Шелихов. Восхождение (СИ)

Ник, сам не понимая, что делает, потянулся к силе и получил небывалый прилив энергии. Собрав вокруг себя воздушные потоки в тугую сферу, отшвырнул левой рукой графиню в сторону и направил в разбитое окно магию, которая поглотила всё: и железо, и людей, сидящих внутри, и с жутким скрежетом разорвала на части с такой лёгкостью, как будто это были игрушки.
Всё смолкло. Груда металлолома под окном вперемешку с останками пилотов — вот всё, что и осталось от внезапного покушения.
Возникшая тишина била по ушам, лишь залетающий ветер придавал ситуации реалистические нотки.
«Быть не может: такая мощь, раньше за собой он такого не замечал. Но заметили и другие. Все, кто был сегодня на обеде, разнесут по всему Петербургу и не только об огромной магической мощи старшего изгнанного сына графа Шелихова, но и о странностях, происходивших в поместье.»
Ник подошёл к бледному брату и попытался ободряюще улыбнуться. Хотя и ему самому было не по себе, а уж сколько вопросов накопилось…
* * *
Пускай Род Шелиховых и носил графский титул, отстаивать свои права привык в словесной борьбе, да перепалками бульварных газетёнок, который каждый дворянский род по чуть-чуть да прикармливал. Давно минули те времена, когда споры решались кулаками в боярской думе или же в стычках небольших отрядов. Поэтому, когда главе службы безопасности поместья пришёл сигнал о не запланированном вылете вертолёта со второй площадки, панику никто не поднял. Мало ли, может, кто из господ соизволил покинуть поместье, а нерадивые слуги не успели известить охрану и диспетчера. Но всё оказалось куда хуже: после взлёта вертолета, на площадке были найдены пилоты без сознания. А удаляющаяся монстра направлялась к левому крылу поместья, в котором сейчас находились гости, графиня и наследник рода. Иван Ивановичу поплохело. Прохрипев в рацию общий сбор, он ринулся бегом за вертолетом, на ходу разворачивая ускоряющие скрипты, но, как ни старался, он не успел.
Прогремела автоматная очередь, послышались людские крики, и в воздухе запахло озоном. Возле разбитого окна стоял Николай и, как консервную банку, сминал вертолёт, его глаза горели синим, а воздух вокруг превратился в кисель, в котором застревали пули.
— Владеющий полным кругом силы, — пробормотал Иван Иванович. — Быть не может…
* * *
Графиня сидела в кресле, и её осматривал врач. Ей все ещё не удавалось прийти в себя, и эмоции, бившие через край, не давали ей усидеть на месте, чем осложняли обследование. Вокруг летали книги, склянки с настойками и всякие мелочи.
'Всё таки хорошо её припечатало в стену: остатки защиты сорвало сразу, и уже темнеющим взглядом она увидела пасынка Николая, который оперировал чистой энергией. О! И этот страх в глазах присутствующих… Нет это страх не от нападения, этот страх она узнает из тысячи, страх неминуемого возмездия…
Проблема заключалась в том, что возмездие может настигнуть и её… И ещё непонятно, откуда прилетит. Не успев похоронить мужа, она чуть не умерла. А то, что охотились именно на неё и её сына, нет никаких сомнений.
Только кто стоит за этим покушением? Ещё и служба рода подкачала. Да и кто мог подумать, что вот так, среди белого дня, на глазах у многочисленных гостей, кто — то посмеет организовать такое, надо быть дерзким или безумным. Нет, несомненно, Николай оказался рядом и вовремя. Но его возросшая мощь, тоже не даёт покоя. А что, если он воспользуется древним правом? Нужно быть осмотрительнее…'
* * *
Когда на втором этаже стало не протолкнуться от набежавших людей настолько, что стало душно, и это при разбитом окне, Ник решил, что лучшего времени не придумаешь, чтобы посетить волхва.
Рассматривая колбы с химическими реактивами, он ходил вдоль стеллажей. Кабинет или скорее лаборатория, почти не изменилась. Характерные признаки чужой руки, всё-таки чувствовались. Что-то, почти неуловимое…
Где-то тут, должен быть Веселин.
 
— Веселин, ты здесь? — в глубине что — то гремело за стеллажами. Ник сделал несколько шагов в сторону шума.
