Демоны и дамиана (ЛП)

— Нет.
Я бросаюсь к барьеру, хватаю его за руку и тяну изо всех сил. Он отбрасывает меня, сбрасывая мой вес так же легко, как ненужный слой одежды. Пещера содрогается, когда он врезается всем телом в барьер, ревя, когда каждая попытка вырваться оказывается тщетной. Мои обереги сильны. Символы излучают ярко-красный свет, окрашивая череп Пожирателя Снов в малиновый. Но защитный круг никогда не предназначался для того, чтобы противостоять нападению изнутри.
  
Время идет. Он должен заполучить ребенка до восхода солнца. У меня в голове расцветает идея. Все, что мне нужно сделать, это придумать, как держать его взаперти в пещере до тех пор. Я бегу к своей сумке, еще раз перебираю ингредиенты, перебирая варианты. Рев эхом разносится по пещере, и я нащупываю маленькие стеклянные пузырьки, от страха у меня трясутся пальцы. Если он уйдет, если сегодня ночью заберет еще одного ребенка, эта кровь будет на моих руках.
Новый скрежещущий звук наполняет каменное окружение. Пожиратель Снов царапает невидимый барьер, с кончиков его пальцев капает кровь. Он лишен разума, им движет только желание повиноваться темному демону, который им командует. От того, как он издевается над своим телом, у меня щемит сердце.
Мелкие кусочки сломанной кости с грохотом падают на землю, когда он всем весом наваливается на магическую завесу. Его отчаянное желание уйти вызывает отвращение. Что, если он прорвется? Куда он пойдет? Знает ли демон, который управляет им, обо мне? Мое сердце рвется к небесам. Что, если он придет ко мне домой и заберет одного из моих братьев и сестер в наказание за то, что я пытался удержать Торстена здесь? При этой мысли меня охватывает неподдельный и ужасный страх.
Я удваиваю усилия, роясь в своих вещах с дикой и отчаянной потребностью, свойственной Пожирателям Снов. У меня нет времени на пробы и ошибки. Я беру крошечный желтый флакончик и встряхиваю маленькие желтые цветочки. Однажды это сработало…
Я быстро смешиваю простейшее варево, нараспев произнося его в попытке ускорить действие заклинания. На этот раз я не осторожничаю. Я бросаюсь к Пожирателю Снов и ударяю флакончиком ему в плечо. От его рычания у меня сотрясается грудная клетка. Он поворачивается ко мне, хватает за горло и прижимает к барьеру. Я задерживаю дыхание, когда его окутывает золотистое облако. Мне нужно быть в состоянии ясно мыслить до наступления рассвета, на случай, если это не сработает. Он снова швыряет меня к стене, прижимая спиной к незыблемому барьеру, и я резко втягиваю воздух от удара.
 О нет. 
Кровь приливает к моим конечностям и оседает во мне, когда дамиана проникает в мое тело. Пожиратель Снов швыряет меня на землю и ревет в потолок.
Это не работает.
Я высоко поднимаю пальцы, скручиваю их и отчаянно что-то говорю, пока не чувствую, что барьер смыкается, продвигаюсь вперед по пещере и оттесняю Пожирателя Снов на гораздо меньшее пространство у входа. Если я только смогу его усмирить…
В пещере вокруг меня воцаряется тишина. Я поднимаю взгляд со своего места на земле. Пожиратель Снов смотрит на меня.
— Нет, — рычит он, глядя вниз, и его эрекция пробуждается к жизни. Он в последний раз ударяет кулаком по оберегам, прежде чем повернуться и свирепо посмотреть на меня. — Умная ведьма, — гремит его голос. — Но если ты думаешь, что твоего заклинания будет достаточно, чтобы отвлечь меня на этот раз, ты глубоко ошибаешься.
Возбуждение сочится между моих бедер, в то время как страх смерти пронзает меня насквозь. Покорность, которой подчиняется демон, подавляет мои чары. Он хочет отвлечься? Я дам ему это. Жгучее желание кончить уже невыносимо.
Я протягиваю руку и хватаю ребро, которое в какой-то момент отломилось у него при отчаянной попытке убежать. Мое тело словно в аду, температура слишком высокая, из-за чего в этом маленьком пространстве становится душно. Я откидываюсь назад, опираясь на локоть, и широко расставляю колени. В моей руке ребро гладкое и толстое, чуть больше человеческого. Я дважды провожу им по своей влажности, прежде чем ввести его в свою киску, постанывая, когда нежная плоть принимает твердый предмет в свои складки. Я двигаю костью туда-сюда, не обращая внимания на боль в теле, во имя чисто первобытной потребности. Под влиянием дамианы все становится намного лучше. Мои бедра уже дрожат, а я только начала.
