь шварх достигает тогда и только тогда, когдаоченьхорошо питается.
— А что же они едят? — начала я, испытывая нехорошее предчувствие, и осеклась.
«Всеядны…»
— Вообще, считается, что они всеядны — любую пищу они усваивают легко, но больше всего швархи любят металлы.
Голова закружилась от мыслей.
Перед глазами вновь всплыла картинка кормежки швархов. Шоколадка вфольге. Зоя так и оставила еду питомцам, ни о чём не заботясь.
Как я сразу не обратила на это внимания?!
— Особенно заражённые радиацией, — припечатал лейтенант. — Это для них особый деликатес.
«Дозиметр показывает повышенный фон, однако для металлов с Захрана — это норма».
Голова закружилась от понимания надвигающейся катастрофы.
— Но… но… — только и смогла выговорить я. — Нам ничего такого в школах не рассказывали… Я бы знала, если бы на моей планете водились такие насекомые…
Теперь уже молчавшая и что-то сосредоточенно вбивающая в компьютер Дениз обернулась и внимательно на меня посмотрела:
— А ты на свалках часто бывала?
— Нет.
— Ты работала на переработке мусора?
— Нет.
— Думаешь, правительство Захрана заинтересовано в том, чтобы распространять среди населения информацию о швархах?
— Нет, но… — Я схватилась за голову, чувствуя, как тошнота подходит к горлу. Если швархи любят металл и прямо сейчас плодятся на борту… Для нас «швархи» — это сложившееся и устоявшееся ругательство. Я… я… должна была сказать о садовниках.
«Садовники подскажут, плохая земля или нет».
Столетиями правительство закапывало в землю радиоактивные отходы. Даже Зоя мне иносказательно объяснила, что делают швархи, а я так и не поняла!
«Хвостатые швархи. Бесхвостые швархи. А ведь на Захране существуют и такие присказки…»
Ивес неожиданно обошёл стол и присел на корточки прямо передо мной, заглядывая в глаза. Ещё несколько часов назад я бы отодвинулась от него, а сейчас… лишь судорожно вздохнула. Даже если он на меня воздействовал, чтобы я в него влюбилась; даже если между нами был интим, а я об этом забыла; даже если он взялся полностью перестроить мою жизнь без моего согласия — плевать. На всё плевать. Сейчас главное — выжить.
— Крис, всё в порядке, не волнуйся, я что-нибудь придумаю, — тихо сказал цварг.
— Мы на корабле. В открытом космосе. Нам лететь ещё трое суток. Корабль, кстати, тоже частично сделан из металла.
— Именно поэтому я спрашивал, когда ты увидела первого шварха, чтобы приблизительно рассчитать их численность. И поверь, я сам должен был заподозрить неладное ещё по сбоящему климат-контролю…
— Что?
Но Ивес не успел ответить, так как в этот момент в рубку зашли разгорячённые и красные Хэл, Аскелл и Селвин. Пот градом катился по их лицам, мундиры где-то были оставлены, а вот у рубашек подвёрнуты рукава и расстёгнуты вороты. Все трое несли пластиковый контейнер размером не менее двух кубических метров, и, судя по тому, как тяжело дышали, он был заполнен доверху. Стоило так подумать, как контейнер с громким «блюм-с» грохнулся на пол.
— Ив, — Хальгард отдышался первым, — мы отловили самых крупных беременных швархов, они здесь, но с этим срочно надо что-то делать. Проводка от климат-контроля корвета местами сожрана. Что ещё пострадало — мы не знаем.
Провода. Алюминиевая или медная проволока… Металлы.
Я мысленно застонала.
— В багажном отсеке темно, как в заднице у… Короче, очень много швархов. Пока что насекомые увлечены тем, что хранится там, но некоторые уже разбегаются и портят корабль.
Последние слова Хальгард произнес, глядя не на Ивеса, а на Дениз. Бледная цваргиня что-то получила на экране, и, судя по тому, как у неё подрагивали губы, ответ нехороший.
— Ребята, — тихо обратилась она. — С плохой новости или с хорошей?
— С плохой.
— Ближайшая планета, которая имеет нормальный состав воздуха и температуру, — это всё-таки Техор, до него трое суток лёту.
«И нам нельзя на неё высаживаться, заражая швархами. Это и идиоту понятно», — подумала я про себя, но промолчала. Зачем говорить очевидное?
— А хорошая? — уточнил таноржец.
— Хорошая состоит в том, что если мы сейчас включим максимальную тягу, то остатков плазмы должно хватить до Техора впритык. Можно попытаться долететь часов за тридцать — тридцать пять. Но… я не уверена, что можно доверять датчикам, — извиняющимся тоном добавила Дени. — Топливо надо перепроверить.