Убежище. Книга третья

Коля, который уже почти решил, что Нина всё поняла, рассердился. Некоторое время он рассказывал ей, как она ошибается, что она без него закончит жизнь никому не нужной старой девой или женой нищего проходимца, и как пожалеет о нём, о Николае Андреевиче Васильевом!
–Дурь бы выбить! Где же скалка? Сердцу будет веселей! – пронеслось в голове Нины, машинально перефразированное Пушкинское обращение к нянюшке.
–И я не уеду, пока ты не поймёшь! – Коля решительно встал и направился во двор, проверить, как там сохнут его джинсы.
–Яму копать придётся большууууююю! – в окне показалась развесёлая физиономия Пашки. Он осмотрел сердитую тётку и пояснил. – Ну, если он не уедет, ты его пришибёшь и мы его тут того… Под ежевикой. Нет, а что? Вот мы с Полькой Кристи читаем… Очень много полезного почерпнули!
–А где Полина? – слабым голосом уточнила Нина.
–Готовит объект к решительному сражению, – Пашка фыркнул. – Не-не, ты пока не выходи.
–Паш, его бы лучше отсюда живым выпустить! – забеспокоилась Нина.
–Не боись тетёнька, уедет живым! – многообещающе кивнул племянник.
Коля ощупал мокрые джинсы и запечалился. Девушку покорять лучше в мужественном виде, а оранжевые шорты с цветком на кармане как-то харизму портили.
И тут он подозрительно присмотрелся к странному мельтешению за кустами смородины.
–Чего там эти чокнутые детки ещё придумали? – он, уверенный в том, что только его воля может защитить Нину от хулиганистых деток, отправился туда и застал Полину в отчаянии над…
–Чёго это? – он в недоумении ткнул пальцем в миску с чем-то бело-оранжевым.
–Ой, дядь Коля… Я такое натворила… Такое натворила! Я хотела миску с кислым молоком отнести псу, а потом отвлеклась и забылаааа… – Полина плакала натурально – крупными слезами, со всхлипываниями и поскуливанием. – А тут испанские тётины слизни наползли и утопли! А она их разводит – они очень полезные.
–Испанские слизни? Вот эта оранжевая мерзопакость?!
–Ну, почему же мерзопакость… И почему только оранжевая? Они и красные есть, и чёрные, – Поля натурально обиделась за слизней. – Она же ими красоту наводит!
–Че-го? – Коля никогда ничего более гадкого чем слизни насыщенно оранжевого цвета, сантиметров десяти в длину, в своей жизни не видел.
–Ой, а вы не знали? Ой, мамочки! Вы же только не говорите, что я вам сказала, ладно? – нет, если бы она не рыдала и не уговаривала его не рассказывать, Коля бы в жизни не поверил! – Нина… ну, она у нас немного странная! Ой, вы это тоже не знали? Ой, я пошла! Я пошла, а то ещё что-нибудь скажу не то!
Полина натурально сделала вид, что собирается уходить!
–А ну, быстро рассказывай, что знаешь про Нину! Рассказывай, а то я её сейчас позову! – пригрозил Николай.
Предупреждение автора: Уважаемые взрослые! Никогда не ведите себя с детьми и подростками так, как этот несчастный!
Полина возликовала. Во-первых, наживку дядяколя заглотил полностью, во-вторых, его стало АБСОЛЮТНО не жалко (см. предупреждение автора), и в-третьих, за Колей в кустах выглянул Пашка со смартфоном.
–Неее, она меня прибьёт! А уж что родители сделают… Понимаете, у нас вся семья очень надеется, что вы её уговорите замуж выйти. Ну, все же вас уговаривают, да?
–Да! – согласился Коля.
–Вы же сами понимаете, что ведёт она себя странно, да?
–Дааа! – покивал Коля умной головой.
–А она вам отказывает! Ну, это же никак не объяснимо, да?
–ДА! – Коля невольно почувствовал себя лучше.
–А причину не скажу, пока со слизнями не поможете! Вы ведь поможете, да? – Полька использовала закон трёх согласий и Коля со всего маху согласился, сам того не ожидая.
Он, морщась от омерзения вылавливал палочкой скользких слизней из кислого молока, Пашка, закусив губу, чтобы не смеяться, снимал процесс, а Полина тихо-тихо, чтобы не было слышно на видео, вещала:
–Она… она специально разводит этих испанских гадостей и на лицо себе их запускает.
–Вот это? На лицо? – Коля даже слизня упустил от потрясения.
