Убежище. Книга третья
Пашку и Полину, заподозренных в подкладывании Николаю колорадов (заслужено) и дохлых мышей (незаслуженно), Виктор забрал вечером в воскресенье и не разрешал им ездить к тётке Нине аж до самого Нового Года, но это уже совсем-совсем другая история.
Глава 1. Три белых коня в сугробе
Посвящается моей маме – моему Убежищу.
Старый год заканчивался неохотно. Взял и из вредности растопил все белые праздничные сугробы, превратив их в подножное серое слякотное месиво, подсовывал людям, уже предвкушающим праздник, какие-то позабытые дела, несделанные и застенчиво задвинутые подальше, встряхивал их неожиданными новостями, короче, проверял на прочность.
– Когда этот год закончится-то? – скрипел Мишка, уныло доделывающий зануднейшие контурные карты по истории. – Ну да, забыл я про них! И что? Нельзя было про них в январе вспомнить? – злился он на бдительную историчку.
– Миш, чего ты ворчишь-то? – заглянула к нему бабушка. – Аааа, понятно. Походы и сражения? На картах они и правда, выглядят плоско и неинтересно!
– Устал я! – сообщил Мишка, уронив голову на заваленный учебниками стол. – Это ведь издевательство, да?
– Неее, издевательство будет потом, это так… разминка! – оптимистично ответствовала Людмила. – И вообще, не унынничай! Скоро праздники, поедем на дачу… Да и вообще, не знаю, как ты, а я так счастлива, что этот год получился именно таким, какой он есть!
Мишка покосился на кота Фёдора, умостившегося на учебнике географии, на Тима, развалившегося на лежанке, выбрался из-за стола, добрался до бабули и обнял её.
– Я тоже очень счастливый! – серьёзно сообщил он.
За окном продолжалась слякотная пакость, но уже запрыгали перед глазами картинки событий, которые случились в этом году, и Мишка воспрял, одной левой проложил маршрут для кучи военных походов, доделал уроки и развалился рядом с Тимом.
– Всё! Я устал и отдыхаю! На даче буду спать и валяться…
Знал бы он как он ошибается!
Владимир тоже мечтал где-то поваляться. Ну, хотя бы под столом! Вот лечь туда и сделать вид, что его тут просто нет!
– Ага, как же! Они зайдут поинтересоваться, и куда ж начальство-то делось… Сто процентов обнаружат, даже если креслом задвинуться и бумагами сверху присыпаться! А уж чего подумаюююют! – фыркнул он о сотрудниках. – Ладно-ладно, последний бой, он трудный самый! Доживу до двенадцати нуль-нуль, поздороваюсь с президентом на фоне курантов и уползу под ёлку спатеньки! А! Ещё своим подарки вручу и тогда точно уползу. Пережить бы этот предновогодний хвост…
Никому неприятно, когда о нём думают, как о хвосте, поэтому уходящий год, малость оскорбившись, взял и вопреки всем прогнозам синоптиков, засыпал всё отличным, отборным пушистым, белым и очень красивым снегом. От души, так сказать!
Возликовали все, кроме оскорблённых синоптиков, коммунальщиков и застрявших кто где водителей. МЧС секунд за десять до снегопада разослало всем предупреждения об оранжевом уровне опасности, связанном с таким неожиданным явлением для наших широт в это время года, а все категории населения, не входящие в вышеперечисленные, радостно выдохнули – однако Новый Год почти пришёл! Ура, как говорится, товарищи!
Мишка и Людмила приехали на дачу, как только у Миши закончились занятия в школе.
– Миииш, а как же мы заедем… Снега-то сколько! – ахнула Людмила. – Володя купил снегочистку, но до неё ещё добраться нужно, ворота хотя бы открыть.
– Эге-гееей! Соседиии! Помощь нужна? А то у нас тут три белых коня простаивают! – Лиза весело замахала руками, подъезжая на поводках «трибелоконного» выезда – Крока, Дила и Фунтика. – Мы вам запросто поможем!
– Мы! Кто эти «мы»?! Хулиганка, катаешься на троечке и катайся! – Андрей, Лизин жених, открыл ворота соседского участка изнутри и пояснил изумлённой Людмиле. – У меня отгулы, а Владимир меня ещё в Москве встретил, отдал ключи от ворот и гаража, да и попросил помочь вам снег почистить. Удобно всё-таки, что мы на одной лестничной клетке живём! Я и к старому вашему дому дорожку проложил и тут всё вычистил. Потом-то Мишка сможет, это не трудно с машинкой, но заехать было бы сложно! – Андрей намахался лопатой, расчищая дорожки на двух участках – родительском и Лизином, поэтому, просьбу соседа, сопровождаемую разрешением брать снегочистку и для собственных нужд, воспринял как подарок!