Я случайно бросаю взгляд в сторону Пожирателя Снов и замечаю, что он наблюдает за мной. Его внушительный член выступает вперед, извергая темную сперму, которая капает на пол. Моя голова откидывается назад, когда оргазм достигает пика, вырывая крик из моих легких, крик благодарности за наслаждение, пронзающее меня насквозь. Освобождение, все, что я могу чувствовать, — это освобождение и звездная пыль, когда искрящаяся дымка проникает в самое мое существо.
— Ты играешь в опасную игру, Темная.
Моя голова наклоняется вперед, когда я поднимаю глаза на голос. Теперь он возвышается надо мной, его бесшумное приближение застает меня врасплох. Я пытаюсь сесть.
— Не надо. Двигайся. — Его тон заставляет меня замереть. Он опускается на колени, просовывает руку мне между бедер и вырывает ребро из моей хватки. Он глубоко вводит его в меня, вызывая сдавленный крик удовольствия и удивления. Затем он вынимает его, приподнимая над головой. Длинный, похожий на змею язык скользит по ребру и облизывает их дочиста. — Мм-м. На вкус ты как сладкая вишня и море, — от этого непристойного действия я снова издаю стон. — Каким голодным ты заставляешь меня чувствовать себя... — он хватает меня за лодыжку, тянет вперед, сдирая кожу с позвоночника, прежде чем перевернуть на живот. — Я не детей хочу съесть, — он рывком ставит меня на четвереньки, не утруждая себя нежностью.
— Торстен, — выдыхаю я. На этот раз Пожиратель Снов усмехается в ответ.
— Ты зовешь мужчину, но все, что ты получишь, — это чудовище. — Я чувствую, как он двигается у меня между колен. Мурашки предвкушения пробегают по моей коже. — А теперь используй свои прелестные маленькие легкие, чтобы позвать меня, Темная, пока я поглощаю последние крупицы твоей невинности. — У меня перехватывает дыхание, когда он раздвигает мои бедра шире. — И знай, что, когда я закончу с тобой, ты забудешь об этом мужчине. Потому что я не остановлюсь, пока ты не погрузишься во тьму, и это будет монстр, которого ты жаждешь больше всего на свете... — его язык хлещет меня по заднице, как хлыст.
— Торстен! — вскрикиваю я.
— Я же говорил тебе. Теперь я демон. — Его язык снова хлещет меня. Острый укол заставляет меня поежиться. Его руки обхватывают мои бедра, разводя меня так далеко, как я только могу. — И это делает тебя моей хорошенькой, маленькой, темной шлюшкой.
Его язык проникает в меня так неожиданно грубо и глубоко, что я пытаюсь отползти вперед, повинуясь какому-то непонятному инстинкту самосохранения. Руки, обхватывающие мои бедра, сжимают меня так сильно, что остаются синяки. Он отстраняется от меня и цокает языком.
— Тебе не сбежать от меня, Темная. Ты получишь каждый дюйм... — что-то гладкое скользит по моему возбуждению, и я узнаю твердую форму ребер, — ...всего..., — он засовывает сочащуюся кость мне в задницу, заставляя меня ахнуть. — ...везде, где я хочу это дать.
Его язык снова входит в меня, в тот же момент, когда он проталкивает реберную кость глубже, и я практически кончаю на месте. Сочетание теплого и влажного, холодного и твердого, скользкого и цельного, погружение в оба отверстия — это уже слишком. Я задыхаюсь, пыхчу, мяукаю и практически пускаю слюни на пол пещеры, когда он доводит меня до быстрого, взрывного оргазма, от которого я кричу так громко, что, уверена, сам дьявол слышит это из глубин ада.
  
Язык Пожирателя Снов скользит по моему клитору, продолжая ласкать его в безжалостном ритме, и я почти нечеловечески вою, когда кончаю снова. Если раньше и были какие-то попытки отрицать мою тягу к разврату, то они быстро угасли от осознания того, как сильно мне нравилось, когда его кости, язык и член проникали в меня и наполняли.