Детский остров. В куриной шкуре. Предсказатель прошлого. Последние драконы (сборник)

Она произнесла испуганным голосом:
— Господин комиссар… поглядите… под лодкой.
В ее голосе комиссар почувствовал тревогу.
Он наклонился ниже к прозрачной черной воде и увидел, что из-под притопленной лодки высовываются белые босые человеческие ноги…
Словно кто-то положил на неглубокое здесь дно раздетого человека, а потом придавил его затопленной голубой лодочкой, рассчитывая, что никто не сунется в такую глушь искать тело.
  
Ко стояла неподвижно. Ей было страшно убежать в темный лес, но и остаться — не менее страшно.
— Боишься, что пошлю тебя за помощью? — спросил Милодар, присаживаясь на корточки, чтобы лучше разглядеть тело.
Ко отрицательно покачала головой, но ничего не ответила. Голоса не было.
— Правильно, — сказал Милодар. — Сейчас тебя и танком не оттянешь.
— Вы… вы вызовите кого-то… у вас же связь, — произнесла наконец девушка.
— Хорошая мысль, — ответил Милодар и ничего не предпринял.
— А кто это? — спросила Ко, чтобы нарушить тишину.
— Скоро узнаем. Хотя я уже подозреваю. Ты тоже.
— Нет!
— Да.
Милодар опустился в воду — ухнул в нее по пояс, но вода не покачнулась, не разбежалась кругами — голограмма не разрушила ее спокойствия, и от этого Ко охватило состояние кошмара, нереальности.
— А теперь, — сказал Милодар, возможности голограммы которого были неоднозначны и не всегда одинаковы. Порой он мог взять в руки бокал или кинуть камень, а иногда терял способность управлять реальными предметами, — теперь возьми дрыну, которая валяется в трех шагах выше по тропинке. И возвращайся.
Ко покорно сделала три шага вверх по берегу, подняла с земли трехметровый прямой сук.
— Иди сюда, — велел Милодар.
Ко спустилась к воде.
— Теперь осторожно толкни лодку в корму. Только осторожно, поняла? Я думаю, что она не касается или почти не касается тела.
Ко подчинилась. Ей было страшно холодно.
С первой же попытки она уперлась концом палки в корму, но лодка не сразу сдвинулась с места — она оказалась тяжелее, чем рассчитывала Ко.
Ко нажала чуть сильнее — палка скользнула по корме и ушла в сторону. Ко с трудом удержала ее в руках и была вынуждена выпрямиться и вырвать конец палки из воды. Вода взбурлила, но лодка уже поплыла в сторону, притом поднимаясь к поверхности.
Труп, лежавший под лодкой, покачнулся и медленно поплыл к берегу — он двигался, пока не дотронулся до торчащего с берега корня расставленными пальцами руки.
Артем лежал близко от поверхности воды лицом вверх, и теперь, когда лодка ушла в сторону, медленно-медленно поднимался. Ко поняла: какое счастье, что рядом комиссар Милодар. Иначе бы она наверняка сошла с ума. Нельзя остаться нормальным человеком, если веселый юноша, в которого ты была немного влюблена, поднимается к тебе из прозрачной холодной воды, глядя в небо полузакрытыми мертвыми глазами и чуть шевеля разведенными в стороны руками и ногами — словно отдыхает на воде после долгого заплыва.
Ко ахнула и откинула в сторону палку.
Она попыталась отвернуться, закрыть глаза, но не могла.
— Терпи, — сказал Милодар. — Теперь уж никуда не деться. Придется тебе, девочка, терпеть.
— Он не мог утонуть, — прошептала Ко. — Он плавал как рыба…
— Не в этом дело, — отозвался Милодар.
— И он не здесь! — Ко обрадовалась, схватилась за ложь, как за тростинку. — Он же в поезде! Его же видели вместе с Вероникой!
— Вот это меня больше всего и смущает, — сказал комиссар.
Он включил свой браслет — загорелся зеленый огонек.
Ко не могла оторвать взгляда от лица Артема — совершенно спокойное и живое лицо, если не считать темного пятна на виске.
— Внимание, — сказал Милодар. — Сообщение чрезвычайной секретности и важности. Перехожу на шифр. Включить все микшеры звука в Солнечной системе, создать звуковые помехи на всех волнах вплоть до максимума килогерц.
