Убежище. Книга третья

После этого Таисия научилась слушать с более любезным видом, но личная жизнь у неё так и не наладилась. Никто почему-то не хотел на ней жениться, несмотря на красоту и общую утончённость.
– Я могу Володьку пригласить на Новый год к себе, в нашу компанию, но уж тебе придётся потерпеть и шашлыки, и разговоры о тачках! – Костя поставил сестрицу перед фактом и принялся уговаривать приятеля.
Владимиру было уже невмоготу. Устал до искр из глаз.
– Неее, Кость, прости, я со своими хочу.
– Володь, ну, ты ж молодой мужик, чего ты с матерью под ёлкой сидеть будешь? – уговаривал Костя.
– С матерью и сыном. Я с мамой Новый год не праздновал… Счас прикину… О! Ровно двадцать лет! С сыном вроде как был, но всё равно что не был. Так что извини – я пас!
– А что сказать Тае? Она так хотела тебя увидеть! – Костик видел, что сестрица вела себя разумно и впечатление произвела. Да, красивая она однозначно! Ещё бы рот всегда держала закрытым, вообще цены бы не было!
– Скажи, что я её поздравляю с наступающим! – устало попросил Владимир. – Кость, извини, я правда не могу! Год был не простым. Хочу просто выспаться!
– Ты как дед старый! – не удержался от «шпильки» Константин.
– Может и так, – не было ни сил, ни желания спорить, да хорохориться, доказывая себе и окружающим, что он ещё ого-го какой клёвый, бодрый и юный.
Тридцатого он поздравил сотрудников, вручил личный презент главбуху Марии Владимировне, протолкался по пробкам домой, загрузил машину подарками и всякими приятными штуками типа деликатесов да отправился за город.
– Дед старый… – хмыкал Владимир, косясь на себя в зеркале заднего вида. – Ага, ага! Может, и не старый, но опытный, знаю, что в таком деле главное – вовремя смыться! Я вот сейчас доеду и спаааать, прямо до Нового года. А потом поздравлю всех и опять спааааать!
Правда, доехав до дома, он попал в такое столпотворение, что его планы упали в обморок и самозабылись.
Конечно, всё началось с кота Фёдора. С котов вообще очень многое начинается – беспорядок, нарушенные планы, приключения, сон, приятность в доме и общее ощущение уюта, а также всевозможные заварушки и приступы от крайнего ужаса, до малоописуемого восторга.
В этот раз Фёдор начинал нечто новое осмысленно, продуманно и с планом.
Когда к вам движется КОТ с ПЛАНОМ, вы можете быть уверены – просто так из этой ситуации вы не выберетесь!
Фёдор пробрался по плотному снегу вдоль забора до дерева, словно для него тут росшего, перебрался на ту сторону ограды, поморщился, надо было прыгать в снег, а он этого не любил.
– Ну, чего не сделаешь на благо семьи! – фыркал он, отряхиваясь перед встречей с красивой кошечкой. – Чуууудь!
– И чего ты тут завываешь? – из-под крыльца бревенчатого деревенского дома, почти полностью занесённого снегом, на Фёдора выглянула темнота, посверкивающая жёлтыми глазами.
– Гнусь! – Фёдор покрутил усами. Приятель любил пользоваться преимуществами своего цвета и всегда мастерски вливался в любое тёмное пространство. – А где Чудна?
– В доме, конечно. Где ж ей ещё быть? Она мерзлячка, так что зима ей не нравится, – тёмное пятно вытянулось из снежного лаза, отряхнулось и развернулось в огромного чёрного кота. – Ты мне лучше скажи, Маура приехала?
– Да, и тоже дома засела!
Их приятельские отношения начались обыденно – с хорошей котовой драки. Потом уже коты выяснили, что территории им хватает, кошки им нравятся разные, и что показательно, симпатии обоих жили по соседству. Гнусь являлся счастливым отцом Мауриных котят, а Фёдору очень нравилась Чудь Болотная, которая никаких других котов и близко к себе не подпускала.
Второй кот, проживающий у соседей, по кличке Ваша Полосатость, с Фёдором драться не стал, хотя тот честно предложил.
– Я что, дурак что ли? Ты уже обязательную программу с Гнусем выполнил и хватит с тебя! – степенно ответил Полосатость, раз и навсегда закрыв тему драк с Фёдором.
