Демоны и дамиана (ЛП)

— Ты человек.
Она улыбается, и слезы текут по ее лицу. Я не теряю ни секунды, хватаю Прю и притягиваю к себе. Мои губы впиваются в ее губы с необузданной страстью, словно мы не целовались сто лет. Ее губы мягкие и податливые, когда они соприкасаются с моими. Я высовываю язык, и он оказывается на удивление средней длины. Прю стонет мне в горло, когда наши языки переплетаются. Я насытился ею, глубоко вдыхая в течение долгих мгновений, прежде чем отстраниться.
  
Мой разум работает над тем, чтобы сложить все кусочки мозаики воедино.
— Что случилось?
Улыбка Прю сияет.
— Думаю, ты разрушил проклятие.
 Глава 7 
  
  
 Прю 
Ужас, охвативший меня, когда Пожиратель Снов вспыхнул пламенем, испарился, оставив меня с чувством болезненного удивления и отчетливым ощущением, что мои глаза играют со мной злую шутку. Мужчина из плоти и крови смотрит на меня в ответ.
 Торстен. 
Я никогда не видела никого красивее. Он по-прежнему массивен, всего на несколько дюймов меньше, чем Пожиратель Снов. Но вместо рогов у него волосы цвета солнечного света. Они заплетены в косу и спускаются по шее. Обе стороны его головы выбриты, открывая взгляду темную россыпь жестоких нордических татуировок. Мой взгляд останавливается на двух глазах, которые мерцают, как драгоценные озера в лунном свете, — такой контраст с темными провалами, которые были раньше. Они сияют ярким нефритово-зеленым цветом с вкраплениями насыщенного янтаря и смотрят на меня в ответ, до краев наполненные неподдельными эмоциями. Острый нос переходит в волевой подбородок, покрытый волосами цвета меда. На солнце они кажутся скорее рыжими, чем светлыми. Жесткая борода заплетена в косички и украшена металлическими кольцами. Его тело больше не состоит из серой плоти и костей, вместо этого это искусно вылепленная фигура с загорелой кожей и толстыми, плотными мышцами. Он похож на бога викингов, что-то из той самой книги про Асгард.
Его полные губы приоткрываются в шоке.
— Ты спасла меня.
— Я? — не могу скрыть удивления в своем голосе. — Я ничего не сделала. Я даже не смогла потушить огонь, который поглотил тебя целиком. — Я опускаю глаза в пол.
— Разве ты не видишь? — он придвигается ближе и берет мои руки в свои. — Из-за тебя я не смог похитить ребенка. Ты удерживаешь меня здесь, разрушая ментальную блокаду, которая заставляла меня красть детей в первую очередь.
— Я не понимаю. — Мои пальцы переплетаются с его.
— Я был вынужден ослушаться, и привязка порвалась. — Его глаза сияют.
— То есть, по сути, ты нарушил сделку с дьяволом?
Он медленно кивает.
— И в лучах рассвета я возродился.
На моих щеках появляется улыбка.
— Тебе больше не придется похищать других детей.
На его лбу что-то темнеет.
— Я уверен, что это мало утешит родителей тех, у кого на протяжении стольких лет похищали детей.
Боль пронзает мое сердце.
— Это была не твоя вина. Все, что ты можешь сейчас сделать, это быть благодарным за новую жизнь, которую тебе подарили.
Он оглядывает груды упавших костей. В его новых глазах отражается множество эмоций, когда он поднимает однорогий череп. Его пальцы скользят по удлиненной морде.
— Нет. Я могу сделать больше, чем это. Я клянусь старыми богами, что буду защищать жителей этой деревни, насколько смогу. Я сделаю все возможное, чтобы они были в безопасности. Я буду сражаться с демонами насмерть, если такова воля богов.
Голоса вокруг нас начинают звучать громче, их неразборчивый шепот становится громче с каждой секундой.
— Торстен... — я прикрываю глаза рукой, когда пещеру заливает ослепительный белый свет. Он кружится вокруг, становясь все ярче по мере того, как голоса становятся громче. А затем все исчезает. Я смотрю на Торстена и замечаю, что последние отблески света медленно гаснут, пока не остается только мягкое свечение, исходящее от черепа. — Что это было?
— Знак богов, — бормочет Торстен. — Интересно... — он поднимает череп и осторожно прикладывает его к лицу. Кости сгибаются и хрустят, и через несколько секунд его тело превращается в тело Пожирателя Сов.
Вокруг нас раздается оглушительный рев, и меня охватывает паника. Значит ли это, что действие проклятия не закончилось? Я потерпела неудачу? Прежде чем мой разум успевает завертеться дальше, две огромные когтистые руки отрывают череп от его чудовищной головы, и через мгновение это снова Торстен, совершенно человеческий, держащий маску в своих руках.
— Они наделили тебя способностью превращаться в Пожирателя Снов по желанию? — у меня отвисает челюсть.
— Но почему? — Торстен качает головой.
Внезапно все становится до боли ясным.
— Исполнить свою клятву, присматривать за этой деревней. — В этом есть смысл. — Быть Великим Защитником.
Его глаза сияют, когда он крепче сжимает череп.
— Если такова воля богов, то так и будет.
 Глава 8 
  
