Эмин. Чужая невеста (СИ)

Раздается негромкий стук в дверь, который я настойчиво игнорирую. Эмин хотел с дядей поговорить? Вот пусть всё обсуждают, а я больше не намерена. Вызвала бы себе такси и уехала, будь у меня телефон.
Сразу в ЗАГС — подавать на развод.
А что?
Эмин ведь так спешил с этой новостью, зачем бедненькому ждать?
Дурак! Подлец! Да ему перец подсыплю во всю одежду, пусть ходит и чешется весь. И слабительное в еду подброшу.
  
— Дина, ты в порядке? — голос Ники проникает в комнату, и я поднимаюсь. — Тебе что-то нужно?
— Нет, спасибо, — я выхожу наружу, прислушиваясь к крикам. — А…
— Это Хаджиевы, разговаривают так. Испугалась? Я тоже, когда Эмин стрелял. Они… Видимо, так они только умеют. Всегда между собой переругивались.
— Всегда? То есть, ты знала их до того, как они поругались?
Поругались неправильное слово, но это лучше, чем «начали убивать друг друга по очереди». Ника кивает, предлагая засесть в гостиной, и я соглашаюсь. Несмотря на то, что наши недо-отношения с Эмином подбегают к концу, мне всё равно хочется узнать о нём больше.
Сам мужчина ведь почти ничего не рассказывает, только больше тумана нагоняет. А теперь передо мной девушка, которая может внести хоть капельку ясности.
— Семь или восемь лет назад, наверное, — Ника задумывается на секунду. — Семь, да. Я застала, скажем так, только один день между ними. Эмин был тогда… Ну, не пацаном, конечно, но очень похож. Потом уже вырос, сейчас больше характером на Саида походит.
— И они поругались?
— Там, скорее, недопонимание было. Эмин помогал мне прятаться семь лет, представляешь? У нас с Саидом всё… сложно было, а Эмин помог. И ни разу за это ничего не попросил. У него такие принципы, чтобы…
— Девочек не похищали.
Шепчу, а сама ужасаюсь. Эту Нику похитили, а она теперь с Саидом? Улыбается, жует печенье, прикасается ладонью к животу, довольно характерным жестом. Вася так постоянно делала.
Ещё и беременна от него?
Как так можно?!
— Ну, вроде того. Ты не подумай, я с Саидом счастлива, просто тогда было неподходящее время. Я не думаю, что у Эмина была настоящая причина мстить, но я предвзята. В общем, он выстрелил в Саида на дороге, я тогда думала, что всё… Как ты сегодня. Но они найдут общий язык, я уверена. Время нужно. И тебя, конечно, не тронут.
— Ага.
Я умалчиваю о том, что совсем скоро перестану быть семьей. Разведенка в восемнадцать. Хорошо хоть не вдовой стала. Я думаю об этом и ужасаюсь, не представляю, как дальше жить буду.
Вот так просто — отказаться от нашего прошлого?
— А вообще, мне в провидицы нужно идти, — Ника довольно улыбается, поправляя темные волосы. — Я тогда влезла в их разборки, просила Эмина не совершать ошибки. Мол, у него ведь тоже дети будут, а потом эта кровная месть… Кому она нужна? А он сказал, что не планирует. Вот и видно, какие у него планы.
— Мы и не планируем, — говорю жестко, а после чертыхаюсь. Девушка не виновата, что у меня настроение пляшет. — Это всё случайно получилось. Надеюсь, они не убьют друг друга.
Сжимаюсь, когда в кабинете что-то ломается, с грохотом падает. И громкая ругань на незнакомом мне языке. С опаской смотрю на Нику, которая поднимается, тяжело вздыхая.
— Пойду посмотрю, как они там.
— Уверена, что стоит? Вдруг что-то произойдёт? А ты…
— Я беременна. Саид скорее что-то себе об голову разобьёт, чем в меня запустит. Думаю, это они так решают, кто был более неправ.
Чудаковатая семейка. Мне кажется, я с каждой секундой убеждаюсь, что Эмин был действительно лучшим из Хаджиевых. Спокойный и собранный, ни разу ничего не сделавший против моей воли.
«Или недостаточно заинтересован в тебе» — нашептывает мерзкий внутренний голосок.
— Пошли, — Эмин неожиданно вырастает за моей спиной, бросает раздраженно. — Поехали, красавица, на ужин не останемся.
— А мы уже… Поужинали.
— Отлично.
— Разговора не получилось?
