Секретарь для плейбоев (СИ)
Мне нечего терять.
Была не была!
Залпом запрокинув в себя третью порцию водки, купила авиабилет до Сочи.
Вылетаю через неделю ночным рейсом.
Осталось позаботиться о поиске крыши над головой и трудоустройстве.
Просмотр вакансий я отложила на утро и отправилась спать, с глупой радостью игнорируя тот факт, что нарушила рациональную последовательность действий и сделала все с точностью наоборот.
Только коснулась щекой прохладной подушки и сладко улыбнулась, предвкушая крепкий и долгий сон, как с улицы стали доноситься подозрительные крики.
— …ся-я! Ася! Малиновская!
Мне не померещилось?
Кто-то выкрикивал как ненормальный мое имя.
Я прикрыла веки, списав услышанное на слуховую галлюцинацию.
— АР-СЕ-НИ-Я!
Нет.
Все-таки не померещилось.
Я взвизгнула от того, что смартфон начал вибрировать на прикроватной тумбе. Похвалила себя за то, что предусмотрительно убавила громкость перед тем, как лечь в постель. Приблизив яркий экран к лицу, сощуренным взглядом прошлась по цифрам.
Снова звонили с незнакомого номера.
Сердце взволновано забилось в груди.
Не собираюсь отвечать.
Через несколько секунд после того, как телефон перестал вибрировать, из динамика вырвался короткий звук, извещая о новом сообщении. Я подглядела в него через панель уведомлений.
«Я у твоего дома. Я знаю, что ты там. Выйди. Или я не сдвинусь с места»
Не нужно было гадать, что это от Некрасова.
Проклятье…
Да что ж он не уймется?!
Его юношеский «героизм» совсем некстати!
Но он не оставлял мне выбора.
Некрасов — обладатель сквернейшего характера, поэтому я не сомневалась в его намерениях. При других обстоятельствах ни за что бы не вышла к противному адвокату навстречу, однако он грозился выставить меня источником неприятностей для соседей.
Натянув поверх растянутой футболки-для-сна теплый свитер, прокралась в прихожую. Обула кроссовки и выскользнула на лестничную клетку. Не стала дожидаться лифта и миновала этажи пешком. Немного растерялась, прежде чем открыть подъездную дверь.
Некрасов наяривал круги вокруг своей машины. Засунув руки в карманы брюк, смотрел в непроницаемо-черное беззвездное небо. Он резко замер и рывком повернул голову на звук моих шаркающих шагов.
Скрестив руки на груди, я буравила Бориса Дмитриевича непримиримо сердитым взглядом.
— Малиновская! — как-то чересчур радостно воскликнул Некрасов. Я же абсолютно не разделяла с ним его ликования от этой незапланированной встречи.
Он рванул ко мне.
Я выставила правую руку перед собой, проводя невидимую черту между нами, которую ему запрещено пересекать.
— Что вы здесь делаете? — спросила строго. — Время видели?
Блондин пропустил мое замечание мимо ушей и сделал шаг вперед. Моя ладонь уперлась в его грудь, и я немедленно ее отдернула, будто ошпарившись кипятком.
— Плевать я хотел на время, — он непоколебимо упрям. Как и всегда. — Я должен был увидеть тебя…
— Зачем?! — раздраженно всплеснув руками, я попятилась назад, чтобы увеличить расстояние между нами. Но он вновь уничтожал свободные сантиметрами. Снова и снова. — Уезжайте… Не нужно больше приезжать… — мой голос неожиданно сорвался на шепот.
Бушевавший стыд, который я с огромным трудом сумела усмирить, вырвался из клетки под семью замками.
Его лицо помрачнело. Уголки пухлых губ дрогнули, слегка приподнявшись. Некрасов изобразил подобие улыбки, но в этом действии не было ни намека веселье. Это было проявление печали и… смирения. Словно он сдался. Словно проиграл неизвестную мне борьбу.
Эта улыбка — его белый флаг.
Мой бывший начальник сдавленно усмехнулся.
— Хотел бы я знать, какого хрена творю, Ась.
Он осторожно взглянул на меня.
— По поводу того вечера…
— НЕТ, — я немедленно пресекла его попытку затронуть табуированную тему. — Не продолжайте, Борис Дмитриевич. Садитесь в машину и уезжайте. Забудьте дорогу сюда. Забудьте о моем существовании.
