Шелихов. Восхождение (СИ)

— А лифта здесь нет? — я скептически оглядел выбитую в скале лестницу, уходившую вверх, — Здесь, наверное, тысячи ступеней.
— Тысяча пятьсот, господин. Мастер Мэй Хэй находится вон в том храме, — махнул вверх мальчишка, туда, где виднелись крошечные постройки.
— Тогда вперёд, нам нужно сегодня ещё вернуться назад.
— Господин, возьми это, — Вей протянул небольшой свёрток в пол спичечного коробка. Развернув, я обнаружил небольшую сладость и вопросительно уставился на мальчишку.
— Это, чтобы уши не закладывало, — пояснил предусмотрительный юноша. Он всё больше начинал мне нравиться. Нужно обязательно познакомить его с Николаем. Им будет чему друг у друга поучиться.
Вздохнув, я первый начал подъем, честно пытался считать ступени, но после пятьсот я сбился и махнул на это рукой.
Просто стал наслаждаться подъемом, да перекатывать во рту ментоловую конфету и любоваться открывающимися видами с чистым воздухом.
И на удивление не заметил, как моя нога вступила на ровную поверхность.
Площадь перед храмом была пуста, не обращая внимания на это, Вей подошел к большому медному кругу и, взяв колотушку, ударил что было сил.
Низкий гул разошелся от центра вибрирующего круга к его краям. Вибрации уже прекратились, а гул эха всё ещё гулял между храмовыми постройками. Но никто так и не вышел.
Набравшись смелости, он толкнул тяжелую массивную дверь, и ничего не произошло.
Сил мальчишки хватило только на то, чтобы всем весом упереться в дверь руками и давить всей своей маленькой массой.
Немного понаблюдав за его потугами, я подошёл сзади и дернул железное кольцо на себя. Дверь неохотно, но поддалась, отодвинув всё ещё упирающегося мальчишку в сторону.
От удивления он замер, и только после того, как я зашёл внутрь, он просочился вслед за мной.
Тусклый свет, проникавший сквозь узкие зарешеченные окна, позволял разглядеть прямоугольное помещение с колоннами по центру, же чернел квадрат очага, кое-где даже ещё горели красным угли.
Я подошёл к нему и, присев на корточки, протянул ладонь.
— Ещё тёплый, — но людей видно не было.
Вей носился по храму, заглядывая в каждый угол или дверцу. Но по его хмурому лицу стало понятно, что и он не знает, куда могли исчезнуть люди.
Выйдя во двор, мы решили заглянуть в мастерскую.
Дверь здесь была попроще и побольше, видимо, через неё завозили камень и вывозили готовые изделия. Хотя, как они поднимали камень на такую высоту, для меня остаётся загадкой.
Распахнув ворота, я услышал странное мычание, но на первый взгляд мастерская тоже была безлюдна.
— Господин! — Вей с ужасом смотрел наверх и показывал на что-то пальцем.
Приняв голову, я удержался, чтобы не присвистнуть. Наверху, под сводом потолка, висели самые настоящие коконы.
— Вей? А ты уверен, что мы не нарушаем ничьей магической тайны? Может, мастер проходит курс омоложения и решил омолодить ещё и своих подмастерий?
Вей испуганно посмотрел на меня, не поняв иронии.
— Ладно, ладно, это так, неудачная шутка.
Закрыв глаза, я посмотрел на коконы внутренним зрением.
Красные потоки враждебной энергии сдерживали всё ещё живых людей.
Сконцентрировавшись, я создал воздушный хлыст и двумя ударами аккуратно срезал коконы с потолка.
Упав на пол, они разбились на части, словно треснувшие протухшие яйца.
Из них вытекла зеленая жижа.
Подойдя к ближайшему кокону, я попытался разорвать его руками, но паутина была очень крепка, а это была именно она. Самая настоящая паутина.
— Вей, найди нож или что-нибудь острое, — бросил я, не оборачиваясь мальчишке и продолжил рассматривать кокон.
— Господин…
— Принёс? Давай! — снова не глядя на Вея, я протянул руку, на которую капнуло что-то горячее и тягучее.