  
 Прю 
— Поппи, если ты съешь еще немного медовых пирожных, пчелы начнут думать, что ты — еда, — предостерегаю я, наблюдая, как моя шестилетняя сестра рассовывает сладости по карманам своей юбки.
— Но мы получаем их только раз в год! — хнычет она.
— Да, — добавляет Томас, набивая рот жареным мясом с травами. — Почему мы не можем есть это блюдо круглый год?
Я вздыхаю. Каждый год у нас возникает один и тот же спор.
— Ты не хуже меня знаешь, что это праздник в честь Великого Защитника.
— Расскажи нам эту историю еще раз, — вмешивается брат-близнец Томаса, Пип, с глазами, полными возбуждения.
Я слегка смеюсь.
— Ты уже много раз слышал эту историю.
— Но для Торы это будет первый раз, — добавляет Поппи, улыбаясь малышке, ерзающей у меня на руках.
— Думаю, ты права, — я опускаюсь на скамейку. — Давным-давно наша деревня была наводнена демонами и всевозможными злобными существами. Они крали наших детей и вырывали взрослых из постелей. Люди жили в страхе, никогда не зная, когда может настать их час быть съеденными. Пока однажды боги не послали им героя, не совсем человека, не совсем монстра...
— Великого Защитника! — восторженно восклицает Поппи.
— Да. Он убил Пожирателя Снов и поднял оружие против демонов и темных сил, и с того дня...
— Мы все живем в мире! Да здравствует Великий Защитник! — Поппи мечтательно улыбается.
— Ты такая романтичная, Поппи. — Аста закатывает глаза.
— Но она не ошибается, — мягко напоминаю я им. — Прошло два года. Великий Защитник изменил нашу жизнь к лучшему. Мы многим обязаны ему.
— И как ты собираешься выразить свою благодарность тому, кто оберегает тебя, моя Темная? — тихий голос шепчет мне на ухо.
— Торстен! — Поппи подбегает к нему, и на сердце у меня становится теплее. Она дико хихикает, когда он поднимает ее высоко в воздух, прежде чем опустить обратно. Я смотрю на своего викинга, и глубокая любовь струится по моим венам.
— Мы рассказали Торе историю о Великом Защитнике. Ты пропустил это! — Поппи надувает губки, играя с крошечной ручкой Торы.
— Ой? И что она думает о Великом Защитнике? — он забирает улыбающуюся малышку у меня из рук, и она бормочет что-то неразборчивое, прежде чем зевнуть. —Кажется, на нее это не произвело впечатления. — Торстен хмурится, а я не могу сдержать смешок, который вырывается из меня.
  
— Со временем она научится. Но теперь пора ложиться вам в постель. — Меня встречает хор недовольных братьев и сестер.
Я замечаю Реми, которая уже идет забрать Тору. Она улыбается, когда Торстен передает ей Тору.