Между добром и злом. Том 6

Значит здесь прячется Влантер Минсет иликак его звали от рождения Шашан Аегель?
Вытащив пистолет, Кондрат сделал пару шагов назад, после чего с разбега ударил ногой прямо в район замка. Сколько он раз вламывался в квартиры в этом мире? Два раза вроде? И оба, вроде как, неудачные? Что ж, в этот раз всё прошло даже слишком гладко.
Замок поддался так просто, что было даже удивительно, как хозяин мог доверять ему. Кондрат буквально ввалился внутрь, и чуть ли не бегом пересек коридор, который был и залом одновременно. Две двери — налево и направо. Справа явно кухня и Кондрат, выбивая ногой хлипкое подобие межкомнатной двери, влетает в правую.
  
— Специальная…
И не договаривает.
Сколько раз так погибали детективы, когда, выбив дверь, тут же получали пулю? Кондрат не мог назвать точное количество, но каждый год появлялся новый случай, когда кто-то погиб при задержании. Но в этот раз смерть обошла его стороной не благодаря удаче, но из-за выучки и опыта, набранного за все эти годы.
Он нырнул за стену в тот же момент, как дверь распахнулась, и в ответ прогремел выстрел. Кондрат буквально почувствовал, как его обдало ветерком, будто пуля проскочила прямо перед его носом и выбила крошку из противоположной стены, оставив за собой дыру.
Но едва Кондрат вообще успел что-либо предпринять или подумать, как следом из комнаты выскочил и сам Влантер Минсет с собственной персоной. В этой ситуации Кондрат просто не успел ничего сделать, слишком внезапно всё произошло. Вот он спрятался, выбив дверь, а вот, не успев моргнуть, летит на пол, сбитый с ног сыщиком.
Удар о твёрдую поверхность выбил из него весь дух. Ко всему прочему Кондрат неслабо приложился затылком, отчего в глазах потемнело. Пистолет выскользнул из руки, то ли выроненный им самим, то ли выбитый Влантером. Но об этом волноваться было поздно, так как через мгновение бывший сыщик уже оказался с верху.
Кондрат уже было попытался крутануться, пытаясь его сбросить даже несмотря на то, что перед глазами ещё не рассеялись последствия удара затылком, как всё вспыхнуло белым светом. Он почувствовал, как лицо онемело, и что-то хрустнуло. А потом последовал второй удар. Кондрат начал проваливаться, теряя сознание. Следом третий — тяжёлый кулак Влантера вколачивал его голову в пол. Ещё один замах…
И выстрел.
Влантер весь дёрнулся и замер. Кондрат лежал под ним со окровавленным лицом и мутным невидящим взглядом, а в его руке, до сих пор крепкой и твёрдой дымился пистолет, приставленный прямо к боку убийцы.
После таких ран не оправляются. Пуля прошла от одного бока к другому наискосок, задев всё, что только могла задеть из жизненно важных органов.
Влантер было попытался встать, но приближающаяся смерть уже дала о себе знать — ноги подогнулись и, обливаясь кровью он повалился рядом с Кондратом. Отполз в сторону и облокотился на стену, тяжело и быстро дыша. Его взгляд остановился на Кондрате, который после драки не в свою пользу пытался прийти в себя и хотя бы сесть.
— А ты молодец… — прохрипел Влантер, наблюдая за ним. — Я уж думал оторвался от вас…
Кондрат посмотрел на него невидящим взглядом, больше ориентируясь по звуку. В глазах до сих ор всё кружилось и темнело, но теперь он вроде как не рисковал потерять сознание. Единственное, на что Кондрата сейчас хватило, это отползти в противоположную сторону и так же облокотиться на стену, чтобы отдышаться.
У него был вопрос, был один вопрос, который очень хотелось задать, но язык попросту не поворачивался. А потом…
А потом хрипы стихли.
Нормальное зрение вместе с сознанием вернулись к Кондрату минут через пять. Голова чудовищно болела, ровно как и лицо. Он не мог вздохнуть — нос будто заложило, хотя, понятное дело, судя по всему, ему его просто сломали. Во рту застыл приторный вкус крови, но вроде как зубы он всё-таки были на месте.
Кондрат наконец смог навести резкость на человека напротив. Влантер Минсет, сыщик города Мёнхван сидел, облокотившись на стену с опущенной головой в луже собственной крови. Он был мёртв.
— Сукин ты сын… — Кондрат с трудом поднялся на ноги. На мгновение его сильно повело в сторону, и если бы он не прислонился к стене, то точно бы упал.
Его взгляд возвращался к телу, которое сидело напротив. У Кондрата было столько вопросов ещё. Почему он решил остаться у друга, а не сразу пересечь границу? Собирался ли он убивать дальше или только семья Жангерферов была его единственной целью? Был ли ещё кто-то замешан в этом убийстве? Почему он решил убить именно после их встречи с той цыганкой? Но теперь на них никто никогда не ответит. Возможно, что-то он сможет ещё выяснить, но не более.
Хотя чему удивляться? Вот так и бывает чаще всего. Никакой эпичной схватки, никаких драк суровых парней в каком-нибудь захватывающем месте. Просто выстрел в квартире во время драки и окончательная точка в деле.
Стараясь не упасть, Кондрат подошёл к телу. Руки пробежались по карманам покойника. Из интересного лишь кошелёк, набитый деньгами после продажи лошади, как предполагал Кондрат, и несколько сложенных листков бумаги. Это было что-то вроде письма самому себе или листка из дневника. Зачем — хороший вопрос, но то же самое можно спросить у людей, которые ведут личные дневники. Зачем записывать на бумагу то, что могут потом использовать против тебя. Как бы то ни было…
— Вот же засранцы… — пробормотал Кондрат, взглянув на покойника. Казалось, будто тот улыбался, и даже смерть его не могла расстроить.
Ну, кое-что стало понятно, конечно, и тем не менее…
Кондрат осторожно вышел в подъезд, закрыв за собой дверь. Нога ныла с новой силой, голова гудела, а лицо… он был уверен, что выглядит не лучше, чем чувствует себя. Ну хоть зубы ему не выбили, и на том спасибо, однако в остальном всё было стабильно плохо. Хотелось лечь и выспаться, но это не раньше, чем он позовёт на помощь.
Как раз, выйдя на улицу он заметил двух стражников, которые, приметив окровавленного его с собственной персоной, двигались в эту сторону. Рука уже привычно нашла удостоверение сыщика специальной службы, готовое к предъявлению по первому требованию.
Ну хоть что-то в этот день сложится нормально…
  
