Крестной феей назначаю себя! (СИ)
— Нет, нет, Эвелина! — королева отрицательно качнула головой, а герцог насмешливо улыбнулся, не доверяя наивности первой фрейлины. — Направь туда Кэтрин Брайтон! Она толковая девушка и сделает все, как надо!
— Но, Ваше Величество, — Эвелина пыталась возразить королеве, с горечью понимая, что ее доводы приняты не будут, — Кэтрин совсем недавно появилась в Вашей свите! Ей всего 17 лет, девушка только из пансиона и не имеет опыта руководства горничными, тем более в таком ответственном деле!
— Значит, у девицы Брайтон появится новый бесценный опыт, разве это не замечательно. Ваше Величество? — герцог Берштейн обращался к королеве, но его глаза с холодным превосходством смотрели на Эвелину.
— Я тоже так считаю, герцог, — королева продолжала разговор в прежнем благодушном тоне, — Кэтрин пора начинать карьеру при дворе, Вы не согласны со мной, графиня?
— Да, и вот еще что, — быстро добавила Амелия, не дожидаясь ответа своей первой фрейлины, — пусть и для самой Кэтрин подготовят комнату в старом крыле на все три дня, оставшиеся до Бала! И на пару дней после Бала тоже!
— Но почему? — Эвелина была шокирована последним указанием королевы. Старое крыло было нежилым уже много лет, за исключением, разве что, таких неординарных событий, как проведение Лунного Бала: — У Кэтрин есть своя комната, и что мешает ей возвращаться туда вечером, после дневных забот в старом крыле?
— Дело в том, — скучающее лицо Амелии показывало, как неинтересно ей заниматься бытовыми мелочами, — что ее комната понадобится для фрейлин одной из наших гостий — принцессы Александрины.
— Ты же знаешь, дорогая, — мягко улыбнулась Амелия графине Роддерик, — что наши именитые гостьи приезжают со своей свитой, и эту свиту надо где-то разместить. Комната Кэтрин совсем рядом с апартаментами, которые подготовлены для принцессы Александрины. Будет очень удобно, если эту комнату временно займут ее фрейлины. А как только принцесса со своей свитой уедет, Кэтрин Брайтон сможет вернуться и вновь занять выделенное ей место.
Эвелина только усмехнулась, услышав от королевы недвусмысленный намек на "место", выделенное для Кэтрин Брайтон. Теперь у графини Роддерик не осталось ни малейших сомнений — Берштейн рассказал Их Величествам о увлечении Дэниэля юной фрейлиной. И напуганная королева принимала меры, чтобы сын не виделся с Кэти как можно дольше. А герцог лично контролировал происходящее, не доверяя отходчивому сердцу Амелии.
— Ваше Величество, — Эвелина была почти уверена, что сказанное сейчас ничего не изменит, но все же продолжала, — я прошу Вас пересмотреть свое решение и поручить присмотр за горничными другой фрейлине, более уверенной в себе. Старое крыло замка слишком темное и мрачное для такой впечатлительной девушки, как Кэтрин. В первую же ночь она напугается до полусмерти, и я не удивлюсь, если Кэтрин заболеет от испуга!
Показалось графине или нет, что удовлетворенная ухмылка мимолетно появилась на лице герцога и быстро исчезла? Она не успела ответить себе на этот вопрос, герцог Берштейн заговорил первым, сухо и бесстрастно отметая все ее доводы.
— Девице Брайтон нечего бояться, графиня, — Эрнест выглядел так равнодушно, словно речь шла не о юной девушке, а, например, о решении простой арифметической задачи, — в старое крыло будет переведена рота королевских гвардейцев под командованием капитана Отто Шенброка. Я уверен, что бравый капитан с радостью вступится за юную фрейлину при малейшей опасности!
Графиня Роддерик была ошеломлена услышанным и не сразу нашлась с ответом. А герцог Берштейн безжалостно продолжал развивать тему:
— Вы не можете не помнить, графиня, что капитан Шенброк пришел к нам с просьбой, которая касалась именно девицы Брайтон.
— Вот как? — Амелия всерьез заинтересовалась сказанным и требовательно посмотрела на герцога.
— Ваше Величество, — Эрнест развернулся к королеве и коротко пояснил суть вопроса, — капитан Отто Шенброк пришел с просьбой отстранить его от дежурства в ночь Лунного Бала… А обосновал он свою просьбу тем, что влюблен в Кэтрин Брайтон и хотел бы танцевать с ней Лунный Вальс.
