Грешник. На острие (СИ)
– А я тебя не спрашиваю. Это факт. Неоспоримый. Ты возвращаешься домой, пока не выйдет замуж. В своей конторе ты, кстати, больше не работаешь.
– Пап! – смотрю на него во все глаза, но Короля, кажется, ничего не заботит. – Ты не мог этого сделать! – в голосе появляются визгливые нотки. Не нравлюсь себе такая, но поделать ничего не могу, мне жутко хочется заплакать.
– А я сделал. Всё. Иди к ребятам, они тебя проводят к машине. Теперь везде и повсюду только с Егором. И даже не думай мне характер свой показывать. Свободна.
– Пап…
– Ты что оглохла, что ли? Разговор закончен. Ты выйдешь за Кирилла Самсонова. А до тех пор будешь сидеть дома. Всё!
Я вижу, что его раненая рука дрожит. Как и я сейчас от злости.
– Серьёзно? Ты не шутишь сейчас? Кирилл? Ты как себе это представляешь?
– А мне плевать, что он тебе не нравится. Мне не нравится твоя гребаная эмансипация. Стерпится слюбится.
– А может ты просто хочешь от меня избавиться? Ты же знаешь, Кирилл зверь. Он мне дышать не даст спокойно. Ты для этого меня хочешь ему вручить? А ничего, что я против? – злость теперь уступает испугу, потому что я знаю Самсонова. Редкая мразь.
Когда-то он хотел меня в невесты себе записать, но отец не позволил. А теперь сам отдаёт меня в лапищи бандюка, чтобы, наконец, скинуть со своей шеи. Парадокс, но на его шее я давно не сижу.
– Андрей! – отец зовёт своего начальника безопасности и кивает на меня. – Её домой, под замок. И пусть Егор ни на шаг не отходит.
– Охренеть. Просто охренеть, пап, – невесело усмехнувшись, качаю головой. Бред какой-то! Все вокруг рехнулись.
– Валерия Игнатьевна, пойдёмте, – Андрей открывает передо мной дверь, приглашая к выходу. Ну а если не послушаюсь, оттащит силой. Я хорошо знаю Короля и его прихвостней.
ГЛАВА 32
– Съешь блинчик, давай, – домработница отца, тётя Валя, двигает ко мне тарелку с ароматными блинами, улыбается. – Помнишь, как в детстве ты их наворачивала?
– Ещё бы не помнить. Я тогда на слонёнка была похожа. Надо мной в садике и в начальных классах школы все ржали. И всё из-за твоих блинов.
Тёть Валя вытирает руки о передник, садится на стул напротив.
– Это всё такая чепуха, да? Сейчас-то проблем побольше будет?
– Да уж…
– Ну что, расскажешь мне, что у тебя случилось?
Вздыхаю. Когда-то тётя Валя была не только домработницей, но и моей няней. Я выросла, а отец решил оставить её у нас. Она больше, чем прислуга. Она друг нашей семьи, её часть. И я часто делилась с ней своими секретами. Например, о первом мальчике, с которым втайне от Короля бегала на свиданки. Или о том, что у одноклассницы Юльки уже был секс.
Но те времена ушли, и я уже не маленькая девочка. Теперь всё по-взрослому.
– С чего ты взяла, что у меня что-то случилось? – отвожу взгляд в сторону, потому что тёть Валя не тот человек, которого можно с лёгкостью обмануть. Ещё никому не удавалось.
– Я что, слепая, по-твоему? Вижу же, что лица на тебе нет. Из-за отца? Так ты за него не беспокойся. Здоровый, как бык, ничего ему не станется. Не первый раз в него стреляют.
– Где он? – спрашиваю тихо, потому что видеть Короля сейчас совсем не хочется. И слышать тоже. Вчера наговорились, до сих пор щека болит.
– А я почём знаю, Лер? Ты же в курсе, что он ни перед кем не отчитывается. Рано утром уехал куда-то.
– Ясно, – всё же беру блинчик, отрезаю кусочек ножом, ловлю смеющийся взгляд тёть Вали и, бросив приборы, хватаю блинчик рукой. – Вкушно, шпасибо.
– Не болтай с набитым ртом, – наигранно ругается тётя Валя и подаётся вперёд. – Ну так что? Расскажешь, что у вас произошло?
Запиваю вкуснятину апельсиновым соком, вздыхаю.
– Он меня замуж выдать решил. Знаешь за кого? За Самсонова.
Глаза тёти Вали округляются и приоткрывается рот.
