Убежище. Книга третья

– Проблем-то как раз множество! У нас проклятие приехало! Летом они нам отлично помогли, а вот сейчас могут всё порушить!
– Что порушить? – осторожно уточнил Фёдор.
-Вообще всё! Им как раз по силам! Они правда в последнее время вели себя очень-очень хорошо, потому что их родители пригрозили им страшным.
– Это чем же? И за что? – удивился кот.
– За то, что они перешли рамки, а потом перешли на посторонних людей! То есть сначала какие-то рамки, про которые я не поняла, – объясняла Чудь, – А про посторонних сообразила – это про тех, кому они что-то запустили до приезда к Нине и про того Колю, который позвонил их родителям по звонилке и нажаловался, что его водой Пашка обрызгал.
– Да, а ещё противных жуков ему напихал в его возилку и мышей! – добавил Гнусь.
– Вообще, про мышей они зря! Это мы добавили. Таких разных мышек, ну разной степени сохранности и много… – признался Полосатость. – От сердца оторвали, веришь?
– Верю! – Фёдор отлично помнил, как когда-то сам ловил и закапывал мышей про запас.
– Ну, вот… Мы ему в дорожку еду собрали, а он не оценил! – укоряюще произнёс Гнусь.
– Паррразит! – поставил окончательный диагноз Коле пёс.
– Вооот! Вот их родители и решили, что пока дети делали дела в семье, ну или такие… не очень опасные, то это ладно, а вот тут они уже перешли эти самые рамки и их надо наказать! – невесело объяснила Чудь, по мнению которой таких классных котяток можно было только наградить.
– Да чем их можно было наказать и пригрозить страшным? – удивился Фёдор, которому казалось, что эти самые детки не из пугливых.
– Пашке и Поле сказали, что они сидят дома, никуда не уезжают, а если ослушаются, то их разлучат! Пашку одного отправят в какой-то КОТдетский корпус! Мы сначала подумали, что это место, где живут котята, но, похоже оно – это что-то другое!
– А как же их сейчас отпустили? – у Фёдора было своё понимание воспитания, и он лично таких странных родителей не понимал!
– Сказали, что отдохнуть хотят! А раз наша Нина их не боится, и вообще, личной жизни у неё нет, то ей с ними и возиться! – объяснил Полосатость.
– Она и не против, рада была! – дополнила Чудь. И продолжила: – А Пашка и Поля ночью сегодня говорили, что хорошо, что у неё пока никого нет – иначе у неё была бы своя личная жизнь и она их бы не взяла!
– Таааак, то есть если мы сейчас будет знакомить Владимяура с Ниной, то эти котятки будут против? – догадался Фёдор.
– Имяяяуно так! – подтвердил Полосатость.
– А сейчас-то они где? – Фёдор всегда предпочитал встречать опасность мордой – так спокойнее.
– Гуляют…
– Ооооо, и у меня Мишка тоже того… гуляет! – Фёдор прислушался. – Вроде пока тихо…
– Значит, ещё не встретились! – «успокоила» его Чудь.
Лиза встрепенулась.
– Миш, погоди, кто-то названивает! А, Лариса, да? Гуляем! Фунтик? Да вот он прямо в сугробе передо мной. Неее, он не замёрз, он на Тиме сидит. А до этого на Кроке ездил. Ты уже остыла и можно вести назад? Ладно, я и сама думала, что пора… – она отключила смартфон. – Мы возвращаемся, а ты?
– Я ещё немного пройдусь с Тимкой. Тут, недалеко!
– Ладно! Смартфон с собой?
– Да, всё на месте!
– Ну, ладно, хорошо погулять! – Лиза махнула ему рукой, оттащила Фунтика от Тима и свистнула бультерьерам. – Нарооооод, домооой!
Мишка отряхнул Тима от снега, побегал с ним по белой целине, и вдруг заметил, что пёс насторожился и уставился на небольшой бурелом на краю леса – осенью ветер сломал несколько деревьев и они упали друг на друга, образовав подобие стены, ощетинившейся сучками.
– Тим, ты чего? – Мишке стало не по себе. Вдруг возникло странное ощущение, что за ним следят.
– Это он нас чует, вот и стойку сделал! – послышалось из-за деревьев. – Не бойся!
– Я и не боюсь! – Мишка с Тимом и правда не опасался двух подростков, выбравшихся из-за бурелома. – Чего вы там прятались?
 
