Отставникъ (СИ)

— Михаил, это не совсем прилично, — раздался чуть смущенный, надо же, голос девушки.
— Вера, прости, давно не видел тебя, вот и обрадовался возможности прикоснуться, — перейдя на ты, ответил ей и оторвал губы от ее руки.
— Поручик, а разве мы настолько близки, чтобы так общаться? — с каким-то сожалением, проговорила та.
— Что-то не так? — приблизился к ней и заглянул ей в глаза.
  
Чуть не пожалел о своем поступке, так как мог утонуть в ее омутах, которые оказались притягательными и бездонными. Но, я-то устоял, а вот Вера поплыла, схватила меня за локоть и прошептала:
— Что же ты со мной делаешь? Колени задрожали, давно такого не испытывала.
— Не желаешь прокатиться? — кивнул на автомобиль.
— Давай, отвези куда-нибудь, где нет любопытных, — попросила та.
Руссо-Балт уверенно держит дорогу, но с места разгоняется неохотно, тормоза вялые, но для машины этого времени очень даже неплохо. Честно говоря, думал будет хуже. Мы выехали из Москвы, свернули с основной дороги, миновали какую-то деревню, проехали скошенное поле и вскоре остановились у небольшой речушки. Дорога заняла от силы минут тридцать, при этом мы отправились практически от центра Москвы и уже за границами города! Километров пятнадцать проехали, не больше.
— Прогуляемся? — предложил Вере.
— Только недолго, у меня вечером спектакль, — ответила та.
Обошел машину, открыл пассажирскую дверь и помог девушке выбраться. При этом не пытаюсь ту ни обнять, ни поцеловать. Мне с ней приятно общаться, а если и случится что-то большее, то точно не сейчас.
— Эх, искупаться бы, — вздохнула моя спутница, а потом попросила: — Михаил, расскажи, как орден заслужил.
— Случайно, — пожал плечами и пояснил: — Натолкнулись на немецкий отряд, имелось два варианта, бежать либо атаковать. Выбрал второй, а там уже все закрутилось и случился бой. Еще и под обстрел угодили, получил ранения, но, как видишь, остался жив и оказалось, что сорвали врагу какой-то коварный замысел.
— А еще противостояли вам одаренные, — добавила Вера. — Мне многое известно, успела справки навести и, кстати, меня о тебе расспрашивали.
— Кто и почему? — насторожился я.
— Вроде бы сама обмолвилась, что путешествовала с героем-поручиком. Даже пыталась вспомнить, как разговор состоялся. Так вот, в той компании несколько дам активно вопросы задавали. Одна из них любовница помощника английского посла, а вторая близка с одним немецким промышленником, оставшимся работать в России.
— И что же любовница посла делает в Москве? Посольство-то в Петрограде, — удивился я.
— Она приехала к родне и развлечься, ее привез Джек Вилсон, у которого какой-то интерес в Москве. Он обязательно будет на моем званом ужине. Будь осторожен, прошу тебя, — она с тревогой заглянула мне в глаза.
— А кто еще мной интересовался?
— Из жандармерии какой-то офицер. Госпожа Зуева, жена промышленника, занимающегося чугуном. Граф Гордеев, но тот проявлял ревность, на что не имел никаких оснований, — прикрыла глаза Вера, явно вспоминая тех, кто ей насчет меня вопросы задавал. — Поздравляю, ты пользуешься популярностью.
— Которая мне даром не нужна, — усмехнулся я. — Так что там насчет ревности? Мне точно не стоит волноваться?
— Господин Голицын, а вы не забыли, что я замужняя дама?
— Так вы меня оттолкнете? — спросил ее и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Даже если и так, то хотел бы с вами дружить.
— Насколько близко? — искоса посмотрела на меня Вера, делая вид, что ее заинтересовала бабочка, сидящая на ромашке.
— Зависит от тебя, — вновь перешел на ты и чуть понизил голос, добавив в него хрипоты.
— Ой, Михаил Юрьевич, смотри какая гусеница! — выставила пальчик в сторону моя собеседница.