— Так это же замечательно! — радостно воскликнула Амелия. — Если капитан Шенброк влюблен в эту Брайтон, я не вижу никаких препятствий для их брака!
— Но препятствия увидел герцог Берштейн, — холодно заметила Эвелина, — он вспомнил, что в приданое леди Брайтон получает бывшие земли Шенброков, а также их родовой замок. И посчитал невозможным позволить сыну мятежника вернуться в родовое гнездо.
— Я пересмотрел свое решение, графиня Роддерик, — небрежно заявил Эрнест, — нет ничего проще, чем назначить в замке Шенброков королевского управляющего и запретить новым хозяевам вмешиваться в его решения. Тогда Отто Шенброк всего лишь будет жить в местах своей юности, а бразды правления, по-прежнему, останутся в руках короля.
— Я счастлива тем, как легко Вы решаете любые проблемы, герцог, — заявила королева, — надеюсь, просьба влюбленного капитана будет удовлетворена?
— Непременно, Ваше Величество, — герцог Берштейн, явно нарочно, повторил привычный ответ графини Роддерик, — капитан будет танцевать со своей возлюбленной фрейлиной на Лунном Балу!
— А уже на следующий день мы объявим их помолвку! — королева жизнерадостно подхватила слова герцога, и он подтвердил ее слова кивком головы.
— Но если чувства Кэтрин и Шенброка совсем не таковы, чтобы привлечь Лунный Цветок?
— А это уже неважно, графиня, — герцог Берштейн смотрел на Эвелину холодно и непреклонно, — важно, чтобы Кэтрин Брайтон не танцевала Лунный Вальс с кем-то другим, кроме Шенброка. Вы поняли мою мысль?
— О, да! — графиня Роддерик очень хорошо понимала, чего добивается герцог. Лунный Вальс можно станцевать лишь один раз в жизни, кому-то и вовсе не выпадает такая удача. И если принц не сможет пригласить Кэтрин — Лунный Цветок не откроет всему залу их чувства. А второго шанса им судьба не подарит: девушку выдадут замуж за нелюбимого, принц Дэниэль женится на политически выгодной невесте.
— Может Вы считаете капитана Шенброка неподходящей партией для фрейлины Брайтон? — Эрнест с насмешкой ждал ответа графини, не предполагая, каким он будет.
— Вне всякого сомнения, герцог, выбранный Вами жених составит замечательную партию для любой фрейлины. Но Вы уверены, что Отто Шенброк готов будет жениться на юной девушке, которая проведет несколько ночей в заброшенной части дворца? Зная, что, в нарушение всех правил, рядом с ней не было ни подруг, ни компаньонки, никого, кроме роты бравых гвардейцев неподалеку?
Герцог чуть не поперхнулся, услышав такой неожиданный довод, а Эвелина придала лицу наивное выражение и кокетливо захлопала ресницами, мило улыбаясь своему визави.
— Ах, как же я не подумала, что может так неловко выйти?! — королева попалась на удочку легко — она всегда строго следила за юными фрейлинами и соблюдением правил.
— Да, Ваше Величество, очень неловко, — тут же согласилась с ней графиня Роддерик.
— Но как теперь быть? Я уже приказала фрейлине Лейзон освободить комнату Кэтрин и подготовить к приезду гостей.
— Понимаю, Ваше Величество, — графиня склонила голову, скрывая свое возмущение, — позвольте, я распоряжусь перенести вещи Брайтон в свои комнаты. Те несколько дней, пока в замке будут гости, мы прекрасно уживемся с ней вдвоем.
— Правда, Эвелина, ты пойдешь на это? — Амелия явно обрадовалась щедрому предложению графини. — Дорогая, ты меня очень обяжешь! Да, мы хотели на время устранить девушку, не дать ей возможности…
— Ваше Величество! — строгий голос герцога Берштейна прервал слова королевы, и она, недовольно покосившись на первого министра, заговорила уже совсем другим тоном.
— Графиня Роддерик, я весьма признательна Вам! Вы не дали совершить ошибку и бросить тень на репутацию девушки! Но, чтобы то ни было, Кэтрин Брайтон должна весь день проводить в старом крыле замка и появляться в своей половине только поздно вечером! Вы поняли меня?