О бедном зельеваре замолвите слово (СИ)

— Даже если так, не расстроюсь. Он умеет прятаться и не попадаться. К сожалению.
Ох, и не простые все же у них отношения…
На кухне мне вновь стало неуютно: знахарка села за стол, допивать, видимо, чай. Я тоже присел — просить стоя у сидящей женщины неприлично.
— Клара, мне стыдно вновь такое говорить…
— Можешь взять все, что тебе нужно в шкафах. Разобьешь что — убью.
— Ага.
Что-то она на себя не похожа. Мало того, что отрешенная, еще и позволила рыться в ее закромах, что для многих свято. Поэтому, я как встал, так и сел, вытянув на столе руки.
— Что-то случилось? Или Кальфей что наговорил? Может я могу чем помочь?
В зеленых глазах ничего не отражалось. Она смотрела на меня, в то же время не видя меня.
— Клара… — мой голос надломился, когда я пытался дотянуться до ее руки, но она не дала к себе прикоснуться.
— Вик, пожалуйста, забери то, что тебе нужно, и уходи. И пусть сегодня Ульях побудет у тебя, хорошо?
— Хорошо, — мои пальцы сжались в кулак. Если это Кальфей, то я… А, собственно, что я? И почему я так завелся?
А потому, что сидящая перед мной женщина стала мне близким человеком, а я друзей в обиду не дам. Другое дело, когда они сами не хотят принять твою помощь, но я обязательно что-то придумаю и докопаюсь до правды.
Брать я ничего не стал, тихонько закрыл за собой дверь, наткнувшись на фамильяра. Тот был весь каким-то взъерошенным, нервно дергал хвостом и пристально смотрел на меня. Присел перед ним на корточки, глядя в желтые потусторонние глаза.
— Я знаю, что вы по умолчанию оберегаете своих хозяев, но от себя прошу приглядеть за ней. Еще лучше никуда ее не выпускай, и… подозрительных рыжих личностей не впускай, хорошо? Я тогда буду тебе должен.
Правда, что можно дать чужому фамильяру? Но кот, понимающий, о чем шла речь, наклонил голову, ткнув ее в мою коленку. Я улыбнулся, рискнув погладить того по голове. И ничего, руку мне не откусили, хоть мурлыкать тоже не стал.
— Спасибо.
Само собой про настоящее состояние Клары Ульяху не стал говорить, обойдясь простым недомоганием и фразой: «Зато, ты мне поможешь и с Монстриком поиграешь». Так что мальчишка был не против заночевать у меня. Мне же в начале было трудно вновь сосредоточиться на работе, и только благодаря шебуршанию своего помощника смог отвлечься. В результате, проработав весь день, к вечеру у нас было готово четыре заказа и десять флаконов на предполагаемую продажу — не выливать же на землю? К нам так же заходили — химера гостей чуяла заранее и пряталась под невидимостью. Кто проведать, кто высказать пожелания и уточнения по поводу своих просьб.
Отвечал, пояснял, краем глаза наблюдая за работой мальчишки. Могу сказать, что он делал неплохие успехи, запоминал и не возражал, а также не ленился и не отлынивал от работы, живо интересуясь всем, что попадало в поле зрения. А что, если хорошенько поднатаскать, из него вышел бы неплохой зельевар, для помощи в деревне самое то. И как прикрытие для его основного дара: что-то я тут застопорился, надо бы продолжить его обучение.
— Держи, — я протянул Ульяху два флакона, — Желтый — это Даниилу Вартовичу, прозрачное — бабушке Глаше. Не перепутай только. И смотри аккуратнее.
— Все доставлю в лучшем виде!
Я потрепал его по волосам: сам же взял заказ Маргариты и ее соседки. На этом мы и разошлись на разные улицы.
Приятный ветерок обдувал лицо после рабочего дня, тишину разбавляло жужжание и стрекотня насекомых. В домах горели огни, а дорога была пуста. Самое то. Спустя минут десять медленным шагом я добрался до места и постучал в калитку Маргариты, благо окно кухни выходило на улицу.
— Ой, господин зельевар, а я вас и не ждала сегодня. Секундочку!
Показавшись в окне, женщина поспешила встречать меня, и заместо нее в проеме встала мужская фигура мужа. Неплохой, в общем-то, человек, когда не пьет. Поприветствовав кивком головы, отошел в сторону, доставая из сумки блестяще-розовое зелье и пряча его за спиной от взора мужа. Некоторые моменты должны быть строго конфиденциальны.
