Грешник. На острие (СИ)
– Выйдешь, – рука, сжавшая моё горло горячая и большая, а губы приближаются к моим. – Выйдешь, Лера, – и набрасывается на мои губы, отчего у меня срабатывает защитный рефлекс и подонок мгновенно получает коленкой по яйцам.
– Сссукааа, – шипит, отпуская меня и сгибаясь пополам.
– О, ты не представляешь насколько! Ещё раз, специально для тупорылых бандюков: Я ЗАМУЖ НЕ СОБИРАЮСЬ! ТЕМ БОЛЕЕ ЗА ТЕБЯ! Всего доброго, – разворачиваюсь и вылетаю из кухни, красная от гнева, как помидорина.
ГЛАВА 33
Дни взаперти тянутся слишком долго. Так долго, что я начинаю сходить с ума. Ещё и тётя Валя домой уехала. Выходные превратились в вечность.
– Скучаешь? – Кирилл находит меня в отцовской библиотеке, где собраны самые редкие издания. Не то чтобы Король обожал читать, просто в молодости любил понты.
– Чего надо опять? – огрызаюсь зло, стаскивая с полки книгу. Чихаю, потому что она вся в пыли и слезаю с лестницы, но ступить на пол не успеваю. Меня подхватывает Самсонов. – Руки убери! – шиплю на него и поднимаю ногу, чтобы повторить удар по яйцам, но гад уже дрессированный. Быстрым движением блокирует мои попытки, книга падает на пол, а я упираюсь ему в плечи, силясь оттолкнуть.
Губы подонка слишком близко. До омерзения близко.
– Свалил отсюда! – всё же пропускает удар по харе, а у меня от боли в кулаке вырывается стон.
– Да, сучка. Вот так. Постони для меня, – прижав меня к полке и удерживая за горло, лезет рукой под свитер, и я, словно обезумевшая, вонзаю в его бессовестную морду все десять ногтей. Один, кажется, даже ломается. – Сссука, – выдыхает Самсонов и всё-таки отпускает.
Я отскакиваю от него на добрые полметра и только тогда позволяю себе отдышаться.
– Это всё временно, понимаешь, да? Ты не сможешь мне отказывать вечно. Станешь моей женой и всё. Деваться тебе некуда, – приводит в норму дыхание, поправляет стояк в своих штанах. А у меня к горлу подступает тошнота.
– А кто тебе сказал, что я стану женой? Король пообещал? Так ты на нём и женись, я тут причём?
Он делает шаг ко мне как бы невзначай, по инерции. Вытирает с лица кровь ладонью, смотрит на неё с каким-то диким, сумасшедшим выражением лица.
– А кто тебя спросит? Думаешь, я не потащу тебя на поводке? Мне плевать на то, что ты там против, поняла меня? – делает выпад, снова пытаясь поймать, но я забегаю за диван, не позволяя приблизиться.
– Это ты меня не понял. Я сказала, что никакой свадьбы не будет. Я не стану твоей женой, хоть убей. Можешь пожаловаться на меня Королю, – говорю насмешливо, хотя внутри всё спазмом страха сводит.
– Будешь, я сказал. Уже завтра будешь.
– Завтра? – переспрашиваю потерянно.
– Да. Завтра. Король тебе не сказал? – его гадская усмешка вызывает во мне новый приступ тошноты. А в глазах Самсонова читаются уверенность и предвкушение. Даже не сомневаюсь, что завтра всё случится, а потом он меня изнасилует. Хорошо знаю, на что такие люди способны. Отец, что ж ты творишь?
– Плевать мне на Короля и на тебя тоже. Давай, проваливай. И сделай так, чтобы я тебя не видела. Хотя бы до завтра.
– Ну до завтра, так до завтра, – взглядом по моему телу скользит, вызывая желание выколоть ему глазёнки.
Он уходит, а я хватаюсь за телефон. Хорошо, что не отобрали. Завтра… Уже завтра. И отец мне ничего не сказал, не предупредил. Сделал всё по-своему, как обычно, наплевав на моё мнение.
Что ж, хрена с два они меня получат.
Набираю номер и прикладываю гаджет к уху.
– Какие люди, – слышится Хаджиевский голос и мне почему-то хочется зареветь. – Где ты? – вопрос требовательный, злой. Но мне сейчас не до загадок, отчего социопат недоволен. Мне бы свою шкуру спасти.
– У тебя есть шанс отблагодарить меня за то, что отмазала от тюряги. Деньги могу вернуть.
– Я спросил, где тебя носит? – ещё грубее.