Ко послышалось, как некто в браслете ахнул. Видно, приказание такого рода было настолько из ряда вон выходящим, что Земля на мгновение замерла на своей орбите.
Милодар же, выдержав короткую паузу, начал произносить бессмысленные сочетания цифр и присвистывать притом — звуки эти, как бы детская игра, разлетались со скоростью света по Земле, по Галактике, заставляя корабли изменить свой курс, караваны пропустить водопои, подземные боевые машины замереть в жерлах вулканов.
А Ко смотрела на спокойное лицо, до которого она еще сегодня утром так мечтала дотронуться губами и мучилась от ревности, понимая, что Артем стремится лишь к губам Вероники.
Где же сейчас Вероника? На каком полустанке? Кто ее видел, с кем? Это какая-то ужасная ошибка. Веронике грозит опасность!
— Веронике грозит опасность! — воскликнула Ко.
Милодар поморщился, потому что крик Ко сбил его с чечетки цифрового кода, который он выдавал подобно пулемету.
— Знаю, — откликнулся он.
Тем временем сверху, по незаметной среди деревьев тропинке, которой раньше пользовался только физкультурник, сбежали прачки — почти уволенные сотрудники ИнтерГпола. Они принесли с собой съемочную аппаратуру и, прежде чем вытащить Артема из воды, зафиксировали положение тела.
— Его не поздно оживить? — спросила Ко, когда Милодар отступил от берега, чтобы не мешать своим сотрудникам.
— Не говори глупостей, — ответил Милодар. — Ты же взрослая девочка. Ты отлично знаешь, что клетки мозга сохраняются лишь несколько минут. Потом наступают необратимые изменения. И если ты не успеешь пересадить мозг в другое тело или в морозильную камеру в течение шести минут, считай, что человек погиб.
— Но здесь такая холодная вода! — упрямо сказала Ко.
— Боюсь, что и это нам не поможет, — ответил Милодар. — Он лежит здесь давно, несколько часов!
— Откуда вы можете это знать!
— Послушай, девочка, — сказал комиссар. — Я знаю, что ты расстроена тем, что Артем погиб. Но поверь мне, я скорблю куда больше тебя, потому что мне нужно было его допросить, а теперь я этого не смогу сделать.
Ко удивленно посмотрела на Милодара. Он был совершенно серьезен. Тогда Ко еще мало знала комиссара и подумала, что он старается показать себя человеком долга. На самом же деле он ничего не показывал — для него важнее всего было дело. А сейчас этим делом оказалось задержание Вероники и того человека, который сопровождал ее и который, по версии Милодара, вместе с Вероникой убил физкультурника.
Зачем? Почему? — это будут вопросы завтрашнего дня. Сейчас же главной помехой в работе Милодара было то, что Артем умер и не мог ему помочь.
— Иди к себе в комнату, — сказал Милодар. — И отдыхай.
— Вы говорите серьезно? — озлилась Ко. — Вы хотите сказать, что в тот момент, когда убили моего друга, когда пропала моя подруга, я буду сидеть в спальне… может быть, посоветуете, что почитать?
— Я же не знаю, какие у вас книжки! — огрызнулся Милодар, который принял ее слова всерьез. — И вообще лучше посмотрите телевизор. Там сейчас какой-нибудь сериал показывают.
Прачки осторожно вытащили тело на берег. Сверху спустился приютский доктор, который без особой уверенности в себе приблизился к телу.
— Артем, Артемчик, — позвала мертвеца Ко.
— А ну, давай отсюда! — прикрикнул на нее Милодар.
Ко не обратила внимания на крик, она присела на корточки рядом с телом Артема и дотронулась пальцами до ледяного лба.
— Простите, — сказал доктор, спешивший заняться своим делом.
— Определите мне быстро время смерти и состояние мозга! — приказал Милодар.
— Но у меня с собой нет приборов.
— С приборами каждый сможет! — Милодар был в бешенстве. Он воспринимал случившееся как личное поражение и оскорбление. — Вы мне определите без приборов. Даже если он уже безнадежен, я должен его допросить. Понимаете?
  
— Нет, — признался доктор.
— Тогда, — Милодар постарался взять себя в руки, — определите причину смерти.
— Вот, — сказал доктор, — видите, на виске — следы удара колющим орудием.
— И все?