Секретарь для плейбоев (СИ)

Отлично.
Друг покачнулся, стоя на месте на двух ногах, а Демьян укоризненно помотал головой, наблюдая за нами.
— Что-то не так, мистер Благоразумие? — с язвительной интонацией уточнил я, скрестив руки на груди в оборонительной позе.
Зимин ответил на вопрос тяжелым взглядом, поправил пиджак и разочарованно уставился на меня.
— Ты зашел слишком далеко, Эмиль. Я сыт по горло твоими дьявольскими играми.
Я поджал рот, нахмурившись.
Ну вот опять, приехали.
— Знаешь, что ты делаешь прямо сейчас, дружище? — ткнул в него указательным пальцем. — Пытаешься прикрыть свое удовлетворение после секса с Малиновской, выставив меня злодеем-манипулятором. Если тебе становится от этого легче, то валяй.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Демьян прочистил горло.
— В этом твоя проблема. Тебе плевать на всех, кроме себя. Тебя не заботят ничьи чувства, кроме собственных.
— И что с того, что я эгоист? — равнодушно повел плечом. — Да и ты не праведник, приятель. Так что прекращай строить из себя ангелочка. Занимаешься самообманом и выдаешь это за благородные намерения.
Так же, как и Асю, Демьяна не удерживали силой на месте. Он мог отказаться от нее, от ее сладкого податливого тела. Но наш «правильный мальчик» сделал выбор и отшлифовал своим языком малышку так, словно видел женское тело в последний раз.
— Ты придурок, Эмиль, — прошипел Зимин.
Я исказил рот в сардонической ухмылке.
— Подать тебе салфетку, чтобы ты высморкался, плакса?
Он угрожающе заиграл желваками. Его ладони, покоившиеся на коленях, сжались в кулаки. Испепелял меня взором исподлобья на протяжении минуты, но так и не решился на нечто радикальное. Я расправил плечи и опустил руки, ожидая с нетерпением нашего столкновения.
Чего тормозит? Почему не встанет и не выбьет из меня всю дурь?
— Я не поведусь на твои никчемные провокации, — резюмировал Демьян сдержанным и одновременно презрительным тоном. Он надменно задрал подбородок, наслаждаясь несокрушимостью собственного самообладания. — Как бы ты ни старался.
Демьян выдержал паузу.
— С меня довольно.
Он увидел в моих глазах застывший вопрос.
— Я покину бюро.
Какого черта?
Что за чушь он мелет?!
— Паршивая шутка, — я издал короткий прерывистый звук, отдаленно напоминающий хохот. Буравил в Демьяне дыру немигающим насупленным взором, тщательно изучая безупречно непроницаемую маску, которую он нацепил на лицо, чтобы скрыть от меня признаки блефа.
Челюсть Барса отвисла.
— Демьян…
Зимин подошел ко мне и похлопал по плечу.
— Я не шучу. Я увольняюсь. Больше не вижу смысла терпеть ваши выходки и тем более принимать в них участие.
Охваченный шоком и яростью, я стоял столбом, не в состоянии выдавить из себя ни слова. Все ждал, что Демьян даст слабину и передумает.
— Если уйдешь… — начал я.
— Уйду, — безапелляционно перебил меня он.
Я заскрежетал зубами и дернул плечом, сбросив его ладонь.
— Отлично. Скатертью дорога, — я указал на дверь. — Выметайся.
— Эмиль, — осторожно произнес Барс. — Демьян… Мужики, какая собака вас укусила? Давайте остынем, окей? Сперва убедимся, что с Асей все в порядке. Не будем делать поспешных решений. Дерьмо, до чего вы меня довели? Я начал говорить разумные вещи! Это же лечится?
Я поморщился от звука имени этой рыжей чертовки. Она — яблоко раздора, посланное змеей-искусительницей Беловой, чтобы очернить наш скромный Эдем, нарушив в нем естественный порядок вещей и отравив сознание моих друзей.
Неужели только я сумел сохранить ясность ума и не поддаться ее чарам?
Нет, нет, ни о каких чарах и речи быть не могло. Щенячья наивность наряду с неуклюжестью и острым языком не имели ничего общего с признаками присутствия очаровательности. Смазливой мордашки и хороших сисек недостаточно, чтобы зацепить меня.
