Морозов. Истинный маг (СИ)

— Ты сказала, он не будет мешать, — услышал я, когда первый напал на меня и, к его удивлению, его клинок рассыпался, я же в ответ проткнул его и рывком разрубил надвое, оставив какое-то время стоять только его ноги, размеренно выплёвывающие кровь в месте разруба, пока упавшая верхняя часть не свалила их, плюхнувшись вниз.
Но разрубленный отказался сдаваться, и схватил меня за ногу, читая заклятие, а второй отбросил клинок и с разбегу прыгнул в меня, ударив двумя ногами в грудь. Я бы улетел к стене, если бы полагался только на магию, однако мои тренировки не пропали даром, вместо этого я выписал кульбит назад, оттолкнулся от пола руками, снова встал на ноги и рванул навстречу ублюдку. В меня с грохотом полетела магия, сверкнув зелёной молнией, но магия сейчас была тщетна против меня, я отмахнулся от неё как от назойливой мухи, а жизненная сила разрубленного уже направлялась черной дымкой в мой клинок, превратив его в высохший мумифицированный огрызок, сделав меня сильнее.
Я начал догадываться о мотивах, почему комбат так поступает, всё оказалось куда сложнее, чем я предполагал.
Мои мысли тут же были прерваны настоящим клинком, которым управлял третий, он стремительно просвистел вслед за молнией так, чтобы я его не заметил сразу, я едва успел отбить его палашом и его меч закрутился от удара, резанув меня по плечу, а чёрная кровь стала стекать на пол, разъедая с шипением поле зачарования комбата в местах, куда капли упали.
Я не смогу себя исцелить сейчас, нужно быть осторожнее, и, к моему сожалению, мою уязвимость заметили другие. Та, что с посохом, женщина, как оказалось, усилила оставшихся, о чём свидетельствовал зелёный зернистый блеск их силуэтов в свете кристаллов кабинета, второй выхватил свой короткий кинжал из ножен, а третий снова напал на меня летающим палашом армейких стандартов. Я сразу с силой отбил палаш, так, что он, хаотично вращаясь, угодил в сторону владельца, выиграв для меня время, сделал рывок в сторону второго, никак не реагируя на всевозможную магию женщины, летящую в меня и рассыпающуюся так и не добравшись, продавил его парирование клинком вместе с его телом своей силой, словно он ничего не весил, и пригвоздив к креслу, после чего дёрнул палашом и отрубил ему голову, отчего та покатилась по его телу и со звенящим звуком зачарования покатилась по полу. Я снова отмахнулся от магии женщины, в этот раз это была глыба льда, которую поглотил мой дым, и рванул в сторону второго, но тот в ответ бросил в мою сторону магией свой меч и вынул откуда-то ещё один, вдвое короче, готовясь к атаке.
Я стал ещё сильнее и попытался продавить его как предыдущего, но у меня, как ни странно, это не вышло, он отбил мою атаку, даже откинул меня, и я сделал пару шагов назад, чтобы не потерять равновесие, а сзади просвистел его меч, вынудив меня прыгнуть к потолку, сделав переворот, оттолкнуться от потолка и прыгнуть назад, а пока я это делал, услышал как третий чертыхнулся после звона парирования собственного клинка. Но едва я приземлился на пол, он тут же напал на меня, и одновременно с этим в меня справа прилетел его парящий, мать его, меч. Я столкнулся с врагом в лоб, с трудом уклонившись от летящего палаша.
— Что, не ждал отпора, говно чёрное? — усмехнулся сектант.
Предплечье начало неметь от раны, нужно было торопиться, однако дымка второго убитого, не смотря на попытки сектантки сдуть и нейтрализовать эту магию, до меня окончательно добралась, я резко отпустил одной рукой палаш, схватил его руку, держащую клинок, пока он отвлекся на парящий меч и сломал ему запястье, собрав все свои силы для этого. Тот заорал от боли, а его палаш со звоном упал позади на землю, что стало для меня приятной новостью.
Я улыбнулся, тут же сделал выпад, схватив его за затылок, и вонзил палаш в шею у подбородка, с такой силой, что клинок прошёл через голову и вылез наверху, разрезав его капюшон, а после оттолкнул его ногой, вынимая палаш из дергающегося тела.
Тут я обернулся и поглядел на последнюю. Она успела меня обойти и схватить палаш, что валялся позади, даже отступать не собиралась. Она сильный маг, но магия сейчас бесполезна, владей она хорошо магией усиления, или если б имела достаточно боевого опыта, они бы меня тут порвали одними только кулаками, тут мне повезло, они не знали с кем связались. Но всё же, того человека, что напал на роту, среди них нет, они явно слабее.
 