Она специально перевела тему и не захотела продолжать этот разговор. Ну, ее сомнения и метания понятны, сложно переступить некую черту и порвать с супругом, особенно, когда тот воюет. Но ведь подпоручик сам ее от себя оттолкнул. Специально ли он это сделал, боясь, что Вера не переживет, если с ним что-то случится? Как вариант, но более вероятно то, что фронт изменил его сознание и взгляды. Супруга ему оказалась не нужна и то, что он когда-то принимал за любовь оказалось страстью. А вообще, гадать занятие неблагодарное, но и у меня нет по отношению к подпоручику моральных ограничений, если тот рогами обзаведется. Даже если потребует сатисфакции, когда вернется, то я и тогда не буду вверх стрелять или дерясь на саблях себя сдерживать.
— Вера, думаю, нам пора возвращаться, — сказал девушке, которая присела и стала рассматривать зеленое насекомое. — Пока еще есть время, а вы, как сказал Иван Сергеевич, хотели научиться управлять автомобилем. Тут идеальное место, поле ровное, нет ям, дорога не очень широкая, но аварию не устроить.
— Михаил, ты предлагаешь мне сесть за руль? — подняла на меня взгляд девушка.
— Да, думаю, сотню-другую метров вполне проедешь, почувствуешь, каково это за рулем.
— Отлично! Пойдем, покажешь, что нужно делать и куда жать! — воскликнула та и быстрым шагом направилась к машине.
Про бабочку и гусеницу она мгновенно забыла. Однако, я сорвал пяток ромашек и только тогда направился следом. Вера уже сидела за рулем и хмурилась, пытаясь тот поворачивать.
— Когда машина без движения, то повернуть колеса, стоящие на земле не так-то просто, нужно приложить много усилий. А вот если авто медленно катится, то это сделать намного легче, — объяснил ей и протянул скромный полевой букет: — Это тебе.
— Спасибо, мне приятно, —девушка взяла ромашки и улыбнулась.
— Подвинься на пассажирское место, — попросил я. — Покажу как управлять и доеду до безопасного места, а потом сама попробуешь.
Я перевел рычаг магнето на рулевой колонке, взял так называемый «кривой стартер» или пусковую рукоятку. С усилием провернул коленвал и двигатель завелся. Вера внимательно наблюдала за мной и уточнила:
— А я смогу машину завести, если потребуется?
— Не уверен, приходиться прикладывать силу, — честно ответил, а потом стал объяснять азы управления.
Удивительно, но она запомнила все с первого раза. Где газ, тормоз, как переключить передачи, включить фары и нажать на клаксон. Отъехав метров сто от недавней стоянки, я предложил девушке поменяться местами. Та без застенчивости сразу же ко мне на колени села, думая, что я сдвинусь.
— Поручик, что же ты медлишь? — спросила Вера.
— И как мне в этой ситуации поступить? — уточнил я. — Обнять тебя или приподнять и сместиться? Что ты желаешь?
— Михаил, ты обещал научить меня, — немного хрипло ответила та.
— Вопрос чему, очень многое умею, думаю, ты не разочаруешься, — прошептал ей на ушко, а потом обхватил тонкую талию, чуть с колен приподнял, пересел и как ни в чем ни бывало продолжил: — Шофер, будьте добры, сильно не гоните!
— Михаил, а ты не боишься, что тебе отомщу? — повернулась ко мне Вера.
— Мадам, не гневайтесь, искуплю и уже раскаиваюсь, но, вон за теми кустами за нами наблюдают деревенские мальчишки.
— Где? — закрутила головой девушка, а потом рассмеялась и легонько меня по плечу ударила. — Поручик, тут нигде нет кустов!
— Вот и я об этом, укрыться негде, а в поле мы на всеобщем обозрении.
— Зато тут есть стог сена, — кивнула она вбок, явно перенимая мою манеру разговора и не собираясь уступать в подначках.
— Очень свежее и пахучее, но я бы вам не рекомендовал в нем отдыхать. Оно колется и царапается, а из одежды и волос клочки сухой травы как ни пытайся, а все не вытащить. И вновь зададутся вопросом те, кто вас встретит, что же это за вид такой?
  
— Мне нажать на эту педаль, а потом медленно ее отпустить, предварительно переведя рукоятку в это положение? — поинтересовалась Вера, частично признавая поражение в предыдущей пикировке.
И ведь уже оба знаем, что такой флирт получит в ближайшее время продолжение. Нас действительно друг к другу тянет, тела реагируют, но при этом любви, вроде как, и нет. Или ошибаюсь? Гарантировать не стану, отношения способны пробудить чувства или их похоронить.