Малиновская и в подметки не годилась Мадине.
Я вобрал полную грудь воздуха и убрал руки в карманы брюк. С приподнятой левой бровью окинул Демьяна беглым и недружелюбным взглядом.
— Эта девка стоит нашей дружбы и совместного дела всей жизни? — холодно бросил я.
Барс прочистил горло и устремил на меня негодующий взор. Я проигнорировал его задетые моим нелицеприятным термином нежные чувства к Малиновской.
Демьян негромко и горько рассмеялся, качая опущенной головой.
— Если тебе жизненно необходимо обвинить кого-то, то обрати внимание на свое гребаное поведение, — он остановился в полушаге от меня и понизил голос, проговорив следующее: — От тебя окончательно отвернулась Мадина, — Зимин ощутил преимущество, заметив, как я моментально напрягся. — И ты только что потерял своего друга. Не прекратишь быть таким козлом — и закончишь в полном одиночестве.
Демьян пихнул меня плечом и покинул кабинет, громко хлопнув дверью.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ГЛАВА 37
 
АСЯ
Я сбросила очередной входящий вызов от Некрасова.
За последние сутки он позвонил мне около тридцати раз и настрочил порядком двадцати сообщений. Не унимался даже после того, как я заблокировала его номер, и продолжил текстовый террор с незнакомого.
«Малиновская, возьми трубку…»…
«Малиновская, ВОЗЬМИ ТУБКУ, МАТЬ ТВОЮ!»…
«Я хочу знать, что с тобой все в порядке… ТАК СЛОЖНО ОТВЕТИТЬ НА ЗВОНОК??»…
«Не испытывай мое терпение, белочка. Я ненавижу, когда меня игнорируют, поэтому тебе лучше ответить»…
«Я вижу, что ты читаешь мои сообщения. И молчишь, как партизан. Что я должен думать? Может, это не ты? Может, это твой убийца или похититель?! Малиновская, ты… Ты…»
Я поставила галочки рядом с последними прочитанными сообщениями и удалила из памяти телефона без сожалений.
После бесконечного самокопания я твердо решила покончить раз и навсегда с боссами. Оборвать с ними всевозможные нити и забыть, как самый страшный сон. Покинув семейный особняк Багирова, с тех пор я глаз не сомкнула из-за чувства гнусного стыда. В приступе отчаяния облила бы себя серной кислотой, чтобы отмыться от позора, если бы средство имелось под рукой…
Я презирала сладкую боль в собственном тебе. Отрекалась от всплывающих воспоминаний секса с мужчинами. Я не должна откликаться на сообщения и позволить чрезмерному беспокойству Бориса ослабить мою непоколебимость.
Вздрогнула, поскольку в эту же секунду гаджет издал громкий звук уведомления о поступлении нового сообщения.
На этот раз от Демьяна.
Какое-то время не решаясь прочесть смс, я все же открыла его.
«Мне очень жаль, Ася»
Усилием воли я уняла нарастающую дрожь в подбородке и стерла смс-ку.
Я не сомневалась в искренности сожалений этого человека, однако… все же он не тот, кому следовало раскаяться. Ведь именно Эмиль что-то подмешал в мой напиток. Как… как он мог?! Ну а я, наивная идиотка, позволила себе подумать на мгновение, что он не стопроцентный мерзавец.
Он чертов гавнюк. На все триста процентов.
Посреди ночи я сидела на кухне в родительской квартире и обмозговывала планирование своей дальнейшей жизни. В этом мне помогала мамина сорокаградусная заначка. По-другому бы не смогла. Правда.
В первую очередь нужно найти работу, подыскать жилье… Как можно дальше от адвокатского бюро «Зимин и партнеры». Я бы с радостью умчалась на край света, лишь бы больше не встречать на своем пути лица трех мужчин. И Белову включительно.
Никого из них. Никогда.
Отныне Москва будет казаться мне крохотным лабиринтом, в котором однажды я непременно столкнусь с кем-то. Я всерьез обдумывала идею переехать в другой город, чтобы снизить риски до минимума. И после второй рюмки перспектива перебраться в Краснодарский край перестала казаться абсурдной.