Замерев на мгновение, я подался назад и, упав на спину, увидел, как на том месте, где я только что находился, клацнули челюсти огромного паука. С ростом с небольшую корову, и он смотрел на меня красными глазами и медленно приближался. Чуть выше глаз болталась вертикальная бумажка с китайскими иероглифами.
 
Испуганный мальчишка был примотан к деревянному столбу и лишь молча пучил большие от страха глаза.
Перекатившись за бочки, я встал на ноги и только успел сформировать защитную сферу, как в неё забарабанили сразу четыре мощные лапы.
Нет, так дело не пойдёт. Оттолкнув паука назад и сформировав небольшой вихрь, я послал его вперёд.
Поглотивший монстра, он стал наращивать обороты.
Лапы паука одна за другой отрывались от пола, поддавшись силе ветра, и вот он уже весь болтается в нём вместе с мелким мусором, что захватывал с пола.
Мастерская скрипела и выла под порывами рукотворного смерча, не выдерживая её мощи, я чувствовал как перекрытия начинают трещать, как гнётся металл.
Порывы ветра распахнули ворота, и я послал вихрь наружу, заставив выплюнуть монстра в центре площади.
Упав на спину, он еле шевелил окоченевшими лапами.
Здоровый черт, глаз зацепился за большой молот, приложив немалые усилия, я поднял его от земли и, подойдя, я что было сил замахнулся чтоб нанести финальный удар.
— СТОЙ!
Так и не опущенный молот в замахе выпал из моих рук.
— С ними заклятье, — глаза паука скосились на голову, где болтался белый прямоугольник.
Я протянул руку к бумаге, где алым были написаны иероглифы.
Просто снять её было нельзя, иначе он так и останется в теле паука. Заклятье, конечно, можно вернуть назад и развоплотить его, но на это есть время между двух лун.
Мне повезло, что обезумевший паук не убежал далеко и что я не сбросил его вниз с горы, как планировал сделать изначально. Ситуация спасла моя щепетильность и отчасти лень: не хотелось бродить по окрестностям Гирина в поисках недобитого злого паука.
Да, это был сам мастер Мэй Хэй. И он не говорил, пусть он был и перевертышем, но в такие моменты всё человеческое в нём запечатывалось, но, как только паучья натура теряла силу, он мог говорить беззвучно, так что его слышал тот, к кому он обращается.
Чтобы снять заклятье, необходимо было переписать иероглифы в противоположном значении. Только так возможно было вернуть мастеру человеческий облик.
Всё-таки у нас как-то проще: живой водой полил, поцеловал и да шкурку сжёг, и всё.
Пришлось идти развязывать Вея и просить помощи. Я конечно знал китайский не настолько хорошо, как того требовали обстоятельства.
Бледный от страха мальчишка, сначала упирался и не хотел выходить из мастерской. Я его понимал, у китайцев особые отношения с пауками, но после безрезультатных попыток я просто поднял его за воротник и потащил на свежий воздух.
Прибавившийся кислород, заставил его мозг работать в правильном русле, и общими усилиями мы быстро решили этот китайский ребус и вернули мастеру Мэй Хэй его тело, честь, совесть и долг, который он торжественно и повесил на себя. Пора заводить копилку.
В шесть рук мы освободили и привели в чувство его подмастерий, и жизнь в храме снова закипела.
Вей с поклоном передал послание от Ченглея, Мэй Хэй читал медленно, вдумчиво, изредка кивая. Потом и вовсе замолчал, задумываясь о своём, время от времени перебирал руками свою седую бороду.
Как мастер перевоплотился в паука, он на отрез отказался говорить. Надо сделать пометку и обязательно расспросить Ченгелея об этом, как я понял, его кто-то обратил, не мог же он сам? Хотя, почему не мог, мог, но, значит, на то были определенные обстоятельства. А вот про статуи поведал сполна, оказывается, как раз перед нашим приходом их забрали люди генерала, куда их будут размещать, он не знает.
Напоследок предложил спуститься не по лестнице, а на грузовом лифте.
Лестница — это для туристов.
Удивлению моему не было предела, видимо, это отразилось и на лице, так как мальчишка, что-то забормотавший резко куда-то испарился.
Ну Вей, это же сколько времени потеряли, пока в гору поднимались!
Обратная дорога не заняла много времени, мы существенно сократили время за счёт спуска на лифте.