Double spirit. Часть 3 (СИ)

**какой соблазн на этом месте закончить главу! Однако у Автора припадок доброты.
====== Глава 31. На самом деле не глава ======
Всем привет.
Блин, вот неохота о грустном, но обстоятельства таковы, что работу прерываю. Без паники! Всего на 5-8 дней. Просто в том месте, куда я планирую отправиться, инет будет урывками, а возможности писать, боюсь вообще не будет. Так что сорри. Как говорит мой знакомый – “Не проклинайте лихом.”
Я добавляю эту главу, которая на самом деле не глава, исключительно для того, чтобы лента обсуждений не грузилась по три часа, меня это нереально раздражает, а это неизбежно при большом количестве отзывов.
Так что всем пока.
Да, сейчас сайт мне скажет, что я собираюсь добавить слишком маленькую главу, а это безобразие, блаблабла. Поэтому добавлю для веса прекрасное стихотворение Юнны Мориц, отрывок из которого крутится у Лео в голове, когда он стоит на кромке льда рядом с Аланом.
Офигенский стих, просто порнуха чистой воды, очень красивая и неожиданная от поэта, которого я очень люблю. За все ее стихи. Короче, стих:
Античная картина
Юнна Петровна Мориц
Славно жить в Гиперборее,
Где родился Аполлон,
Там в лесу гуляют феи,
Дует ветер аквилон.
Спит на шее у коровы
 Колокольчик тишины,
Нити мыслей так суровы,
Так незримы и нежны.
Толстоногую пастушку
 Уложил в траву Сатир.
Как ребенок погремушку,
Он за грудь ее схватил.
А в груди гремит осколок
 Темно-красного стекла.
А вблизи дымит поселок,
Ест теленка из котла.
Земляничная рассада
 У Сатира в бороде,
И в глазах не видно взгляда,
Он – никто, и он – нигде.
Он извилистой рукою
 Раздвигает юбок стружки,
Пустотою плутовскою
 Развлекая плоть пастушки.
А она пылает чудно
 Телом, выполненным складно.
Все творится обоюдно,-
То им жарко, то прохладно.
А корова золотая
 Разрывает паутину,
Колокольчиком болтая,
Чтоб озвучить всю картину.
====== Глава 32. А вот это глава. Маленькая. (Название рабочее) ======
 Комментарий к Глава 32. А вот это глава. Маленькая. (Название рабочее) Маленькая глава, исключительно для скорости ленты.)
— Скорлупа примерзнет.
— Что? Какая скорлупа? — не понял Лео. Понятно, что стресс мог повернуть набок и так пропитанную препаратами крышу Свиридова, однако не на столько же?
— Железная, судя по всему, — заржал Алан и попытался привстать, однако не совсем удачно. Примерзло как-раз таки его пальто от Диор.
— Или во что там у тебя яйца упакованы?
— Вот ты придурок, — беззлобно, с облегчением выругался Лео, но всё же поднялся с живота на четвереньки. Мало ли что. Да и отодрать пальто Алана нужно было помочь. Изодранные в кровь пальцы парня совсем не слушались. Да и у Лео ситуация была не лучше.
Они не сговариваясь с трудом поднялись на ноги и побрели в сторону дома. Странно, но холод чувствовался только кожей. И мозгами, разумеется. Видимо стресс был настолько силен, что адреналин глушил все ощущения. Так бывает, когда ударишься, к примеру, пальцем ноги о ножку стола со всего размаха, и боли нет доли секунды, а вот мысль есть: «епт, щас будет больно», — орет эта самая мысль в голове. И не ошибается. Через полсекунды эта самая боль догоняет мысли, которые безусловно оправдывают свой рекорд скорости среди всех явлений.
Так и тут. По мере того, как они приближались к дому, прихрамывая и тяжело дыша, держась друг от друга на некотором расстоянии, чувство леденящего холода проявлялось, как фотография в ванночке с раствором проявителя. К концу пути Алан был уже порядком синий. С его пальто вначале тонкими струйками стекала вода, потом через несколько минут оно покрылось корочкой. Майка у Лео оставалась мокрой, свитер, спасший им жизнь, он вначале тащил за собой, словно собачку, потом подобрал его в мокрый тяжелый ком.