–Да, только тише! Они вообще-то ядовитые, так что зря вы его пальцами взяли, и личинки бычьего цепня переносят, Пашка их только в перчатка брал и тётя тоже. Да вы погуглить можете – в инете про них много чего написано!
 
–А на лицо? – перепугался Коля, судорожно вспоминая, не целовал ли он Нину…
–У неё переносимость, она их токсин нормально воспринимает.
–А эти… личинки…
–Ну, умывается… наверное… Ой, только вы нашим не говорите, пожалуйста-пожалуйста! – умоляюще заныла Полина.
–Тьфу! – Коля, выяснив всё, что ему было нужно, презрительно покосился на девчонку, отшвырнул от себя палочки, которыми выуживал слизней, резко встал.
–Дядь Коля, а вы чего это? Вы ж помочь обещали… – пропищала Полина.
–Издеваешься? Не хватало мне ещё! – Коля сдёрнул с верёвки мокрые джинсы, выхватил из тазика позабытую, щедроунавоженную рубаху, и направился к калитке.
–Ой, дядечка Колечка, вы что? – запричитала ему вслед Полинка, размазывая слёзы по личику.
–Коль, ты чего это? – недоумевающая Нина вышла на крыльцо, и Николай ускорил движение, едва не врезавшись в Гиря.
–Убери свою шавку! – грозно потребовал Николай. – И вообще! Если бы я знал, что ты занимаешься такой мерзостью с этими слизнями ядовитыми и личинками бычьего чего-то там, я бы к тебе и близко не подошел! И семейка твоя! Да как они могли мне психопатку подсовывать!
Нина ошалело уставилась на Николая.
–Гииирь, иди ко мне, мой мальчик, Коля у нас что-то немного того… одичал, отойди он него подальше, может, это опасно! – позвала она пса.
Гирь явственно мрачно ухмыльнулся, сделал стремительное движение, словно хочет схватить Николая, тот взвыл и форсировал калитку с такой скоростью, что чуть было не снёс её с петель!
Коля швырнул свои вещи в машину, газанул, стремительно развернулся и лихо убыл.
–И что это? – недоумение Нины было натуральным, поэтому получилось отлично! Пашка показал большой палец в знак восхищения и остановил съёмку.
–А было это, тётенька, доказательство того, что дядядколя у нас немного псих! Ну, вот сама смотри…
Кадры замелькали на экране – вот Коля в розовом полотенце, покрытый мелкими царапинами, вот он прыгает на четвереньках и рассказывает Нине про мышь вооот таких размеров, вот в Нининых шортиках сидит и трудолюбиво выколупывает утопших слизней из кислого молока, вот с вещами в охапку несёт какой-то неописуемый бред, а Нина его слушает с неподдельным изумлением и ужасом.
–Прикинь, такое папочке нашему отправить? – фыркнул Пашка.
–Елки-палки! Граждане, да вы гениальны! Но он-то тут чего вещал?
–А он теперь уверен, что ты у нас малость того… Ну, в самом-то деле, отказываешься от драгоценности этакой – Николая! – Полина рассказала, что именно изложила Коле над ловушкой со слизнями. – И ведь, если он в Гугл полезет, там всё слово в слово прочтёт!
–Ну, граждане, вы даёте! – Нина не знала, смеяться ей или пугаться.
–Тёть, он подлый, – вдруг грустно сказала Поля. – Мы бы использовали мягкий сценарий, но он сначала пообещал мне ничего не говорить и помочь, а как только узнал, что ему было надо, не помог и с потрохами сдал. Разве так можно?
–Нет, Поль, так нельзя!
–Вот и мы о чём… Ты не думай, мы гадости так просто не делаем! – понурился невесело Пашка. – Просто взрослые иногда такое творят…
Нина обняла обоих племянников.
–Золотые мои, а не отпраздновать ли нам избавление от Коли? Пока он не дозвонился вашему отцу? И да, кстати, а куда вы дели колорадских жуков?
–С ним уехали! – радостно отчитался Пашка – Под водительским сидением!
Коля проехал уже полдороги до Москвы. Ехал плохо! Нет, пробок не было, но какой-то странный и неприятный запах его просто преследовал! Запах и тихий, но настойчивый шорох.
Припарковавшись на обочине он вышел из машины…
Кадры со странным мужиком, облаченным в оранжевые женские шортики и крутые кроссовки, вопящим что-то малопонятное, щедро вышвыривающим из машины колорадских жуков и их личинки, а так же дохлых мышей разной степени сохранности, попали в интернет, и Коле оставалось радоваться только тому, что его мало кто узнал. Разве что члены семьи Мошеновых стали относиться с некоторым опасливым подозрением. Впрочем, как и он сам к ним.