Мишка, приунывший было от перспективы пробиваться к дому через снежные заносы, воспрял и присоединился к Лизе.
– А где Лариса? – удивилась Мишкина бабушка отсутствию хозяйки минипига Фунтика.
– Готовит на всех какой-то страшно сложный пирог, а Фунт ей так активно помогал, что был засыпан мукой, залит молоком, всосал в себя сливочное масло, улетевшее, но не успевшее достигнуть пола… Про исчезнувшую упаковку шампиньонов, раскатанные по всему дому два мешка яблок и два убитых лимона я вообще молчу! – Лиза рассмеялась. – Я как раз пришла на этапе расследования гибели лимонов. Фунтик их подозревает в чём-то нехорошем, поэтому прокусывает и додавливает пятаком до блинообразного состояния. А потом с выражением на рыльце «я так и знал, что вы гаааадость», начинает чихать, плеваться и фыркать. Ровно до встречи со следующим лимоном. Короче, мы решили эвакуировать свинтуса, пока Лариса не закипела окончательно. Нам выдали его облачение, облегчённо расцеловали, чуть в ножки не поклонились и выпроводили на «погулять и подальше»! А мы и рады! Мальчики, мы рады?
Крок был вполне согласен с тем, что он очень рад, зато Дил подозрительно внюхивался в пятак Фунтика и морщился. Цитрусы ему тоже как-то не очень нравились.
Выпущенный из машины Тим моментально присоединился к «тройке», и псы ринулись в снежную целину. Высокие прыжки Тима перемежались солидным движением двух «ледоколов» марки «Бультерьер снегоходный», вспарывающих снег, словно горячий нож масло. Фунтик же явно придерживался иной политики – умный в гору не пойдёт, умный гору прокопает!
– Не прыгайте там, где сугробы шевелятся! Там Фунтик! – крикнула Лиза.
– Милая, не мешай, это ж половина удовольствия – ловля большой снежной мыши! – рассмеялся Андрей, помогая Людмиле доставать из машины многочисленные сумки и коробки. – Аааа! Вы тоже ездите на дачу, как мои! Контейнерные перевозки на нас озолотились бы!
Лиза решительно перехватила у Людмилы переноску с Маурой.
– Матушку Глашки я сама донесу, можно? Хоть так выражу ей моё почтение! Это не деть, это термоядерная реакция в рыжей шкурке! Насколько у неё спокойный брат, настолько же шебутная у нас Глафира.
– Зато моим хорошо! Котеец – Глашкин брат – такая флегма! Хде положили, тама и возлежит! – хмыкнул Андрей. – Гаврюша вполне может приклеиться к вам и так ездить на плече весь день, чем бы вы не занимались. Я тут чуть куртку на него не надел – тупо забыл, что он у меня на шее.
– Да, похоже весь темперамент, который полагался на двоих как-то оказался у Глашки и сам собой произвёлся в десятую степень! – Лиза не зря была дочкой учительницы математики! – Ой, ладно, мы вам только голову морочим! Поскользила я дальше. Трррройкааааа! Ко мнееее!
Снежные вихри взметнулись и опали, выпуская на дорожку облепленных снегом бультерьеров, минипига, напоминающего горизонтального снеговичка на тонких лапках и практически белого Тима.
– Миш, пойди с Тимом погуляй, пусть он побегает, я пока разберу что куда! – Людмила отлично понимала, что мальчишке жутко хочется оказаться на свободе.
– Ой, спасибо! – Мишка выпустил из переноски важного Фёдора, который почему-то не пошёл в дом, а аккуратно ступая, побрёл вдоль забора, прихватил поводок Тима и рванул гулять.
Они с Лизой решили идти загадочным маршрутом «куда псам захочется», поэтому сначала шли налево, потом вернулись и дошли до самого края дачных участков, который был за новым забором – границей владений Мишкиного отца.
– Странно, я сюда почему-то не любил летом ходить… А тут красиво! – стоило ему призадуматься, как он сразу сообразил, почему именно он не хотел, выбирая маршрут прогулок, сворачивать направо – там был пустырь, где он нашёл почти мёртвых котят… Он до сих пор, вспоминая тот день, поёживался и радовался, что теперь ничего на участке, который его папа купил, не напоминает о той канаве.