Набрасывать его на себя было бы безумием, однако и выкидывать бабулин подарок ему и в голову не пришло. Хотя руки он оттягивал конкретно. Путь по саду обратно казался бесконечным, не то, что пять? Пятнадцать? Сорок? Минут назад. Время спрессовалось в уродливый клубочек, и Лео ни за что не мог бы сказать, сколько его утекло с момента, как он увидел черный силуэт со второго этажа особняка.
  
Пес, взволнованно скуля и погавкивая, кинулся им навстречу, чуть не сбил Ала с ног, встав на задние лапы и оказавшись чуть ли не одинакового роста со своим хозяином.
— Черт, как тепло, — Алан не смог сдержать восторженного стона, на секунду запустив окоченевшие пальцы в густую шерсть, меж тем как Морис виновато поскуливал, чувствуя своей собачьей душой, что случилось что-то ужасное. А его не оказалось рядом. Как же так?
— В дом, — скомандовал хозяин. — Там ванна.
Они ввалились в тепло, однако холод, нагрянувший с запозданием, так же не торопился отпускать своих жертв. Несмотря на то, что они мгновенно скинули с себя все обледеневшие шмотки и несмотря на довольно высокую температуру в особняке, их обоих трясло так, что даже разговаривать не получалось. Только погрузившись в обжигающую, в первую секунду, воду джакузи, и выдержав пытку на этот раз кипятком, как показалось им обоим, несмотря на довольно скромную температуру, если верить датчику устройства, только через несколько минут они начали отогреваться.
— Кконьяк будешь? — зубы у Алана все еще стучали, так что Лео его даже не сразу понял.
— Тащи… — это было, конечно, совсем не лишним.
О случившемся они не перекинулись ни единым словом, однако ужас от осознания того, что сейчас они оба могли бы покоиться на дне негостеприимного водоема и медленно вмерзать в его дно, начал уже проникать в каждую клеточку. Его необходимо было оттуда вытравить. Коньяк для этого подходил лучше всего, хотя Лео его и не любил.
Не любил. Да. Однако же вылакал, словно чай, половину стакана, даже не замечая ни вкуса, ни обжигающего ощущения. Вторая половина стакана досталась Алану.
— Эй, мне оставь! — эту фразу сказал Свиридов, когда забирался обратно в джакузи, его ошарашила прыть Лео, который все не мог остановиться, глотал и глотал ароматную жидкость.
И эта фраза была последним, что запомнил Лео.
«Еще не хватало уснуть в ванной,» — последняя связанная мысль, которую родил внутренний голос, увязла в перламутровой дымке.
«И правда, не хватало еще уснуть», — подумал Лео вслед за ним. И уснул.
====== Глава 33. Еще одна небольшая. (Тоже рабочее) ======
Черт! Спать было дьявольски неудобно, и вместе с тем до офигения приятно. Неудобно было потому, что казалось, будто он расположился на камнях, и они впиваются во все кости и суставы. А приятно — потому что тепло. Потому что кто-то обнял его и уткнулся носом в плечо. И сопел так уютно и трогательно.
И этот кто-то, вот черт! Не просыпался, даже если его как следует пихнуть в бок. Только чмокал во сне и пускал слюни. Но вообще-то, если честно, то выглядел так мило, что устраивать ему обструкцию и продолжать прессовать дальше, чтобы он открыл глаза, не поднималась рука.
Однако жить так дальше было совершенно невозможно. Хотя неверно, жить-то как раз можно было, но вот спать — абсолютно нет. Потому что нет ничего хуже, чем спать на дне джакузи, когда в ванной нет ни капли воды, а ты лежишь на жестком дне и каждой косточкой чувствуешь качество немецкой фаянсовой промышленности.
Лео в полной мере оценил находчивость Свиридова, который оказался на удивление более устойчив к пагубному влиянию алкоголя, чем он сам. Во всяком случае, его не только хватило на то, чтобы сообразить выпустить воду из резервуара и притащить подушки из спальни и теплющее одеяло, но и упорство и силы на то, чтобы довести задуманное до конца тоже нашлись.
Педантичность как всегда зашкаливала, потому что даже вытереть жертву неосторожного обращения с алкоголем Алан не забыл. Махровые влажные полотенца валялись тут же, на краю ванны. И кстати, вовсе не валялись. Лежали, аккуратно сложенные.