Последний Паладин. Том 16 (СИ)

Испуганные лица членов Совета. Напряженные взгляды представителей канцелярии. Счастливые и воодушевленные лица горожан. Любопытные и возбужденные выражения лиц репортеров.
Расслабленное лицо Рихтера.
При этом мой оппонент был внутренне спокоен, сосредоточен и уверен в себе. К этому моменту он готовился всю свою жизнь.
Что ж, не будем заставлять его ждать еще дольше.
— Доброго утра, дамы и господа, — приветливо произнес я под вспышки сотен фотокамер и сделал шаг вперед, — как и сказал мой коллега, мы собрались сегодня здесь, чтобы засвидетельствовать поворотный момент в нашей истории. Знаю, некоторые из вас не верят, что это произойдет. Сомневаются, ищут подвоха, строят теории заговора. Знаю, многие из вас не пришли сюда из-за страха, но напрасно. Вам ничего не угрожает. Оглядитесь. Вы не встретите здесь ни одного бойца Клана Теней. Ни одного Ратника. Ни одного действующего Стража. Потому что они заняты тем, что делали всегда. Сражаются с тварями. Обеспечивают реальную безопасность, а не играют роль. Однако, вместе с тем, я признаю. Совет допустил много ошибок. Мы принимаем это, и именно поэтому, Князьями было принято единогласное решение Совет распустить. Уничтожить этот пережиток прошлого, чтобы дать место чему-то новому! Символично, что за вашими спинами произошло ровно тоже самое, — кивнул я на находящийся через улицу огромный тент, — не так давно там находился Театр. Место, где жертвами маньяка из Клана Света стали множество ни в чем не повинных людей… — говоря это, я заметил, как Рихтер напрягся, но совершенно зря, я и не собирался развивать эту тему, ведь и так затянул уже чуток с речью, поэтому тактично кашлянул, и перешел к сути, — без лишних слов, дамы и господа, я как Князь Теней и действующий председатель, официально объявляю, что «Совет Десяти» распущен!
  
Вся улица взорвалась аплодисментами. И под свист, крики и радостные крики на сцену вернулся наш ведущий, и торжественно поместил на постамент открытый документ.
С проставленными печатями и подписями.
Не хватало лишь двух.
Увидев, что моя речь закончилась, и там не прозвучало ничего для него страшного, Рихтер облегченно выдохнул и подошел к документу первым. Взял у ведущего золотую ручку, и не забыв попозировать для камер, оставил свою подпись.
Новая порция оваций и криков накрыла улицу с головой, а когда стихла, в мою сторону повернулся Рихтер и приглашающе повел рукой:
— Теперь вы, председатель. Будьте так любезны, — сказал он.
— Конечно, — кивнул я и, минуя трибуну, подошел к постаменту с документом и оставил свою подпись.
Без колебаний. Без задержек. Без фокусов.
Рихтер наблюдал за мной максимально внимательно, а когда я захлопнул подписанный документ, тот распрямился, и под очередную порцию оглушительных оваций, спешно развернулся к выходу со сцены.
Но еще до того, как он успел сделать шаг, я произнес в микрофон:
— Договор подписан, осталась лишь одна формальность.
Сказал я это глядя прямо на Рихтера, а вместе со мной на него переключили взгляд все присутствующие. И на голографическом экране он теперь тоже транслировался крупным планом.
Очень неохотно, но Рихтер обернулся.
Его взгляд выглядел максимально располагающим и беззаботным, но истинным зрением я видел, как резко возросло его напряжение. Отменное чутье на опасность.
Но уйти он не мог, как бы ему ни хотелось.
И потратив секунду на попытку найти причину для ухода, Рихтер не смог этого сделать и вернулся назад.
— О какой формальности речь, Князь? — с напускным спокойствием спросил Рихтер.
— В честь заключения мира и перехода Империи к светлому будущему, я бы хотел передать вам лично, и Дворцу, в частности, кое-что как жест доброй воли. Позволите?
— Конечно, — сохранил лицо Рихтер и повернул взгляд в сторону тента, — я полагаю то, что вы хотите передать, находится там?
— Вы очень сообразительны, — похвалил я, — не зря вас называют главным кандидатом на победу в грядущих выборах.
После чего дождался, пока камеры захватят в объективах тент, и на голографическом экране появится нужный ракурс. Потом с помощью Лексы мы добавили еще несколько заранее заготовленных ракурсов, и по моему щелчку, тент с высокой постройки слетел.
И там оказалось…
— Дерево? — синхронно удивились многотысячные зрители финальной части нашего представления.
И только Рихтер заметил тень.
Огромную, неестественную тень, которая лежала ровно в границах всей обширной территории земли бывшего Театра. Словно нарисованная, она доходила аккурат до строительных заборов, которые медленно начали уходить под землю.
Эту странность уже заметили все. А еще они заметили начавшуюся дрожь земли. Однако никакой паники не случилось. Потому что земля дрожала локально, только внутри четко огороженной территории, как дрожащая картинка, на которую завороженно смотрели тысячи лиц и один Рихтер.
Оцепление быстро выбежало и огородило зевак от странной «опасности», но люди продолжали наблюдать через их спины и экраны.
Дерево пульсировало, начало извиваться и распадаться на огромные черные корни, которые разрывали землю и создавали трещины. Из этих трещин вскоре наверх вылез сначала шпиль цилиндрического здания, а следом за ним, сквозь корни с хрустом пробились две сторожевые башни, показался белый камень и сотканное из него кольцо невысоких стен, а следом и все остальные части компактной сети построек.
За считанные секунды, под треск корней и хруст каменистой почвы, на месте бывшего театра, аккурат в границах огороженной для стройки земли, появился оплетенный корнями четырехэтажный компактный замок из белого камня.
И как только земля «выплюнула» из себя эту монументальную постройку, как расположенный вертикально между двумя башнями навесной мост со скрипом и звоном цепей начал медленно опускаться.
Оцепление пришло в движение, толпа людей сразу же расступилась, и на месте, где они только что стояли, расположился длинный деревянный мост, приглашающе опустившись краями на нашу сцену.
Сцену пошатнуло от веса моста, но она устояла, и на дальнем от нас конце моста, между башнями и аккурат на границе входа во внутренний двор замка появилась крупная фигура.
Сотканная из чистой стихийной энергии огненно-красная львица величественно ступила двумя покрытыми магмой лапами на мост и, широко расправив гигантские крылья, издала оглушительный утробный рык.
— «Миротворец» подан, господин Рихтер, — заполнил я возникшую тишину, — ступайте и забирайте. Он ведь ваш, не так ли?
≡=
Конец шестнадцатого тома.
Семнадцатый том уже тут:  https://author.today/work/579826
Друзья, не забываем поставить