Я скольжу взглядом по мужчине, его напряженным плечам, рваным движением. Он весь на взводе, сжимает пальцы в кулаки, пока я обуваюсь. Помогает мне надеть пальто, открывая дверь.
Оглядываюсь, надеясь увидеть кого-то из хозяев дома, но никто нас не провожает. Видимо, не сошлись мужчины во мнении. Это хорошо, что они хотя бы оба остались живы.
— Извини за машину, — бормочу, когда юркаю внутрь салона. — Ты её так раскрошил…
— Боже, Дина, это мелочь, — Эмин хмыкает, закатывая глаза. — У меня есть и другие.
— Та помпезная спортивная не считается. Так… Эм… Мы сейчас в ЗАГС, да? Зачем тянуть, сразу разведемся. И ты свободен.
Я умничка, могу собой гордиться. Голос почти не дрожит, сохраняю показушное спокойствие. Если Хаджиев так хочет развод, то пусть. Я не собираюсь бросаться за ним, цепляться за наши отношения.
Его предложение так сильно ранило, что мне понадобиться много времени, чтобы прийти в себя. Хмыкаю из-за собственной глупости, ненужных чувств.
Предательство отца, Мамедов этот — кажется не таким острым и болезненным, как желание Эмина избавиться от меня. Хотя об этом стоило подумать, когда выходила за него. Мужчина сразу предупредил, а я, дурочка, отбросила всё назад.
— Красавица, послушай…
— Да, — киваю сама себе, не позволяя Эмину говорить. — Прямо сейчас можно.
— Дина…
— Отвези меня в ЗАГС, зачем тянуть? Прости, я не готова с тобой сейчас разговаривать.
— Как хочешь.
Рявкает, сжимая руль. Увеличивает скорость, несётся по трассе. Я вижу, как в нём закипает гнев, но не хочу с этим разбираться. Эмин на пределе, и я тоже. Лучше нам помолчать, пока не наговорили лишнего.
«Я не хочу развода».
Это ведь очень быстро сказать, можно без предисловий. Если бы Хаджиев хотел — он бы смог сказать, не успела бы перебить. Но он этого не говорит, а слушать оправдания или объяснения… Не хочу.
Придушить его хочу.
За то, как целовал меня, как прижимал к себе. Как смотрел, и мне казалось, что я — вся для него. А получается… Что же это получается? Почему в школе не учат тому, как правильно выбирать мальчиков, которым щедро вручаешь своё сердце.
«Эмин, я тебя, кажется, люблю».
Это тоже очень просто сказать, но страшно. До остановки пульса, сбитого дыхания и покалывания на кончиках пальцев. Если мои чувства ему не нужны, то будет только хуже.
Я стойко молчу до самого города, хотя слова рвутся из меня. Первой выскакиваю на темную улицу, шагаю к административному зданию. Чем быстрее мы покончим с этим, тем легче будет двигаться дальше.
Мне ведь нужно съехать куда-то уже сегодня.
А… Как вообще жить дальше?
— Мы хотим развестись, — бросаю женщине, пугаю парочку молодоженов. — Прямо сейчас.
— Так быстро не получится, — женщина качает головой, а я смотрю на Эмина. — Быстро только пожениться можно.
— Договорись, — шепчу Эмина, бью его в бок. — Детей у нас нет, ни на что не претендуем, не делим имущество. Я не хочу быть замужем за ним!
Вместо крика получается какой-то жалобный всхлип. Отворачиваюсь, когда Эмин притягивает меня к себе. Мягко обнимает, словно у него есть такое право.
— Заполните заявление, оплатите госпошлину, — перечисляет женщина, даже не отрываясь от своего журнала. — Где-то через месяц…
— Нам нужно сегодня. Эмин, скажи ей.
— Не знаю, красавица. На самом деле, у нас есть имущество, за которое я готов с тобой побороться.
Я хмурюсь, пытаясь понять о чём говорит мужчина. Разворачиваюсь к нему, но по лицу ничего не понять. Прогоняю в мыслях все покупки, но там ничего не было, за что можно спорить. Разве что…
— Мои картины ты обещал оставить мне! — женщина шикает, но я её не слушаю. — Ты не имеешь на них права.
  
— Я не о них говорю, красавица. Щенка мы завели в браке. Он — совместно нажитое имущество. И отказываться в твою пользу я не собираюсь.
— Красавчик? Но ты даже животных не любишь! Зачем тебе он?
— Резко полюбил.
Если бы мы не были среди людей, я бы обязательно ударила мужчину. Но вместо этого прожигаю его взглядом. Красавчика! Он хочет забрать моего щенка, словно недостаточно сделал больно.