Теперь он слез со скамейки, застеленной старым тулупом, которая стояла на крыльце, и покрутил носом.
 
-С чем пожаловал? Вижу, что не просто так с Чудью перенюхаться!
– С чем, с чем… с вопросом! Вот у вас хозяйка вроде хорошая…
– Неее, надо было тебе всё-таки морду начистить! – возмутился Полосатость. – Что значит, хорошая? Она для человека вообще почти как кошка!
– А не преувеличиваешь? – Фёдор аккуратно отступил от когтистой лапы, призванной призвать его к порядку, когда он упоминает не кого-то там, а хозяйку Полосатости!
-Да как у тебя язык-то повернулся! – рыкнул за спиной Фёдора сугроб, из которого воздвигся огроменный пёс Гирь. – Она самая-самая! Тебе же даже коты сказали!
-Спокойно! – Фёдор Гиря ещё на подходе к дому учуял, так что ничуть не испугался его появления. – Тогда я пришёл сватом!
Редко кому удавалось так ошарашить сплочённый кото-собачий коллектив.
– Гирь! Пощупай ему нос, может, у него воспаление какое приключилось? – Полосатость строго косился на Фёдора. – Так-то с виду нормальный, а мяучит что-то такое дикое!
– Делать мне нечего! Сам щупай!
– Не надо меня щупать! Я не больной! Я очень умный! Вы послушайте, какое дело!
Фёдор, как личность незаурядная, быстро обрисовал коллективу слушателей последствия появления в доме неправильного котолюдя для их хозяйки.
– Да мы его! – взвился Гирь.
-А если она сама захочет такого? Если счастлива будет только с ним? И что ты тогда ему сделаешь? – Фёдор разом остановил всё возмущение коллег. – И у нас такое же… У моего хозяина есть отец Владимяур. Сейчас стал практически идемяльный! Очень обучаемый, воспитуемый и понимяяяемый. И он тоже без человекокошки, то есть у него была… Но такая вороватая! Вот плохую он выгнал, а вот хороших-то не очень просто отыскать…
– Дааа, хорошую кошку найти трудно! – вздохнули коты синхронно.
– Вот и людям тоже! Трудно! Короче, у меня людокот, приличный, солидный, нас любит, жизнь понимает! А у вас людокошь – я видел, мне понравилась. Ну, хорошо, хорошо, мне очень понравилась. Для человека вообще почти что как кошка! Сами говорите, что она ах какая! И что бы нам не потрудиться на собственное благо? Ну, и на их тоже, конечно! А то ведь вляпаются во что-нибудь этакое! – кот искусно изобразил, что его тошнит.
Местные коты и пёс переглянулись.
– Вообще, он дело мявкает! – протянул Полосатость. – Я и сам думал, что надо Нину нашу пристроить в приличные лапы! Говоришь твой этот… Владимяур ничего?
– Да я его видал, нормальный такой! Камнями не кидается! – Гнусь знал толк в бросании камней в его чёрную особу.
– Нормальный! Нам с моим хозяином собаку купил. Тим помирать уже собрался в клетке, а этот его спас и нам подарил! – охарактеризовал Фёдор своего кандидата.
После рассказа Фёдора акции Владимира поднялись на небывалую высоту.
– Так, он нам подходит! А это значит, что? Надо брать их встречу в свои лапы! – голосок Чуди Болотной, всё это время подслушивающей военный совет из форточки, поставил точку в этом вопросе.
– Чего ты так торопишься? – удивился Гирь. – Ты ж его не знаешь!
– Знаю, как раз! Мне Маура про него много рассказывала. Ему нелегко было, с людокошками не везло, котёнка чуть не упустил. Но сейчас ничего так… Хороший!
– Так что ж ты молчала? – возмутился Полосатость. – Мы тут головы ломаем, а ты?
– А я ждала, чтобы вы додумались! – Чудь одним махом низвергла все аргументы котов запрещённым приёмом кошачьей логики, родственной женской, но абсолютно непостижимой для истинных котиков.
– Ну, вот и хорошо! Вот и решили и проблем нет! – облегчённо вздохнул Фёдор, потянулся к Чуди и хотел было потереться о её морду своей, как Чудь парировала: