Ведьма для генерала или невеста с характером (СИ)

Я отрицательно замотала головой, мол, не хочу. Стиснула зубы до скрипа, пытаясь бороться с насильственным вторжением в мой разум. С трудом, но пока держалась.
— Сделаешь то, что я попрошу, и мы покинем Хеленсбург, — Гордон склонил голову набок, прожигая меня бездонными глазами, в которых плескалась тьма.
— Думаете, я вам поверю? — кое-как усмехнулась и тут же застонала от резко нахлынувшей боли. Голова пульсировала с такой силой, что вот-вот могла взорваться!
— Я же сказал: молчи и кивай, когда спрашиваю, — снисходительно повторил колдун. Рука, сжимающая челюсть, скользнула вверх и огладила лоб, отчего боль моментально прекратилась. — Надеюсь, Ливианна, ты усвоила этот урок. И да, я слов на ветер не бросаю.
Перед глазами плясали красные и жёлтые вспышки, ослепляя и подавляя волю. Воздуха в лёгких стало катастрофически мало, и я жадно хватала его ртом, отчаянно пытаясь надышаться.
— Изначально я хотел подчинить Хеленсбург своему влиянию, включая соседние города. Но когда в ваш городишко прибыл не кто иной, как сам Эрдан Райвен, понял, что буду глупцом, если упущу возможность избавиться от нашего главного врага.
Гордон, наконец, выпустил меня и снова откинулся на спину старого кресла, глядя на меня как на букашку под подошвой его башмака. Одно движение, и моя жизнь либо оборвётся, либо будет спасена.
— Признаюсь, что тогда, что сейчас, ты занимаешь ключевое место в моей партии, Ливианна. Ты — единственная ведьма в этом городке, к тому же невероятно талантливая, — голос Шайха гипнотизировал и усыплял, выбивая из головы все посторонние мысли. — Первоначально я планировал сделать тебя своей игрушкой. Той самой пешкой, что обводит вокруг носа всех горожан, включая мэрию и стражу, и, неожиданно для всех становится дамкой. Твои зелья и моя магия. Мы могли бы править Хеленсбургом.
— Да никогда! — воскликнула, нарушив его приказ, и тут же сжалась в комочек, ожидая наказания за дерзость. Однако Гордон лишь запрокинул голову и беззвучно рассмеялся, вызвав у меня приступ тошноты.
Где же ты, Эрдан? Прошу, найти и спаси меня!
— Верно, Ливианна. Ты бы никогда на такое не пошла, — продолжил он отсмеявшись. — И как же мне повезло, когда к тебе проявил интерес генерал Райвен. Узнав от разведчиков о том, что любимчик короля и высокородный дракон ночует на крыше ведьмы, охраняя её от врага, я понял, вот мой шанс! Оставалось дело за малым. Мои люди заманили одного из солдат в ловушку, подчинив его разум. Он, конечно, боролся, но чем дольше сопротивлялся, тем сильнее тёмная магия проникала в его разум.
— Майер! — ахнула я, вспоминая странное поведение солдата. Попыталась сжать кулаки, но тело отказалось повиноваться. Ещё и колени затекли так, что каждая секунда на жёстком, холодном полу, причиняла тяжкие муки.
— Наверное, — развёл руками колдун. — Имён не спрашивал. Он провёл нас к одной из горожанок, что собиралась раздавать бесплатный лимонад, а дальше дело было за малым. Одурманенные женщины безропотно угостили желающих отравой. Один минус — горожане жадные, а напитка было мало. Но в следующий раз я это учту.
Под звук его голоса в голове из множества мельчайших частиц складывалась целостная картина. Понятно, почему Майер оказался дома у мамы Варюшки. Скорее всего, на тот момент женщина с дочкой уже были под ментальным воздействием. И теперь ясно поведение горожанок — охочие до бесплатного лимонада, они попали под влияние тёмных и во главе с Рихтером загнали меня в ловушку, убрав подальше от Райвена.
— Что вам от меня надо? — я даже не пыталась скрыть свой испуг.
Бесполезно.
Сейчас моя жизнь целиком зависит от настроения Гордона Шайха.
— Я хочу избавиться от генерала Эрдана Райвена, — без обиняков ответил колдун. — И ты мне в этом поможешь, Ливианна.
Я замотала головой так, что хрустнули шейные позвонки, и приложила все силы, чтобы вернуть контроль над телом, но было уже поздно.
Гордон Шайх подался ко мне и обхватил ладонями моё лицо. Тьма, сгустившаяся внутри колдуна, ринулась вперёд, а я не могла защититься! Спрятаться от неё!
  