– У отца. И мне нужно отсюда свалить. Поможешь?
Целая минута тишины и мне уже начинает казаться, что он пошлёт куда подальше. И правда, нахрена ему меня спасать? Зачем?
– Егор где? – его вопрос заставляет меня растеряться, хотя была готова услышать что угодно.
– Чего? Причём тут Егор?
– Ладно. Жди, – бросает небрежно и сбрасывает звонок. А я ещё минуты две смотрю на потухший дисплей телефона. Что это было вообще?
Вполголоса матерюсь, кляну себя на чём свет стоит и ухожу в свою комнату. Ни на кого положиться нельзя. Вокруг одни самцовые самцы на тестостероне, от которых помощи не дождёшься. А как потрахаться, так они тут как тут. Мудачьё.
Включаю телевизор и, открыв банку с мороженым, заталкиваю в рот ложку с горкой. Нахрен талию. Без неё будет проще. Меньше будут домогаться. Вместе с мороженым глотаю и горечь. Уже завтра…
Обманываться нет смысла. Если Самсонов и отец так решили, то моё мнение их не парит. Они найдут как заставить. Или сделают всё без меня. А потом обезьяна Самсонов залезет на меня и трахнет.
От одной этой мысли меня начинает мутить. Мороженое тут же теряет свой вкус. Талия спасена.
*****
Егор ответил не сразу. Несколько гудков, затем сброс. И снова звонок.
– Да? – приглушённо.
– Да? Что «да», Егор? Что ты скажешь в своё оправдание? Имей в виду, для предательства нужна веская причина. Иначе я просто отстрелю тебе твою тупую башку. Но сначала проделаю то же самое с твоей сторчавшейся сестрёнкой.
– Я тебя не предавал, не говори глупостей, Шамиль. Что я мог сделать? Король сказал запереть её, я выполнил. А про этого жениха я даже не знал…
– Что? Какого ещё жениха?
– Так это… Тут нарисовался один. Я слышал, как он с Валерией говорил. Так понял, она не хочет замуж, но Король уже всё спланировал.
Шамиль застыл. Что-то явно прошло мимо него. И грёбанные псы не смогли доложить вовремя.
– Говорят, завтра их распишут, – добавил осторожно Егор, и Шамилю захотелось вырвать ему кадык.
– Не распишут. Ты поможешь ей сбежать. И только вздумай мне накосячить, как с Королём. Я тебя на куски порежу.
– Но что я могу сделать? Тут охраны до хренищи. Начальник безопасности скоро подъедет. Они теперь с Королём всех шмонают, проверяют. Только дёрнусь и меня спалят.
Шамиль уставился в одну точку – в глаза девки, что сидела перед ним на коленях. Та порочно улыбнулась, облизала губы и полезла к нему в штаны. Отбросил её руку, встал.
– Ты сделаешь это ночью. Когда все лягут спать. Придумай, как отвлечь охрану, а потом выведешь её на задний двор, я буду за забором. Поможешь ей перелезть.
– А я как, Шамиль? Они же поймут, что кто-то из своих помог ей бежать.
– А мне насрать, как ты выберешься. Ты должен был сообщить мне сразу, как только Король отдал приказ. И не вздумай накосячить. Я твою сестру снова на иглу посажу. И тебя вместе с ней. Никакой Король не спасёт. Ты понял меня, Егор?
– Да.
– Не слышу, пёс!
– Я понял!
– Вот и славно. Я буду там в полночь. Выведи мне её.
Отложив телефон, потянулся за сигаретой. Крепко затянулся, впустил облако дыма в лёгкие.
– Сюда иди, – это уже шлюхе.
Та, стащила с себя топ, сбросила на пол юбку и, виляя крутыми бёдрами подплыла к нему.
– Чего желает мой господин?
– Желаю, чтобы ты стала Валерией Игнатьевной, – усмехнулся.
– Что?
– На колени встала. Бегом.
ГЛАВА 34
Отец вошёл вечером, предварительно постучав в дверь. Так на него не похоже. Прошёл к моей кровати, осмотрелся вокруг.
– Я часто сюда приходил. Всё ждал, что ты вернёшься… Валя убирается здесь каждые три дня.
Я села на кровати и, обняв подушку-медведя, уставилась в одну точку.
– К чему эти сантименты? Если хочешь так меня разжалобить, не выйдет.
Он вздохнул, присел рядом. И тоже сосредоточил внимание на стене напротив. Широкий подбородок дёрнулся, будто отец хотел что-то сказать, но никак не решался.