— Стой!!! — предостерегающий крик опоздал на доли секунды, что-то тренькнуло, грохнуло и всё помещение заволокло дымом. А сквозь дым, кашляя и смеясь, к нему подошла девушка в белом халате с собранными в пучок волосами и лабораторными очками на лице.
Вид Ника был не лучше: всё лицо в копоти, белели только зубы в идиотской улыбке и белки глаз.
— Прости, виновата, — сказала она. — Ну-ка подержи!
Сгрудив свёрнутые берестяные свитки, она быстро чертила руны, часть из которых, Ник видел впервые.
Дышать стало значительно легче, откуда-то подул ветерок, и весь дым улетучился. Закончив прорисовывать завитушки маленькой руны на своей ладошке, девушка легонько подула на руку, руна пролетела по воздуху и прилипла ко лбу Ника, сработала ещё одна яркая вспышка, в глазах всё сначала побелело, потом потемнело. Ник быстро заморгал, из глаз брызнули слезы. Свитки, выпавшие из рук, покатились по полу.
— Ой, только не три! Вот моя рука. Это побочка. Я думала, ты знаешь, что нужно зажмуриться. Садись, сейчас должно пройти.
— Спасибо, а где Веселин? — что-то день богат на происшествия. Нет уж, после похорон, он вызовет Филина, и пусть они везут его обратно, откуда взяли: в тайгу, где кругом — ни души.
— Так нет его уже как полгода… Я — за него…
— Понятно.
— А ты по делу или так?
— Или ты новый волхв?
— Ну, так сказать, и.о., но желающих пока не нашлось.
— Меня Ник зовут, — он протянул куда-то в темноту руку.
— Ой, — по звуку стало ясно, что девушка резко вскочила и заметалась между стеллажами.
— Николай Григорьевич… Я… Извините, сейчас, я всё поправлю.
— А зовут-то как? — снова в пустоту крикнул Ник
— Вася… Василиса Юрьевна.
— Интересно. Да не торопись, я уже вижу: размыто, правда, но в общем-то вижу. У тебя чай есть?
— Есть.
— Лучше чая принеси!
Спустя полчаса, когда к Нику вернулось зрение, они сидели за столом, где дымился небольшой аккуратненький чайничек.
Ник долго грел кружкой руки, делал глоток и снова грел.
— Так ты говоришь: голос один и тот же или разные?
— Один, женский. Идут приступы боли, голова разрывается, слышу голос. Он, кричит, и всё прекращается. Накрывает неожиданно, закономерности нет. Склонности такого рода магии не было, да и откуда? Источник я не чувствую после обряда отречения.
— А когда случился первый приступ?
— Где-то с неделю назад.
— Хм, нужно провести сканирование в защитном круге. Вы готовы?
— Мы же договорились на ты, Василиса.
— Да не могу я, правда. Я все равно сбиваюсь. Так что, без обид.
— Ладно, — допивая одним глотком чай, сказал Ник. — Показывай свой круг.
Он стоял на каменном полу в центре вспыхнувшего круга.
— Только поосторожнее, я ещё жить хочу…
— Тихо, не мешай.
Василиса Юрьевна отмахнулась от Ника, продолжая чертить руны и отправлять в круг.
Ник поднял голову вверх и чуть не присвистнул: а вот этого здесь точно не было! Видимо, Вася переделала лабораторию под себя. Над головой был длинный купол со стеклянной крышей, а по стенам купола шли книжные полки. Их было бесчисленное множество. Некоторые подрагивали от нетерпения, а парочка даже была прикована цепями с большими увесистыми замками.
Когда Ник опустил голову, и.о. волхва уже невозможно было разглядеть за плотной магической пеленой круга.
Сквозь магический туман начала проявляться новая руна, вернее на руну, она была похожа в самом начале. Но как только она стала приближаться, всё больше стала походить на силуэт девушки с длинными развивающимися волосами, она протягивала свои руки к Нику. Он коснулся её пальцем, она дрогнула и приблизилась.
Дикая боль пронзила тело.
— Помогиии…Пожалуйста…
Ник пришел в себя лёжа на кушетке. Интересно, как он тут оказался? Неужели Василиса Юрьевна взвалила его на свою хрупкую спину и перенесла…