Пустое сердце Матвея (СИ)

Девчонки за соседним столом замерли, явно не зная, куда себя деть от такого поворота разговора.
В принципе, если он хотел, чтобы у меня пропал аппетит, своей цели он добился. Но не показывать же перед ним свои слабости?
— Интересно, откуда берутся такие му… монстры, как ты? — вздохнула я, все-таки откладывая вилку. — Это врожденное или приобретенное?
— Монстры? — он наклонился ближе, и я увидела в янтарных глазах уже не угрозу, а что-то вроде любопытства. — Знаешь, что самое интересное в монстрах, Марта? Они не рождаются. Их последовательно и аккуратно делают из обычных людей. А потом удивляются результату.
  
Что-то в его голосе изменилось — исчезла ядовитая насмешка, зато появилась боль человека, который знает, о чем говорит.
Настоящая? Или очередная маска?
— И кто же сделал из тебя монстра? — спросила я.
Матвей молча поднялся из-за стола.
— Приятного аппетита, — бросил он через плечо и вышел из кухни, оставив меня с остывшей лазаньей и кучей вопросов.
  
Марта. Седьмая глава
 
Не зря я подумала, что уход Матвея со сцены на кухне был каким-то чересчур демонстративным. Мне еще предстояло увидеть продолжение спектакля.
Но остаток рабочего дня прошел спокойно — удалось нормально поработать, никто не шушукался за спиной и домой я уехала вовремя.
Зато с утра начался цирк.
Выйдя из лифта на нашем этаже, я сразу услышала женский смех. Тот самый, особенный, с кокетливыми нотками, которые волей-неволей проскальзывают у всех нас, если рядом интересный мужчина.
Рядом с ресепшеном, небрежно облокотившись на полированную стойку, стоял Матвей, окруженный лучшими девушками нашего офиса. Была там и Регина, и Оля, и Нина. Вики только не было — и на том спасибо.
Они внимали какому-то невероятно увлекательному рассказу, таяли, плавились и текли, превращаясь в лужицы мороженого. А он, соответственно, сиял и фонтанировал.
Я собиралась спокойно пройти мимо и заняться работой, но Матвей успел меня заметить. Он мгновенно умолк, не слушая, отстранил Нину, которая что-то ему рассказывала и направился в мою сторону.
Спохватился, перегнулся через стойку и выудил из стоящего там пышного букета белую розу. Преградил мне путь и попытался изобразить что-то вроде куртуазного поклона, протягивая ее так, что не взять было невозможно.
— Прими этот дар в знак моего восхищения твоей красотой и умом, — проговорил он, наклонив голову, но не опустив наглые глаза. — Пусть сегодняшний твой день начнется с улыбки.
— Спасибо, — вежливо ответила я, обогнула его и направилась к своему рабочему столу.
Взгляды девушек ощущались пулями, летевшими из ружей расстрельной команды.
Но их я понимала. Матвей же бесил подобными выходками.
Спокойно поработать удалось всего пару часов. И то я постоянно отвлекалась на суету в офисе. Букеты, составленные из тех самых белых роз, лилий и фрезий, разбирали по вазам и уносили в конференц-зал. Туда же утаскивали стулья и бокалы из переговорок. То и дело оттуда слышалась музыка и ругань в микрофон айтишников, которые настраивали звук.
Что-то готовилось.
«Не знаешь, в честь чего все эти цветочки и суета?» — написала я Вике в мессенджер.
«Цветочки в честь королевы офиса, разве ты не поняла?» — прилетело мне в ответ.
«А кто королева?» — я надеялась, что ядовитый тон мне почудился.
«Конечно, ты!»
Да блин.
Надо было выяснить отношения, и я уже было собралась встать, чтобы пойти ее разыскивать, но тут из-за спины пахнуло знакомым дорогим парфюмом, и я поспешно захлопнула ноутбук, поворачиваясь к Матвею.
— Завтра у нас заключение очень большой сделки, — сказал он, подходя. — Сейчас пришлю все документы. Составлял их твой предшественник, но ты проверь. Полагаюсь на твою внимательность и проницательность.
— Хорошо, сделаю, — ответила я, недоумевая, зачем ему надо было подходить лично.