Я медленно двинулся в её сторону.
— Нет! Она всё ещё моя жена, не смей! — взревел тут комбат и вся комната сдвинулась, сжав меня словно желудок громадного монстра, меня сдавило так, что дышать стало тяжело, а после пространство буквально выкинуло меня в коридор дома.
  
Глава 24
 
Немного переведя дух, когда понял, что комбат не собирается нападать, только выкинул меня из комнаты, я обдумал произошедшее. Тем не менее, стены двигались и вибрировали в коридоре, как и и по всему дому, говоря о том, что комбат может запросто раздавить меня, если я предприму что-то серьёзное, так что будет лучше, если подожду немного.
Так значит его жена из сектантов. Я всякий поворот ожидал, но, поначалу, не рассматривал такой вариант. И как же так вышло, что комбат, достаточно сильный маг и не последний человек в крепости, упустил свою жену? Да и обращение в фанатика не один день занимает. Такой человек как комбат полкрепости запросто бы перевернул, мог бросить и весь батальон на поиски. Тут наверняка кроется что-то ещё.
Стоит, всё же, попытаться пробиться в схлопнувшееся пространство, но рубанув мечом по месту, где раньше был дверной проём, я окончательно понял, больно хитро его магия устроена, раз проклятие чёрного ада не может её отменить. Запасов праны с поверженных врагов осталось немного, придётся выходить из этого состояния. Ладно, Резников, ты победил, в этот раз.
— Валерий Юрьевич! — попытался я пробиться к нему безмолвной речью. — Я хочу поговорить с вами.
— Ха! Валерий Юрьевич? — услышал я голос в голове, в достаточно раздражённом, или, даже нервном тоне. — К чему эти формальности, Морозов, после случившегося?
— Вы всё ещё мой комбат, — передал я. — К тому же, я достаточно увидел и услышал, чтобы понять, что у вас не было выбора.
— Понять? — Резников слегка повысил тон. — Ни черта ты ничего не понял, Морозов!
Стены коридора задрожали, мне даже показалось, что они немного сдвинулись.
— Так расскажите мне, — не унимался я. — Расскажите, чтоб я понял. Я всё ещё на вашей стороне, и возможно, смогу помочь вам.
— Мне уже никто не поможет, Морозов, — раздался отрешённый голос Резникова. — Нам уже никто не поможет. Я всё перепробовал.
— Вы имеете ввиду вашу жену? — передал я. — Я так понимаю, вы хотели вернуть её. Хотели, чтобы она перестала быть фанатичной.
— Тебе не понять каково мне, — услышал я голос комбата. — Ты лишь новоиспечённый капитан по указке секты, пусть и талантливый, это я признаю. Но ты зелен ещё, тебе не понять каково видеть перед собой лицо той, которую любил много лет, до беспамятства, клялся ей в верности у алтаря, и знать, что её больше нет, что это больше не она, а выродок врат. И в то же время это существо выглядит как она, говорит как она, ведёт себя как она, эти жесты, манеры, интонации… Даже волосы эти блядские за уши как она убирает! Я слишком люблю её, чтобы убить. Но и вернуть её к прежнему состоянию не могу. И ослушаться её не могу, чтобы не ушла. И в заперти её держать не могу, она ничего не ест, и пытается в таком случае убить себя. Так что извини, Морозов, у меня нет выбора.
Нет, мне не показалось: коридор начал сжиматься, исходя волнами, словно кишечник, а ноги мои утонули по колено в вязком полу. Плохо дело.
— У вас есть выбор, не всё потеряно, — спешно передал я. — Я знаю человека, у которого есть успехи в исцелении от фанатизма.
Стоило бы сбежать отсюда, шансы есть, в общем-то, но комбат силён, не уверен, что сейчас мне хватит сил тягаться с ним, тем более на его территории, над которой он знатно поработал: окон теперь здесь нет, он за одно мгновение словно отсёк дом и поместил нас в некий пространственный карман, я долго искать из его мирка выход буду.