Когда падает пепел (ЛП)

Он засмеялся.
— Подожди минутку. Я прав? Ты действительно училась в Северо-Восточном?
По выражению его лица я поняла, что это действительно была догадка.
Я испытала облегчение, услышав, что он меня не искал.
— Да, — сказала я. — Ты прав.
Засмеявшись, Смит вцепился обеими руками в край стола и откинул голову назад.
Это был самый непринужденный звук.
Мне было интересно, смогу ли я когда-нибудь снова так смеяться.
— Там учится моя сестра Стар, — сказал он мне. — Я хорошо знаю кампус.
— Она получает степень магистра?
Он покачал головой.
— Бакалавриат.
А она намного моложе его.
По моим оценкам, по крайней мере, лет на десять, то есть Смиту около тридцати.
Одного возраста с Диланом.
— Итак, ты ходила в колледж в Бэк-Бэй, а работаешь в городе. А как же ты развлекаешься, Аликс?
Несколько раз в неделю я встречалась со своей лучшей подругой на «поболтушки».
Я проводила время с Диланом всякий раз, когда он приезжал домой.
Мне снилось, что я просыпаюсь в солнечный день.
— Ты будешь смеяться, — сказала я.
Этот вопрос меня устраивал.
Смит положил локти на стол.
— Не буду.
— Я из штата Мэн. Это маленький, тихий, причудливый городок в южной части штата. Пока я жила там, мне не хватало шума. Я включала радио, только чтобы ночью заснуть.
— Тебе хотелось в большой город.
— Больше всего на свете. Когда мне было семь лет, родители привели меня посмотреть «Бостон Попс»3; папа выиграл билеты на работе. Отец припарковался на Масс — авеню, и в ту секунду, когда я вышла из машины, поняла, что буду жить именно здесь.
— И почему я должен над этим смеяться? — его голос смягчился.
Дилан никогда этого не делал. Он был весь в делах, все время.
Это было их самым большим отличием.
И это настолько удивило меня в Смите, что я подняла на него взгляд, понимая, что в какой-то момент оборвала контакт, чтобы уставиться в свою пустую тарелку.
— Ну, ты спросил меня, как я развлекаюсь. Мой ответ — Бостон.
Смит смотрел на меня несколько секунд, а затем сказал:
— Я хочу посмотреть на город твоими глазами.
— Что ты имеешь в виду?
— Покажи мне, на что похож один день из жизни Аликс.
Я изо всех сил сжала салфетку, а затем покрутила ее вокруг пальцев.
— Это не так уж интересно, уверяю тебя.
— Я прожил здесь почти всю свою жизнь. Я уехал в колледж и на юридический факультет, но вернулся сразу после окончания учебы. Не думаю, что ценю город так, как следовало бы. Я хочу, чтобы ты это во мне изменила.
— Это большое давление.
Смит улыбнулся, и улыбка излучала тепло.
Жар, который я чувствовала всей своей кожей.
Кожей, которой только сегодня утром касался Дилан.
— Я думаю, что ты более чем способна на это, — сказал Смит.
Он снова приглашал меня на свидание, не используя ни одного из этих слов.
Пока я пыталась ответить, к нашему столику вернулась официантка.
Она поставила коктейли и приняла наши заказы на ужин.
И вот мы снова остались одни.
Смит поднял свою водку с содовой и сказал:
— За Джо.
— За Джо.
Когда его бокал коснулся моего, наши пальцы соприкоснулись.
Этого контакта было достаточно, чтобы у меня перехватило дыхание.
  
ШЕСТНАДЦАТЬ
 
АЛИКС
НАШИ ДНИ
Положив голову на подушку, я повернулась лицом к стороне кровати Дилана, в ожидании знакомых звуков.
Легкого скрипа открываемой им двери спальни.
Стука его шагов по полу.
Я ничего этого не услышала.
В комнате стояла тишина, за исключением тихого бормотания HGTV.
Дилан наказывал меня за то, что сегодня вечером я пошла на свидание со Смитом.
Мне следовало этого ожидать.
Я покачала головой, злясь на то, что пух такой мягкий, желая, чтобы он был твердым, чтобы он причинил мне боль, чтобы он забрал все, что я чувствую.
Вечером я ушла из ресторана, сохранив номер телефона Смита и назначив свидание в конце этой недели, когда мы проведем вместе весь день.
 