– Наблюдали… Мы тут второй раз, почти никого не знаем! Но девица с бульками и свином прикольная, а у тебя пёс классный, вот и решили выйти. Привет! Я – Пашка, а это моя сестра –Полина. А тебя как звать?
– Миша, – он смотрел в такие похожие и такие разные лица, и ощущал, что эта пара ему нравится, недаром Тим широко виляет хвостом и вежливо обнюхивает протянутые к нему руки близнецов!
 
Глава 3. Выбор сделан, выбор принят
 
Настя почти не спускала с рук спасённую псинку, да та и не собиралась куда-то уходить. Вертела забавной лохматой головёнкой, с интересом всё разглядывала, только сразу же сжималась в комок, если слышала громкие звуки или видела резкое движение руки.
– Насть, я тебе карман сошью, как кенгуру! – Ирина только головой качала. Если честно, то она ожидала, что Настёна поиграется, да и охладеет к щенку. А тут…
– Ириша, ну для Настеньки это такая радость! – Ирина мама понимающе погладила внучку по голове и кивнула ей на окно, отпуская повозиться со щенком в снегу. – Она же у тебя всё больше себе предоставлена.
– Мам! Не начинай! У неё куча занятий. Кружки, секции. Ну, теннис и танцы мы пока оставили – жалуется, что сил нет, а так-то она всё время с детьми, чем-то занимается! – Ирина ловко резала капусту на пирог.
– Я не о той суете, в которую ты её макнула, а про то, что ей тебя не хватает. С Поневым всё было понятно сразу – он просто не способен на то, чтобы Настю понять, или хотя бы воспринимать её как родного человечка, а не как массу для вылепливания чего-то идеального. Но ты…
– Мам, я работаю! Я работаю как лошадь и даже больше! Я зарабатываю! И всегда делала это значительно лучше Понева! А сейчас я должна обеспечивать Настасью!
– А ты не поставила телегу впереди лошади? Я понимаю, что ты трудоголик. Всегда такой была. Ты решила обеспечить дочку и это правильно, но она же тебя уже давно не видит! Ты так увлеклась зарабатыванием, что забыла зачем ты всё это затеяла!
– Мам, зато, какие результаты! – воодушевилась Ирина. – Ну, вот смотри, я рассталась с Поневым, и теперь могу забрать деньги, которые откладывала и у тебя хранила. Забрать и внести первый вклад на ипотеку.
– Ириш, а ты уверена, что тебе нужно в это ввязываться? Это же на много лет!
– Мама! Я хочу, чтобы Настя была счастлива, чтобы у неё была своя квартира и она не зависела от мужа! На образование ей я откладываю, закончит вуз, выйдет замуж, а там уже и квартира будет! Я как раз поднажму и успею – квартиру буду сдавать на покрытие ипотеки и сверх того доплачивать!
– Ты так всё распланировала… – невесело протянула Настина бабушка. – Одно упустила – саму Настю.
– Да я всё делаю ради неё!
– А она приходит, и когда ты спишь, укладывается у тебя в ногах. Просто чтобы поближе быть.
Ирина подняла голову от кочана капусты, который шинковала на пироги.
– И я так делала.
– Я знаю. Это меня и резануло. Я так жалею, что не додала тебе внимания, тепла, не поговорила с тобой о чём-то важном. Но это же девяностые были – мы выживали. Отец один не справился бы! А ты сейчас имеешь отличную работу, вполне достаточный доход, мы с отцом работаем, можем помочь. Не рвись, притормози. Посмотри на неё, – женщина махнула рукой, указывая на Настю, во дворе воркующую что-то щенку, сидящему за пазухой. – Ты можешь купить ей квартиру и обнаружить, что она совсем-совсем тебе чужая, что вы раззнакомились за эти годы! И что тогда? Будешь ждать свою внучку, чтобы наверстать упущенное?
Ирина озадаченно подняла голову. – А ты ждала? Ты ждала внучку? Потому что я стала тебе «раззнакомленная»?
– Почти…, – невесело кивнула мама, – Я вот говорю с тобой и понимаю, что ты меня вроде как слушаешь, а сама в своей работе и планах. Ты меня воспринимаешь как нечто нужное, полезное, дорогое, но совсем-совсем не такое любимое, как раньше было!