Тени Равенсхолма
"Морфология сверхъестественных существ, том третий" - значилось на обложке. Элеонора механически перелистнула страницу. Когда-то эта тема казалась ей увлекательной, теперь же каждая строчка будто кричала о нём. О профессоре Валерионе. О вампире, который пожертвовал собой, чтобы спасти мир. Чтобы спасти её.
- Элли? - знакомый голос вырвал девушку из оцепенения. - Ты не занята?
Элеонора подняла взгляд и встретилась с глазами Мэвис, бывшей лучшей подруги, предательницей, человеком, что выдал её вампирам. Да ещё и оказалось, что Мэвис работала на вампиров давно, передавая им те сведения, что получала от Элеоноры, прикрываясь искренним интересом к тому, что отец подруги - охотник. Элеонора, сгорая от стыда, каялась перед отцом в том, что была так глупа и недальновидна. Что своей глупостью поставила под удар целый орден. Но он тогда лишь усмехнулся, ответив, чтобы она не переживала. Всё равно те сведения, что он говорил ей, были в большинстве своем неправдой, так как орден давно подозревал, что кто-то "сливает" информацию, поэтому проверяли всех. И он решил тайком самостоятельно проверить излишне болтливую дочь, так что они квиты.
- Занята, - холодно ответила Элеонора, демонстративно возвращаясь к книге. Она искренне не понимала, чего хочет от неё бывшая подруга.
Мэвис не сдавалась. Она присела напротив, нервно теребя ремешок сумки.
- Слушай, я знаю, ты не хочешь меня видеть. Но прошёл уже год. И я... я правда сожалею. Каждый день.
- Сожалеешь? - Элеонора подняла голову, чувствуя, как внутри поднимается знакомая волна гнева. В такие моменты её полувампирская сущность давала о себе знать. - Ты едва не отправила меня на смерть, Мэвис. Ты никогда и не дружила со мной, ведь так?
- Я не знала, что они...
- Что они хотели убить меня? - Элеонора понизила голос, заметив, что библиотекарь бросает в их сторону недовольные взгляды. - Ты всего лишь передала меня вампирам на блюдечке с бантиком , не задумываясь о последствиях. Ведь как ты там хотела? Не напомнишь? Что-то о помощи тёте и вечной жизни?
Мэвис опустила взгляд, по её щеке скатилась слеза.
- Моргана ... Она угрожала нашей семье, Элли. Но это не оправдание, я знаю. Просто... я хотела сказать, что если когда-нибудь тебе понадобится друг...
- У меня есть друзья, - отрезала Элеонора, хоть это было не совсем правдой. За последний год она отдалилась от всех. - Друзья, которые не сдадут меня вампирам при первой возможности.
Мэвис молча кивнула и поднялась.
- Я понимаю. Просто знай, что я всегда буду рядом, если передумаешь.
Когда она ушла, Элеонора закрыла глаза. Иногда ей хотелось забыть всё - свою полукровную природу, предательство Мэвис, тот день, когда Себастьян пожертвовал собой. Просто стать обычной студенткой, которой не снятся кошмары о вампирах и не приходится контролировать свои эмоции, чтобы не разнести всё вокруг внезапно проснувшейся силой.
***
- Элеонора! Эй, Элли, подожди!
Она узнала голос Бена прежде, чем обернулась. Когда-то, до появления в её жизни Себастьяна, Бен был постоянным спутником Элеоноры — вечно ходил за ней хвостом, приглашал на свидания, дарил кофе и книги. Потом, после того как Себастьян, используя вампирское влияние, отвадил парня от Элеоноры, Бен словно забыл о её существовании. И вот теперь, когда Себастьяна не стало, он снова появился. И стал назойливым точно муха летом.
- Что тебе, Бен? - устало спросила Элеонора, останавливаясь у выхода из главного корпуса.
- Я подумал, может, пойдешь со мной на фестиваль фолк-рока в эту субботу? - Бен улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой у большинства девушек кампуса подкашивались колени. - Выступает "Кроули и кровавые братья", твоя любимая группа.
Элеонора стиснула зубы. Бен появлялся в её жизни с настойчивостью сезонной аллергии на протяжении последних десяти месяцев. Почему-то он решил, что отсутствие профессора Валериана дает ему право возобновить свои ухаживания. Ну и, естественно, вампирские внушение больше не работало.
