Братья и сестры в Реестре (СИ)

Тётю Мотю вели уже оправившиеся от страха Биба и Боба. Первый отыскался под стойкой импровизированного бара, второй, как и предполагал Дэн, пережидал погоню в сортире.
Побитая в бою тётя Мотя, отрыгивая дизельные клубы, взяла курс на атомную станцию заказчика.
Хосе Игнасио Мурьеты.
 Но мы вам пели. 
 Расстрельная команда менестрелей. 
***
Глава 10. Два гипа и два уха
Тайная жизнь Ежилеца
 Воронежполис-2049, 8 сентября 
Утром того дня никто не мог даже представить себе, что вечером город взорвётся шквалом событий. Начиная с энергичного концерта «Квартета Ё» и заканчивая настоящей уличной войной. Так получилось, что на повторную инсталляцию Элисы во враждебном сорок девятом Олег Каспер отправился именно в этот день.
Он уже настолько освоился в две тысячи сорок девятом, что предпринять повторное путешествие решил на велосипеде, который наконец-то забрал из ремонта.
Вид железный конь имел футуристический и породистый — на его приобретение Олег спустил большую часть прибытка от продажи ипотечной квартиры. Чёрно-жёлтая V-образная углепластиковая рама, руль, похожий на козьи рога, наконец, колёса — четырехспицевое переднее и целиком закрытое заднее. За острым седлом в надежных гнёздах — мощные аккумуляторы. Да, электрифицированный «Росинант», именно так называл своего боевого коня Олег, притягивал взгляды и рождал завистливые вздохи.
Возможно, у некоторых даже появлялось желание отжать велосипед. Но Олег, особенно нынешний, всем своим видом не рекомендовал бы даже пытаться. Кстати, электроприводом спортивный Каспер не пользовался.
Кивнув портрету сестры в коридоре, он надел шлем и облегающий велокостюм. С байком в объятиях Олег улёгся прямо в прихожей и попытался заснуть, настроившись на нужное время и дату.
На погружение в сон ушло минут пятнадцать, которые Олег потратил на размышления, как изменили его жизнь пропажа сестры и появление Элисы — кем бы она ни была.
И толком не смог ответить на поставленный самому себе вопрос: к благу всё это или ко злу.
Олег Каспер катил по утренним улицам Воронежполиса-2049 и несмотря на никуда не девшуюся задумчивость подмечал странности и неправильности. Конечно, в прошлый раз он осознался здесь глубокой ночью и по сути ничего не видел, но всё равно — была в россыпи деталей и ситуаций, которые он наблюдал вокруг, какая-то неправильность.
Вот четверо мужиков в комбезах откачивают в оранжевую цистерну слизистую и очень вонючую канализационную жижу. Ну, прорыв, всякое бывает… Но — на центральной улице? Средь бела дня? В пяти разных местах? Непорядок.
Вот стайка горожан на остановке в ожидании припозднившегося электробуса смотрит на голотабличку с расписанием, и она чересчур оптимистична, эта табличка, она попросту врёт (кстати, а почему автобус припозднился-то? Улица, вспомним, центральная!)
Горожане раздражены и гомонят, что-де плохая у нас власть, порочная, и хорошо бы эту самую власть… Завершения фразы Олег не слышит, потому что уже отъехал на приличное расстояние.
Или вот — рамка рекламного голощита на постаменте. И что в ней видит Олег? Безобразную, в помехах, будто кто-то не очень умело взломал сеть, но читаемую надпись: «Остановим Семиглавщину! Долой плутократов и импотентов во власти! Да здравствует всенародно избранный диктатор!»
Помилуйте, это ж и вовсе ни в какие ворота не лезет! Прямой призыв к свержению конституционного строя!
Олег удивлён. Он не знает, как воспринимать тревожные знаки, и, как Скарлетт`О`Хара (запрещенная, кстати, в США, потому как расистка и белая сволочь), обещает подумать об этом завтра.
Он крутит педали дальше, пока не замечает огромный голоплакат, сообщающий, что только сегодня, в восемнадцать ноль-ноль, и только раз выступает прославленная группа «Квартет Ё». Музыканты все как один в разноцветной коже, размалёванные, словно за грим группы Kiss отвечал ребёнок с богатой фантазией.
Сегодня? Интересно…
У знакомого мусорного контейнера Ежилеца не оказалось.
 
