Мой слуга Тень (СИ)
– Что это значит? – озадаченно пискнули в публике.
– Вам всем знаком этот дом и его история, – Ирис плавно повела руками по сторонам. – Когда-то здесь останавливался известный гений и злодей мастер Жакемар. Согласно легенде, он спрятал в доме зачарованный изумруд, в котором оставил часть своей ауры. Таким образом, дух Жакемара продолжает жить в этом доме и хранить его тайны. Об этом мне поведал наш гость, почтенный мэтр оккультизма Вальдемар Кроули, – Ирис поклонилась в его направлении.
Бакалейщик, внезапно возведенный в ранг мэтра, выглядел польщенным, а его спутницы-духовидицы заерзали от восторга. Журналист Эрме, почуяв интересный материал, мигом выудил блокнот и приготовился записывать.
Зрители почтительно и недоуменно глянули на оккультистов.
– Также вы знаете, что мой отец, безвременно почивший барон Гвидобальдо цу Герике, и десятки его предков владели сверхъестественным Даром в разных его проявлениях. До недавнего времени я считала, что лишена подобного таланта. Доктор Морган даже провел некоторые исследования, но увы, безрезультатно.
Ирис впервые позволила себе глянуть на доктора Моргана. Он сидел во втором ряду кресел и казался полностью поглощенным ее речью. Он легко кивнул, подтверждая сказанное.
Ирис стиснула зубы, перевела дыхание и продолжила:
– Но проживание в этом доме не прошло для меня бесследно. Недавно я открыла, что все же наделена редким Даром. И этот дар… – она сделала паузу, чтобы подпитать всеобщий интерес, – … позволяет мне видеть энергетические следы людей, обитавших в этом доме и общаться с ними.
– Так вы тоже духовидица? Что же вы раньше-то молчали! – возмутилась госпожа Гекуба, а Кроули посмотрел на Ирис очень заинтересованно.
– Нет-нет! Мой дар иного рода. Я биогност и некрогност. Могу одушевлять неживые предметы. А именно, моих кукол. Обитающие в доме…кхм… призраки с моей помощью вселяются в них и говорят их устами.
– Никогда о таком не слышала, – раздраженно сказала госпожа Гекуба, сердитая из-за появления конкурентки.
– А я слышал и не раз, – заявил Кроули. – Статуи-прорицатели известны с древних времен, как и одержимые духами куклы. Госпожа Диль, если вы говорите правду, это сенсация!
– Искусство не знает разницы между правдой и выдумкой, – ответила Ирис туманно, но с большим достоинством. – Смотрите, слушайте и потом делайте выводы. Начнем же представление! Точнее, наш театрализованный спиритический сеанс.
С этими словами она медленно прошлась вдоль стен и затушила половину свечей, оставив лишь те, что горели подле задрапированного стула. Мрак стал гуще, а тени зловеще затанцевали.
Ирис сняла с крючка черный плащ с капюшоном и надела его, полностью скрыв яркое красное платье и светлые волосы. Она почти слилась с тьмой. Зрители должны забыть о ее присутствии и видеть лишь актера, которому пора показаться на сцене.
Она сильным рывком сдернула простыню со стула, позволив ей эффектно всколыхнуться.
***
Зрители потрясенно ахнули.
На стуле сидела марионеточная кукла. Она походила на карлика, одетого в старинный зеленый камзол с золотой вышивкой, шелковые белые чулки и туфли с пряжками. На голове у куклы красовался рыжий парик с косицей, а половину лица скрывала черная шелковая маска – виднелись лишь длинный, изогнутый клювом нос, острый подбородок и тонкогубый рот с ехидной ухмылкой. В прорезях маски зло горели стеклянные глаза, отражая огонь свечей.
Куклу привез из столицы Финеас. Ее подарил Ирис маэстро Мантейфель. Раньше кукла изображала негодяя и шута Панчинелло, персонажа народной комедии. Но Финеас и Ирис доработали марионетку и дали ей новую роль.
– Я приглашу знаменитого мастера Жакемара, – объявила Ирис потусторонним голосом. – Войду в контакт с эманацией его духа, что обитает в этом доме, и предложу ему вселиться в его кукольного двойника. Чтобы манифестация прошла успешно, мы используем вещь, что была создана руками Жакемара и хранит его тайны. Его шкатулку-арифмометр.