Прошу… Пожалуйста, не нужно усложнять…
— Но…
— Вы получили от меня все, что хотели. Все, что я могла дать, — процедила я, мотая головой. Пламенная обида обжигала голосовые связки. В груди зарождался громкий плач. — Вы… трое… — зажмурилась, сжала трясущиеся кулаки. — Давайте просто забудем друг о друге.
— Ася, — надломлено произнес Борис.
Не будет исключений. Только не для нас.
Я видела, что он пытался сказать. Чувствовала, что клокотало у него под ребрами. Но не могла этого принять.
— Уходите.
Некрасов нахмурился в ответ на мою — нет, не просьбу, — мольбу.
— Выслушай, прежде чем гнать меня.
Я со злостью схватилась за голову. Господи, какой же упрямец!
— Вы перестали понимать русский язык?! Я не хочу ничего выслушивать! Сколько еще раз мне нужно повторить это, чтобы дошло?!
— Нет. Ты ВЫСЛУШАЕШЬ.
Некрасов схватил меня за предплечья и молниеносно притянул к себе. Я врезалась в его твердый торс с такой силой, что столкновение наших тел выбило последний воздух из моих легких.
— Я потерял от тебя голову, Малиновская, — вымученно произнес блондин, пожирая жаждущим взглядом мое лицо. Он с шумом вдохнул через ноздри и наклонился ко мне, оставив ничтожную прослойку воздуха между нами. — Сам не в восторге, что втрескался в сущую ведьму!
Это признание, или попытка оскорбить?!..
— Белочка, — сипло простонал Некрасов, взяв меня за подбородок и притянув к своему рту.
Я замерла, похоронив под необъяснимым оцепенением яростное желание оттолкнуть бывшего босса.
— Из-за тебя я превратился в полнейшего кретина, — пробормотал мне прямо в губы. — Купил тебе гигантский букет роз… — кивком в сторону дал понять, что цветы в машине. — Но сейчас не уверен, что хочу вручить их тебе, потому что ты всем своим видом демонстрируешь намерение избить меня им.
Вне сомнений.
— Я хотел сказать, — Некрасов запнулся, обдумывая следующие слова, — что… случившееся в доме Эмиля не изменит моих чувств к тебе.
На какую реакцию он рассчитывал? Что я немедленно брошусь ему на шею с распростертыми объятиями? Безусловно, я испытывала влечение к Борису Дмитриевичу. Но этого недостаточно. Этого ВСЕГДА будет мало, чтобы затмить назревавшее с самой первой нашей встречи противостояние.
Мы не подходили друг другу.
— Вы зря приехали, — мой голос звучал безжалостно, и я видела, как это ранило его.
Некрасов растерянно захлопал ресницами, будто бы не поверил собственным ушам.
— Ты… только что отвергла меня? — с горькой усмешкой переспросил блондин, надеясь на то, что я отменю свое решение.
— Да.
Некрасов остолбенел.
Его непоколебимая, заоблачная самооценка трещала по швам и крошилась в мелкую пыль у меня на глазах.
Непривыкший к женским отказам богатый отпрыск сделал неуверенный шаг назад, но еще какое-то время я ощущала тяжесть мужских ладоней на своих плечах.
— Придурок, — забормотал он с потерянным видом. — Какой же я придурок.
Затем убрал от меня руки и, молча развернувшись, двинулся в сторону автомобиля.
Ни разу не взглянув на меня, сел за руль и уехал.
ГЛАВА 38
ДЕМЬЯН
Если что-то или кто-то тянет вас на дно, не бойтесь избавиться от груза. Не позволяйте топить себя. Спасайтесь. Не страшно, если это друзья. Не страшно, если на то, чтобы убедиться в ошибочности вашей связи, понадобилось много лет.
В конце концов, я всегда знал, что отличался от Барса и Эмиля. Из нас троих они двое были сплочены с самого начала. Сделаны из одного теста, если можно так выразиться. Сколько ни думал над этим, но так и не понял, почему связался с ними. От скуки? В студенчестве я считал их крутыми ребятами. Примкнуть к ним было чем-то из ряда вон выходящего. Правда, я не ожидал, что авантюра превратится в нечто более значимое для меня.