- Нет, Бен. Я занята. Как и в прошлую субботу, и в ту, что до нее.
- Да брось, Элли, - он приблизился, взяв её за локоть. - Тебе нужно развеяться. Сколько можно сидеть в четырех стенах? Я же вижу, как ты изменилась за этот год. Ты стала словно тень себя прежней.
Элеонора попыталась высвободить руку, но Бен держал крепко.
- Отпусти,- предупредила она, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Только не сейчас! Только не сейчас! Но Бен, точно специально, напирал ещё больше, заставляя её раздражаться.
- Не раньше, чем ты согласишься. Мне известно, что ты ни с кем не встречаешься с тех пор, как таинственно исчез Валериану. Что, до сих пор сохнешь по профессору? Забудь уже, он тебя бросил. Я ведь предупреждал.
Это было последней каплей. Элеонора почувствовала, как её зрачки расширяются, а во рту появляется характерное покалывание - верный признак того, что её дампирская природа берёт верх. Она посмотрела прямо в глаза Бену, и её голос прозвучал с той особой вибрацией, которую она не контролировала в моменты сильных эмоций:
- Ты отпустишь меня и больше никогда не подойдёшь. Ты найдёшь кого-то другого для своих игр. Я для тебя умерла. Навсегда.
Глаза Бена на мгновение затуманились, хватка ослабла. Элеонора вырвала руку и быстрым шагом направилась к парковке, где был припаркован её старенький "Форд". Только оказавшись в безопасности автомобиля, она позволила себе выдохнуть. Использовать своё влияние на людей Элеоноре не нравилось, это напоминало ей о вампирской части её наследия, о тёмной стороне, с которой она всё ещё училась сосуществовать.
***
Дома её ждал отец. Виктор Харт сидел на кухне, разложив перед собой карту, утыканную красными булавками. Охотник на вампиров не оставлял своего ремесла, даже когда принципы ордена изменились благодаря тому, что Себастьян Валериан пожертвовал собой, чтобы запечатать портал между мирами, из которого в наш мир могла пробраться тьма.
- Элли, - он улыбнулся, увидев дочь. - Ты рано сегодня.
- Последняя пара отменилась, -Элеонора бросила сумку на стул и открыла холодильник. - Что-то случилось? Ты обычно в это время на охоте.
Виктор откашлялся, убирая карту.
- Я хотел поговорить с тобой. Присядь.
Элеонора со вздохом опустилась напротив отца. Она знала этот тон - он означал "серьёзный разговор".
- Я беспокоюсь о тебе, дочка, - начал Виктор. - Прошёл год, а ты всё ещё... не здесь.
- Папа...
- Нет, дай мне закончить. Ты ходишь в университет, сдаёшь экзамены, но ты как в тумане. Я понимаю, что ты пережила. Потеря близкого человека...
- Он не просто "близкий человек", пап.
- Знаю. Но жизнь продолжается. У тебя две дороги, Элеонора. Либо ты продолжаешь жить прошлым, либо делаешь выбор.
Элеонора нахмурилась.
- Выбор?
- В следующем месяце я отправляюсь в Трансильванию. Там обнаружен новый клан, есть подозрения, что они причастны к исчезновениям местных жителей. Ты могла бы поехать со мной, начать обучение, стать охотницей, как я. Твои дампирские способности - весьма ценный ресурс.
Элеонора покачала головой.
- Я не хочу ни охотиться, ни убивать, папа. Даже вампиров.
- Тогда второй вариант - ты берёшь академический отпуск, и мы вместе едем в турне по Азии. Никаких вампиров, никакой охоты. Просто отец и дочь, которые путешествуют, смотрят мир. Тебе нужно сменить обстановку, Элли. Это место... слишком много воспоминаний.
Элеонора посмотрела в окно, на знакомый силуэт деревьев на фоне закатного неба. Её отец был прав - каждый уголок Равенсхолма напоминал ей о Себастьяне. Она проходила мимо его бывшего офиса в университете, видела аудиторию, где он вёл лекции, сидела в кафе, где они впервые разговаривали не как студентка и профессор, а как равные.
Но уехать означало бы признать, что он действительно ушёл навсегда. А она всё ещё ждала. Знака, весточки, чего-то, что подтвердило бы её веру в то, что Себастьян найдёт способ вернуться.