Кот в мешке и прочие неприятности (СИ)

— И что же, они сами не против? Каково это знать, что человек, который клянется тебе в любви, еще вчера говорил тоже самое другому?
— Драматизировать тоже не надо, — хмыкнул оборотень. — В обществе иных не приняты договорные браки, родители не ищут супругов для своих отпрысков. Мы находим свою пару сами. Может быть, путем проб и ошибок, наступая на грабли и набивая шишки. Знакомимся, общаемся, встречаемся и так, пока не находим родственную душу: любимую и любящую, всепонимающую и всепрощающую. Стоит ли так ругать этих мальчишек и девчонок за то, что они боятся связать свою жизнь с чужим человеком?
— Возможно, ты прав, — неохотно признала я. — И как же они поймут, что нашли свою пару?
— Понятия не имею, но сердце точно подскажет.
На языке вертелся вопрос, а нашел ли Килан свою родственную душу, но задать я его так и не решилась. Сомневаюсь, что во всем мире найдется еще хоть одно такое же самоуверенное и наглое существо. Вместо этого голову заняли мысли, а выбрала бы я сама Фина Гарана, имей такую возможность. К своему стыду, о наличии жениха я вспоминала все реже. Сложно удержать в сердце и голове человека, которого видела лишь однажды. Философия иных произвела на меня слишком большое впечатление, а их вольные нравы еще больше пришлись по вкусу.
— Только не грусти, пирожок, — мелодия сменилась и Килан резко потянул меня за собой.
На всю площадь разнеслась веселая ритмичная музыка и на ней тут же, словно по волшебству, образовалось два ручейка. Было в этом что-то особенное, пританцовывать среди нескольких десятков оборотней, держась за руку с самым обаятельным из них. Зеленоглазый шельмец крепко прижал меня к себе и согнувшись чуть ли не вдвое, мы пронеслись под переплетенными руками остальных танцующих.
Казалось бы, я была здесь чужой, но никто из иных не спешил сажать меня на вилы. Они ободряюще улыбались, хлопали в ладоши, принимали гостью как свою. Воздух был пропитан свободой и любовью к жизни. В этом месте хотелось дышать полной грудью.
Еще ни разу прежде я столько не танцевала. Оказывается, это очень весело, когда ничего не сковывает твоих движений и не приходится через шаг путаться в собственной юбке. Никто не следил за идеальными па, все танцевали по-разному, но от души. Меня впервые в толчее толкнули локтем и я тоже толкнула впервые. Правда Килана, посторонних не отважилась…
— Может отдохнем и перекусим? — самой не верилось, что оборотень сдался первым. Но наслаждаться маленькой победой я решила молча, желудок призывно заурчал, он тоже был не против перехватить чего-нибудь съестного.
— Не откажусь.
— По праздникам к нам приезжает изумительный пекарь. У него выпечка — ну просто пальчики оближешь! — кот принялся расхваливать его пекарню, как лягушка родное болото, и делал это очень красочно и аппетитно.
Лавку приезжего пекаря можно было учуять издалека. Ароматы свежей выпечки сложно с чем-то перепутать. Да и словам Килана не было причин не доверять, вокруг лавки собралась небольшая очередь, а это о чем-то да говорило. Каких только угощений не было на витрине: здесь можно было полакомиться и сладостями, и сытными пирожками с разными начинками в силу разношерстности местных покупателей. Некоторые, как я заметила, налегали на пироги с овощными начинками, другие предпочитали исключительно мясо, детворе же любых пород и мастей были милее всего торты и пирожные.
— Чего желаете отведать? — молоденькая девушка улыбнулась нам из-за прилавка. Судя по белому фартуку, она была помощницей того самого пекаря. И хоть я прежде не водила знакомства с иными, девушка мне казалась смутно знакомой.
— Нам два, нет, три расстегая с мясом. А из сладенького еще вот эти заварные булочки, — Килан не заботясь о вежливости ткнул пальцем в витрину, а я поспешила перехватить его руку. Не то, чтобы я переживала за его манеры, которые напрочь отсутствовали, скорее хотела полакомиться сладеньким. Уж не ослеп ли вдобавок мой оборотень, раз указывал на гужеры с сыром вместо булочек с заварным кремом?
— Ах, да, — быстро сориентировался Килан, не спеша меня благодарить за помощь. — Вот этих. Штуки четыре. Нет, лучше пять.
 
— Двадцать сребреников.
— По миру пустишь меня, булочка, — не упустил возможность пожаловаться оборотень, перехватывая пакет.