— Также хочу, чтобы ты присутствовала на подписании, — он мотнул головой в сторону конференц-зала. — Будешь украшать торжество своей красотой.
— Ладно, буду, — снова кивнула я, никак не реагируя на комплимент.
— Только знаешь… — он взял паузу, окидывая меня с ног до головы чуть подернувшимся поволокой взглядом. — Надо тебе подобрать более элегантный деловой наряд. Что-то вроде белого кашемирового платья. В тон цветам. Давай сегодня съездим в магазин, купим за корпоративный счет.
— Спасибо, не нужно. У меня есть подходящая одежда, — отрезала я.
Едва уловимая улыбка на жестком лице Матвея не оставляла надежды, что я выиграю эту битву.
— Это будет приятный бонус от фирмы. К тому же я с удовольствием проведу время с тобой.
— Я пока не заработала бонусов, у меня испытательный срок, — ответила я и повернулась к столу, вновь распахивая ноутбук.
Открыла табличку экселя, в которой перепроверяла номера договоров еще с утра и демонстративно в нее углубилась, делая вид, что крайне занята работой.
К моему удивлению — он ушел.
Но перед этим легко, почти невесомо провел пальцами по моей открытой шее, так что волоски на коже наэлектризовались.
Обернувшись, чтобы жестко рявкнуть на Матвея, я увидела лишь его спину.
И очень внимательный взгляд Вики с противоположного конца офиса.
На обед я сбежала в соседнее кафе. Времени по-прежнему не было, особенно учитывая, что нужно было перепроверить документы для грядущей сделки, но мне просто необходим был перерыв от напряженной обстановки.
Увы, возвращаясь назад, я вновь столкнулась с Матвеем в холле.
Он заступил мне дорогу в узком проходе между стойкой ресепшена и стеной и остановился так, что протиснуться можно было, почти коснувшись его груди.
Когда я уже почти прорвалась — его ладонь уперлась в стену рядом с моим лицом.
Он склонился ко мне, приблизив свое лицо к моему и подчеркнуто громко втянул носом воздух.
— Ты великолепно пахнешь, — глядя мне прямо в глаза, сообщил он. — Что это за духи?
— Это стиральный порошок, — буркнула я. — «Персил».
— Истинная женщина может ходить в мешковине и пахнуть стиральным порошком — и все равно будет прекраснее самой модной пустышки, — заявил он, вновь улыбаясь этой полускрытой улыбкой. — Мы сегодня уже в третий раз с тобой сталкиваемся так близко. Может, это намек судьбы?
Я громко вздохнула, закатывая глаза:
— Матвей… — очень терпеливо сказала я. — Какие, к черту, намеки судьбы, когда взрослый мужик так откровенно навязывается? Давай я все-таки пойду работать?
Он сощурил свои коньячного цвета глаза и с едва уловимой угрозой в голосе сказал:
— Иди.
Но вновь склонился, с подчеркнутым наслаждением вдыхая запах стирального порошка с моей одежды. Однако раньше, чем я успела на него рявкнуть за непристойную близость, резко отстранился и сказал куда более деловым и холодным тоном:
— Ах да, чуть не забыл. На место Ангелины я уже взял новую девочку. Подготовь для нее договор и занеси ко мне распечатку. Сейчас.
Я пожала плечами и направилась к своему столу. На меня все его горячо-холодно не действуют. Для этого надо совсем потерять голову и дорожить подаренными щедрой рукой розочками.
Кстати, розочка та куда-то испарилась.
Я только хмыкнула, отметив этот факт.
Написала эйчарам, чтобы получить инфу о «новой девочке», внесла ее данные в стандартный контракт и еще раз все перепроверила. Распечатала и направилась в кабинет начальства.
Я не сомневалась, что кадровики отлично справились бы и без меня, и без самого Матвея, но как бы он тогда проявил свою власть и контроль?
За молочного цвета стеклами кабинета Матвея были видны лишь смутные тени двух человек.
  
Я вежливо постучалась.
Ответа не получила.
Постучалась еще раз, сильнее.
Снова тишина.
У нас тут не поликлиника, а у Матвея не кабинет врача, так что ничего откровенного я там не увижу, подумала я, поэтому повернула ручку и открыла дверь.