Последним, что я услышала перед тем, как потерять сознание, было жестокое:
— Хорошая девочка, Ливианна. Слушай и запоминай.
  
Глава 13
 
— Ливи! Ливи-и-и! Ливиа-а-анна О-о-одли! Ну почему именно ты-ы-ы-ы!
Горестный вой на одной ноте растревожил спящее сознание и заставил приоткрыть глаза.
Я не ошиблась. Так причитать могла только одна особа — Силь.
— Ливи! — завопила она, увидев, как дёрнулись мои веки, и порывисто стиснула меня в удушающих объятиях. — Я думала, они догнали тебя!
— Кто? — я недоумённо захлопала глазами, пытаясь принять сидячее положение и осмотреться по сторонам.
Что произошло? Где я, и почему Сильвия меня оплакивала?
— Ну эти! Которые с утра осаждали твою лавку!
Подруга помогла мне приподняться и подоткнула подушку под спину. Растерянный взгляд охватил просторную комнату, выкрашенную в белый и пастельно-жёлтый тона, кокетливые занавески на окнах, подвязанные пышными бантами, и тонкую вуаль балдахина над кроватью.
Как я оказалась в спальне у Силь?
И почему голова раскалывается, будто её набили острыми гвоздями?
Вытянув дрожащую руку, я дотронулась до висков и поморщилась, на что тут же среагировала сирена-полукровка. Метнулась к изящному резному комоду, достала один из пузырьков и сунула мне в руки:
— На, выпей! Но только половину.
С подозрением оглядев знакомый пузырёк, я не без труда вынула пробку и понюхала содержимое. Пахнет лимонником, мятой и ещё чем-то свежим, бодрящим.
— Ливи, ты чего как неродная? — удивилась подруга, заметив, что я не тороплюсь пробовать неизвестное мне зелье.
— Что это? — в груди возникло странное ощущение неясной тревоги. Что-то внутри подсказывало мне, что брать непонятные вещи у посторонних опасно. Даже от той, кто называет себя моей подругой.
— Тебе память отшибло? — побледнела и без того светлокожая Силь, сжимая несчастный пузырёк с такой силой, что он едва не трещал. — Это же твоё фирменное бодрящее зелье! Сама его варила! Так, смотри на меня!
Я непонимающе уставилась на сирену-полукровку, гадая, чего она ко мне пристала. Где-то в районе сердца вспыхнуло что-то тёмное, чужеродное, но тут же пропало, оставив после себя едкий привкус раздражения.
— Ну? — буркнула я, глядя ей в глаза.
Хочется побыть одной, понять, что со мной случилось, и как я сюда попала. А она лезет ко мне с глупыми вопросами, нервирует и заставляет пить какую-то отраву.
— Как меня зовут? — пытливо спросила Силь, упрочняя зрительный контакт.
— Сильвия Клодэ, — смиренно ответила, в надежде, что назойливая подруга оставит меня в покое. И так голова болит, ещё эти расспросы.
Странно, я ведь ещё пару минут назад чувствовала лишь странную усталость, откуда взялась такая злость?
— А тебя как зовут? — она бесцеремонно вторглась в обрывки моих мыслей, не давая сосредоточиться на том, что происходит.
— Ливианна Одли! — будто со стороны услышала свой сердитый тон. — Заканчивай этот цирк, лучше скажи, что я делаю в твоей спальне?
— Цирк? — Силь обиженно шмыгнула носом и поджала губы. — Вот так, значит? Я тут мечусь в неведении, а ты…
— Перестань, — вздохнула я, не понимая, отчего вдруг сорвалась на лучшую подругу. Она же беспокоилась. И если я дам волю раздражению, скопившемуся внутри, будет некрасиво. — Что со мной произошло?
— А что ты помнишь? — ответила она вопросом на вопрос.
Ещё одна привычка, которая меня выводит из себя, несмотря на нашу давнюю дружбу. Всё, Ливи, не нервничай. Дыши ровно.
— Мы с тобой куда-то бежали, — я закатила глаза к потолку, вспоминая, что было с утра. — Потом, кажется, я споткнулась и упала. А сейчас я здесь. Голова ещё болит, наверное, приложилась о брусчатку.
— Плохи дела, подруга, — Сильвия села рядом на краешек постели и заключила меня в сестринские объятия. В один момент стало тесно и неудобно, да ещё и руки подруги казались холодными и липкими. Неприятно.