— А откуда у тебя вообще деньги? — я подозрительно оглядела кота с ног до головы. — Только не говори, что ты одолжил кошель вместе с костюмом!
— Хорошо, не буду говорить, — и чтобы наверняка не проболтаться, Килан впился зубами в сочный расстегай.
И я бы наверняка устроила Вестеру самую настоящую взбучку, если бы мое внимание не отвлек на себя хозяин лавки. Если бы я первая добралась до лакомств, сейчас точно бы подавилась.
— Это же мистер Курц! — я оттащила кота подальше, и почти зашипела ему на ухо. Откуда только силы взялись отволочь эту махину и склонить к себе.
— Длиннохвост что ли? Ну да, — оборотень ответил на удивление спокойно, впрочем пока он ел, всегда казался умиротворенным.
— Что он тут делает?!
— Так он же пекарь.
— Я прекрасно знаю, что он пекарь, но… О… — до меня медленно доходило истинное положение дел и я находилась в настоящем замешательстве. — Мистер Курц тоже иной?! — Я говорила шепотом, словно позабыв, что я нахожусь в деревне оборотней сейчас. Имей они на то желание, услышали бы с противоположной стороны улицы.
— Ну да, — Килан растерянно переводил взгляд с Курца на меня и обратно.
— Но ведь он живет в Дарбурге и держит пекарню на центральной улице?!
— Ах, так вот, что тебя смущает, — разулыбался наглый кот. — Булочка моя, ты будешь приятно удивлена, но ваш закрытый город, не такой уж и закрытый. Особенно для тех, кто знает, как ловко обойти закон, а эти грызуны в этом мастера.
Грызуны… Длиннохвост… И все это в чопорном Дарбурге!
— Я всегда подозревала, что он крыса, — доверительно шепнула Килану на ухо, отчего тот прыснул со смеху.
Когда он развлекся на славу и поел, Вестер вспомнил, зачем же мы собственно приехали в Вольницу. Но до лекаря нам так скоро было не суждено добраться.
— Скорей, — перехватив меня одной рукой за талию и особо не церемонясь, иной потащил меня в гущу событий и людей, точнее не совсем людей. При этом он красноречиво и словно воровато оглядывался назад.
— Что такое?! Великий и неподражаемый Килан Вестер еще кому-то денег задолжал?
— Хуже, — вкрадчиво прошептал оборотень. — Там моя бывшая. Мы расстались не на очень хорошей ноте и я, кажется, кое-что прихватил напоследок.
— Фу, ты омерзителен, — сказала, а сама обернулась. Очень уж было любопытно оценить вкус наглого кота.
— Я украл ее сердце, — томный шепот раздался над самим ухом. Ясно все, опять издевается. К толпе позади интерес я потеряла, а, обернувшись к Килану, не удержалась и сделала натуральный вид будто меня тошнит.
— А там что?
— Ерунда какая-то, в следующий раз посмотришь, — отмахнулся Килан.
— Ну уж нет, у меня следующего раза может и не быть, — я не на шутку заупрямилась, потянув кота в противоположную сторону.
— Силенок не хватит, котенок, — он перебросил меня через плечо так легко, словно я для него ничего не весила. Но сжалившись над моими жалобными всхлипами, отнес мою тушку к заинтересовавшему меня прилавку.
С центральной площади мы ушли, только когда я разорила кота на две необычайно красивых плетеных мандалы и носовой платок с ручной вышивкой. Я еще сама не знала, зачем мне что первое, что второе, но чисто по-женски было очень приятно.
— Довольна твоя душенька? — усмехнулся кот, пока я, не скрывая своей радости, чуть ли не вприпрыжку шла по улице и сияла от счастья.
Мы уже поравнялись с брошенным автомобилем, путь до лекаря-отшельника по словам Килана был не близкий, как вдруг оборотень весь напрягся, непрерывно глядя куда-то за моей спиной.
— Что… — не успела я договорить, как он перебил меня, да еще и рот закрыл рукой.
— Там твоя сестра Марьям!
Меня, кажется, парализовало от страха быть пойманной с поличным в таком месте. И пока мозг пытался найти выход из сложившейся ситуации, Килан взял инициативу в свои руки. Мы практически завалились в салон автомобиля, а из меня разом выбило воздух, когда оборотень навалился сверху. Где-то под нами жалобно хрустнула мандала, не выдержав такого варварского обращения. Несколько секунд мы лежали крепко обнявшись на заднем сиденьи, пока до меня наконец не дошло, что меня просто напросто надули.