 
— Здравствуйте, господин зельевар.
— Здравствуйте, Маргарита. Ваш заказ готов, — я передал флакон, который быстро исчез в кармане платья. Она загораживала меня своим телом, поэтому благоверный не мог увидеть момент передачи, — Принимать строго по пятнадцать капель, запивая водой за час... Ну, вы сами знаете до чего.
Немного смутился, но быстро взял себя в руки.
— Использовать можно в промежутках не меньше двух, а лучше и трех часов. Не перебарщивайте. Если попробует муж, то начнется у него обратный процесс, поэтому прячьте надежнее, но не возле печки. На этом все. Если понадобится еще, можете заходить, у меня осталось.
В одно быстрое движение я оказался заключен в объятья, а на моей щеке запечатлели смачный поцелуй. Очень надеюсь, что муж в этот момент не смотрел в нашу сторону! Только разборок с мужьями мне и не хватало.
— М-мадам, право слово, не прилично же… — меня отпустили, и я сделал шаг назад, приглаживая волосы и вытирая щеку — у женщины были накрашены губы. Хорошо, что на дворе уже поздно, и никто меня не заметит. Кроме соседки, чья голова торчала из-за забора. Ну все, здравствуйте слухи.
— Еще раз спасибо, господин зельевар. Не смею вас больше задерживать. И… Это за ваши труды, — в мою руку упали серебряные монеты. Всего три, но и это было весьма неожиданно. Маргарита, махнув рукой, поспешила довольная в дом. Мне бы тоже надо уходить отсюда.
— Господин зельевар, вы ко мне?
Вздохнул, развернувшись в сторону голоса. Последний заказ на сегодня.
— К вам, Агафья Петровна, к вам.
Улыбаясь и надеясь, что и здесь целовать меня не будут, встал возле калитки, из которой вышла молодящаяся женщина средних лет, а может и больше — под обилием макияжа трудно распознать истинный возраст. Единственное, что портило, по ее мнению, — поседевшие редкие волосы, которая женщина прятала под невзрачным париком черного цвета.
— Вы хорошо... Выглядите, — ярко-оранжевые тени как-то слишком выделялись на отбеленном лице. Серые глаза же, наоборот, терялись на таком фоне, не говоря уже про угольную обводку. Весьма обильную и жирную. Как и алая помада на сухих губах. Местная красавица, что вы хотите!
Она кокетливо взмахнула длинными синими ресницами, поманив меня пальцем, на котором переливался фиолетово-зеленый лак. Да, такое только в крупных городах достать можно, да в столице. Последний писк моды, как говорят. Как и белая кожа, тонкие черные брови, длинные ногти с ресницами... Мода — она безжалостна.
— Так что там мне принесли?..
— Прошу прощения. Вот, как вы и заказывали, зелье для роста волос, — не успел я достать флакон, как его вырвали из рук, прижав к груди.
— Моя прелесть!
Ну, у всех свои пристрастия.
— А сейчас вы должны выслушать инструкции и строго им следовать. Если не хотите облысеть, — последнее добавил для пущего эффекта, чтоб не использовала все сразу, — Зелье имеет густоватую консистенцию, распределить следует на три приема, не меньше и не больше. Не пробовать, хоть оно вкусно пахнет. Наносить на ночь, интенсивно втирая пять-семь минут, после чего завернуть волосы в полотенце и так оставить на ночь. Повторить процедуру через три дня. Опять же, не раньше и не позднее, с этим все строго должно быть. На другие участки тела не наносить. Все понятно?
— А оно точно сработает? — глаза полные надежды. С таким макияжем правда страшновато в них смотреть.
— Если будете следовать указанной инструкции, то да. Но результат проявит себя через десять дней. И, пожалуйста, ничего не делайте с волосами: не завивайтесь, не стригитесь, не красьте — что там еще женщины со своей шевелюрой делают? На этом все. Вы всегда можете прийти ко мне за советом или оставить новый заказ.
— Обязательно загляну. Но если результата не будет, то вам же будет хуже, — я приподнял брови. Ого! Да тут целая угроза! И сказано так, с кокетством и придыханием, — Держите. Если понравится, отблагодарю лучше.