Олег привязал красавца «Росинанта» к дереву рядом со знакомым люком и, вздохнув, спустился в преисподнюю Нижнефекальска.
В насосном зале, превращенном вольным людом в этакий городок из Дикого Запада, Ежилец не отыскался.
Самое странное, что местный народец решительно отказался идти на контакт, отвечая на прямые вопросы ни-бе-ни-ме-ни-кукареками. А местный Табаков-Гарри51 согласился, что Ежилеца здесь нету, а потом загадочно уставил палец в потолок и молвил: «Как-то так! Идриття».
В общем, плюнув на неуловимого говночиста, Олег верхом на «Росинанте» отправился к блатхате, слабо надеясь на собственные силы в компьютерных вопросах, но не видя разумных альтернатив.
В блатхату загадочный Папаня почему-то пустил Олега без всяких вопросов (наверное, пока что Лец стучал меру, и менты не зачастили в притон. А может, денег у Папани еще не занял).
В комнатах было и чище, и безлюднее, словно Папаня пока не поставил притонные будни на поток. А вот компьютер в прежней комнатёнке обнаружился — вместе с попахивающим Ежилецем, который дробно вбивал в систему какой-то программный код. Олег со спины всмотрелся в экран, пока что не замеченный программистом-говночистом, который был увлечён работой. Лицо его при этом было по-детски счастливое.
 «Private void InitializeMyControl() { 
 TextBox. Text = «Остановим Семиглавщину! Долой плутократов и импотентов во власти! Да здравствует всенародно выбранный диктатор!» 
 } 
Ах ты ж мудило многостаночное, подумал Олег. Он, естественно, был полный ноль не то, что в программировании, но и в алгоритмистике52 в целом, считая её дурацкой рифмой к мистике. Но короткий участок кода Ежилеца, а точнее, цитату, забранную в кавычки и стопроцентно совпадающую с лозунгом на голостенде, он прекрасно понял — вот, кто смущает люд, вот, кто наймит революционного заказчика!
Поэтому захват за шею Олег провел довольно жёсткий — Ежилец аж захрипел и выпучил глаза.
— Слышь, дерьмодемон! — явил свой лик Олег, перегнувшись через плечо Ежилеца, — Ты нахера меня особистам сдал?
Ежилец проявил полное непонимание, граничащее с паникой, и Олег осознал, что тем неприятным событиям только предстоит произойти — через месяц. Паскудный доносчик с ним просто ещё не знаком.
Поэтому Олег проявил гибкость ума и поинтересовался у многостаночника, зачем ты, падла вонючая, помогаешь организаторам революции в родном полисе, и, скажи, родной, будут ли тебе рады особисты?
Ежилец изобразил на лице понимание ситуации и последующую просьбу принял за указание к действию, хотя наверняка внутренне удивился странному желанию загадочного агрессора.
Олег ещё добавил: во время сеанса никаких попыток отбежать — позвонить там или в туалет. Приспичит — терпи.
Все повторилось, как в прошлый раз, но на сей раз удачно. После компиляции кода Ежилец запустил программу, и инсталлятор улетел в местный интернет строить себя по кусочку.
Олег с подозрением посмотрел на слегка вспотевшего футуросантехника, еще раз предупредил, что кара за донос будет жестокой и вернулся к Росинанту, скучавшему у подъезда.
Ежилец метнулся к окну и удостоверился, что незваный гип сворачивает за угол на своем странном велосипеде.
— Чтоб ты сдох, ублюдок! Ты и твоя рыжая шлюха-садистка.
Плюнул длинной злой параболой на улицу, он вернулся в комнату. После этого Виктор извлёк из шкафа свой парадный комбинезон. Он сегодня непременно понадобится. И мечта вытащить семью в Верхний город ещё немного приблизится к осуществлению.
 
А ведь Виктор Ежилец попал в нынешнюю ситуацию по собственному неутомимому любопытству, которое мучило его с детства. Именно привычка совать нос куда не следует и обратила на него внимание особистов. Тех самых, из управления Покрова тайны.