Глава 32
 
— Ты что-то зачастил в больницу, Кондрат, — вздохнула Дайлин, сев на край кровати. — Глядишь, и такими темпами до своего шестидесятилетия не доживёшь.
— Уж как-нибудь постараюсь дожить, — пообещал он.
— Да ты уж постарайся, — улыбнулась она. — А то мне ж потом придётся кучу отчётов написать, как так напарника не уберегла.
Больница приграничного города представляла из себя… нечто очень старое и пошарпанное. Кондрат невольно вспомнил больницы, не видевшие ремонта многие годы, где краска на стенах давно облезла, пол местами вздувался, и обстановка больше настраивала не на выздоровление, а на смерть.
Вот что-то подобное было и здесь. Простыни не просыхали, в углах жил своей жизнью грибок, а солнце едва-едва пробивалось сквозь слой грязи на конах, которые, казалось, не мыли с самой постройки этого места. Будет не ложью сказать, что ему выпало побывать в худшем из представительств местного здравоохранения. Дайлин всем видом давала понять, насколько это место мерзко, будто само его существование было ошибкой, и оттого Кондрат в полной мере мог оценить жертву, на которую она пошла, чтобы его навестить.
— Так значит он собирался уехать на следующий день? — поинтересовалась Дайлин, поморщив нос.
— Да. По крайней мере, так было написано, — кивнул Кондрат и тут же пожалел об этом. Его кивок отозвался болью в голове.
  
Те несколько листов, что держал при себе сыщик, были чем-то вроде личного дневника. Кондрат никогда не понимал, зачем люди сами на себя пишут компромат, который может просмотреть любой, разузнав самые грязные секреты, но кто он такой, чтобы их отговаривать. Тем более, когда это помогало примерно понять, на что рассчитывал Влантер Минсет.
А рассчитывал он перейти границу, официально получив документы. Да, именно в этом и была причина, почему он здесь задержался. Проблема заключалась в том, что если бы Влантера Минсета бы поймали по ту сторону без документов, то его бы развернули обратно, и могли бы сдать прямиком в руки властей, — даже не смотря на их напряжённые отношения. Поэтому Влантер Минсет продал лошадь через своего приятеля, а на вырученные деньги должен был пройти через «правильного» пограничника. Он не успел буквально чуть-чуть.