– Он что, рехнулся, что ли? С чего это вдруг? Столько лет этот бандит получал от ворот поворот, а теперь что изменилось?
– Видать то, что я… связалась с человеком, который похуже Самсонова будет. Ну это отца мнение.
– А твоё? Ты сама-то чего хочешь? – тётя Валя подпирает голову рукой, внимательно рассматривает меня.
– Я не знаю. Совершенно точно я не хочу видеть этих двоих. И чтобы Король решал, за кого мне идти замуж. Я устала, понимаешь?
Тётя Валя задумчиво кивает.
– А я-то думаю, что это к нам этот Кирилл повадился. Недавно тут с отцом заперлись в кабинете, часа два о чём-то говорили.
– Ясно о чём, – вздыхаю. Король сильно ошибается, если думает, что я выйду замуж за Самсонова. Плевать мне на их договорённости.
– Доброе утро, – слышу вдруг за спиной и испуганно поднимаю глаза на тётю Валю.
– Помяни, он тут как тут, – комментирует та, а шаги Самсонова звучат всё ближе.
– И вам не болеть, – отвечает насмешливо Кирилл. – Привет, Лера. Давно не виделись.
Чтоб тебя…
Вздохнув и прикинувшись глухой, я схватила блин, сунула его в рот. Тётя Валя, не жалующая в этом доме бандитов, кроме Короля, отвернулась к плите. А он ввалился на стул рядом, взял из моей тарелки блинчик.
– Чего надо? – поинтересовалась скучающе, всё так же не глядя на него. Много чести.
– Поговорить нужно.
– А я думала ты жрать сюда пришёл, – проследила за тем, как он тянет уже второй блин. Сволочь. – Не многовато ли желаете, сударь? – всё же не выдержала и повернулась к нему. – И замуж за него выйди, и накорми. Изжога не замучает?
Кирилл усмехнулся, а я невольно отметила про себя, что он всё такой же, как и пять, и десять лет назад. Раскачанные плечи, широкий торс, высокие скулы, тёмно-русые волосы без намёка на седину и усмешка властелина мира. Самомнение тоже раздутое донельзя. Только взгляд повзрослее стал. Уже не такой весёлый. А ведь я когда-то была в него влюблена. Надо же. Сейчас только глухое раздражение вызывает. Видать, в детстве я была не особо избирательной. А может сыграло то, что он долго считал меня ребёнком и даже не смотрел в мою сторону. Поползновения на мою свободу начались гораздо позже, где-то лет с девятнадцати. Только я уже была умнее. Да и отец не воспринимал его, как будущего зятя.
– Вижу, Король тебя уже поставил в известность, – улыбка до ушей и нахальный взгляд на моё декольте. Надо же было надеть такую проститутскую футболку.
– Поставил, да. Только ты не разбегайся сильно. Споткнёшься, харю свою наглую расшибёшь.
– Не изменилась. Всё та же язва, – рука тянется к выбившемуся из пучка локону, накручивает его на палец.
Дёрнув головой и едва не оставив свои волосы в его руке, сбегаю на другой стул. И только сейчас замечаю, что тёти Нины на кухне больше нет. Ну спасибо, дорогая нянечка. Оставила меня с этим животным наедине.
– Я серьёзно, Кирилл. Замуж я за тебя не собираюсь. Абсолютно нет такого желания. Поэтому не трать время, проваливай.
Его улыбка исчезает, а на её место приходит другое выражение лица. Какое-то не очень хорошее. Злое. Или это я уже себя накрутила. Помню, как однажды он прямо при мне отметелил парня, с которым я встречалась. Было это посреди белого дня, у небольшой, но заполненной кафешки. Ещё тогда я разглядела в его глазах зверя. Но тогда его сдерживал отец. А теперь…
– Мы с твоим отцом уже всё решили. Твоё согласие мне не требуется, Лера.
– Да что ты? Может силком меня потащишь в ЗАГС? Смирительную рубашку на меня наденешь? Говорят, после тебя все девки в дурку ложатся. Это правда? – меня несёт. Сильно так несёт. Ещё немного и воткну ему в глаз вилку. Что ж это такое, одни уроды моральные мне встречаются.
– Если понадобится, за волосы оттащу, – усмехается подонок, а после добавляет: – На кону слишком много денег, Лера. Слишком. Плюс ты. Давно тебя хотел.
– Пошёл нахрен. Хотел он… Дебила кусок, – резко подрываюсь и уверенным шагом направляюсь прочь, но он ловит меня у выхода и с силой впечатывает в стену.