Зрители с трепетом уставились на предмет, умостившийся рядом с Жакемаром на стуле – деревянную коробку с серебряным пауком на крышке. Кукольная ручонка придерживала ее хозяйским жестом.
– Это та самая шкатулка, в которой вы так и не нашли сокровища?! – возбужденно спросила Дамарис Ойген.
– Да, та самая, – подтвердила изумленная тетя Грета, а Ирис сделала вывод, что история с поиском клада уже успела облететь Альсинген.
– Соблюдайте молчание и не двигайтесь, дабы не нарушить связь. Манифестации духов могут проявляться в виде звуков, запахов, световых явлений и материализации. Не так ли, господин Кроули?
– Именно так, – подтвердил оккультист солидно и с огромным удовольствием. – Они даже могут щекотать вас и хлестать по щекам.
– Чушь, – недовольно проворчал майор Зейц. – Пусть только призрак попробует протянуть ко мне лапы, уж я ему насыплю перца под хвост!
– Цыц! – шикнула на него Лара Хунтер. – Не мешайте!
– Сейчас я войду в транс, и устами этой куклы заговорит сам мастер Жакемар, – продолжила Ирис. – Мы попросим его рассказать о секретах, что таит этот дом.
– Узнайте у него, куда он спрятал изумруд! – нетерпеливо потребовали из публики.
Ирис строго покачала головой.
– Дух сам решит, какую из тайн поведать. Итак… пора.
После этих слов, опять как нельзя вовремя, пророкотал гром, а затем все стихло. Лишь негромко, как дальние ритуальные барабаны, стучал дождь по карнизу.
Ирис незаметно подняла крестовину. Выждала еще минуту, чувствуя, как сгущается среди публики напряженное ожидание.
– Призываю дух Томмазо Жакемара, – произнесла Ирис нараспев, замогильным голосом. – Явись к нам! Явисссь…
Она закончила призыв длинным свистящим выдохом – изобразила, что входит в транс и теряет собственный голос, чтобы уступить его голосу призрака.
Подождала еще минуту и плавно повела вагу вверх.
Рука куклы дернулась, медленно оперлась на шкатулку. После секундной задержки кукла вскочила на ноги столь резво, что зрители вздрогнули.
Карлик медленно повел головой – вправо, потом влево, словно осматриваясь. Глаза посверкивали из-под черной маски.
Ирис спросила тихо, как будто сознание от нее ускользало:
– Вы здесь, мастер?
В зале наступила гробовая тишина. Кукла продолжала медленно двигать головой.
Зрители напряженно следили за ней круглыми глазами. Лишь один взгляд был направлен в зал. Арман стоял у двери, в тени, и внимательно наблюдал за собравшимися.
Тишину разорвал тонкий, скрипящий, неимоверно жуткий и противный голосок, который вымолвил лишь одно слово:
– Здесь.
По залу пронесся звук крайнего удивления – зрители разом выдохнули, когда карлик щелкнул челюстью, подав реплику.
Ирис довольно ухмыльнулась. Вчера она целый вечер открывала и закрывала рассохшуюся дверцу шкафа, слушая скрип и пытаясь его имитировать. Ее труды не прошли даром. У зрителей наверняка по коже пробежал морозец.
Но этого недостаточно. Теперь самое время для следующего эффекта. Дело за Финеасом! Он незаметно ушел за шкаф в дальней части комнаты, где устроил каморку со сценическим оборудованием.
…Ага, вот, началось!
Зрители заерзали, поджали ноги. По полу пролетел порыв холодного воздуха, который дул словно с изнанки бытия. Финеас умело использовал птичью кормушку барона с пневмоподачей. Еще пара свечей на сцене погасла. Мрак сгустился.
Едва слышно загудело, а потом стул с куклой окутали призрачные завитки.
– Пожар?! – с недоумением вскрикнул кто-то, остальные тревожно зашевелились.
– Тихо! Не двигаться! – прогремел восторженный бас Вальдемара Кроули. – Это не пожар. Нет запаха дыма, нет огня. Это… это… туманный полог, отделяющий земное и неземное!
Ирис улыбнулась уже во весь рот – все равно зрителям не видно. Оккультист невольно ей подыгрывал. Она опасалась, что дым-машина может слишком уж напугать публику, но обошлось.
Однако гостей его приказ недостаточно успокоил – зазвучали истеричные шепотки.