Вернувшись домой, я забралась в постель и надеялась, что появится Дилан.
Что он положит руку мне на поясницу.
Туда же, куда положил свою ладонь Смит, когда провожал меня после ужина.
Что-то во всем этом было не так.
Я не знала, как это исправить.
Не знала, смогу ли я.
Я просто знала, что была по уши влюблена в Дилана Коула, и Смит Рид сегодня вечером заставил меня улыбнуться.
Я вцепилась одной рукой в одеяло, а другой — в подушку. Я открыла рот, и все, что я чувствовала, вырвалось наружу.
На этот раз это был крик.
Такой, что был слышен на весь ряд таунхаусов.
  
СЕМНАДЦАТЬ
 
ДИЛАН
ТРИ ГОДА НАЗАД
Мы встречались уже месяц, и я начал узнавать все об Аликс Рейн.
Этот период прошел очень быстро, потому что я с невероятной скоростью все впитывал и сохранял, чтобы не забыть.
Когда дело касалось Аликс, было важно все.
Именно мельчайшие детали оказывали наибольшее влияние.
Как в тот день, когда я привез в пожарную часть картофель фри с тележки на рынке Куинс. Пятнадцать больших мисок для всех дежурных.
Но не для моей малышки. Ей я привез отдельную. Одну я сбрызнула уксусом и солью с гарниром «ранч» и кетчупом. Ей нравилось чередовать соусы.
Аликс была так ошеломлена этим жестом, особенно когда увидела, что я принес ей обе специи.
Но я хотел сделать нечто большее, чем просто удовлетворить ее пристрастие к картофелю фри.
Я хотел иметь возможность посмотреть в меню и знать, что она закажет. Хотел подобрать к этому блюду вино, которое ей понравится. Хотел знать, какие чувства вызывают у нее улыбку, какие фильмы заставляют ее плакать, почему ее кожа всегда пахла лимоном.
Я получил эти ответы в течение первых тридцати дней.
За все это время порознь мы проводили только ночи, которые приходились на ее двадцатичетырехчасовые смены и выпадали ей дважды в неделю.
Если мы не пропадали на работе, то были вместе.
А потом события стали развиваться очень стремительно.
Не было причин их замедлять.
Аликс хотела засыпать рядом со мной, а я хотел просыпаться рядом с ней.
Была только одна небольшая турбулентность.
Аликс ненавидела летать.
А размеры пятиместного одномоторного самолета, который я использовал для личных поездок, вызывали у нее адское беспокойство.
Потребовалось несколько недель, чтобы поговорить об этом с Аликс, показать ей самолет и место, где она будет сидеть, прежде чем она начала относиться к этой идее с теплотой.
В конце концов, мы полетели.
Первая поездка была короткой. Двадцать минут. Достаточно, чтобы Аликс освоилась в пространстве, почувствовала различные изменения ветра и то, как они двигают самолет, привыкла к обзору, сидя рядом со мной в кабине.
Это было прилично для человека, который не любит находиться в воздухе.
Во время следующего полета я продлил время нашего пребывания в воздухе до сорока пяти минут. Благодаря мне Аликс смеялась после взлета, а во время посадки держалась за мое бедро вместо того, чтобы, как обычно, хвататься за сиденье.
Я продолжал работать с Аликс, постепенно увеличивая время полета, приземляясь в разных аэропортах Новой Англии, где мы обедали и летели обратно в Бостон.
Бар-Харбор в штате Мэн был нашей первой поездкой с ночевкой.
Аликс всегда говорила мне, что ее сердце принадлежит Бостону. Это была правда, она чертовски любила этот город. Но у нее была такая же сильная связь с Мэном.