Ведьма для генерала или невеста с характером (СИ)

— Пробная партия? — задумчиво предложила я, прикидывая, можно ли сварить какое-то противоядие.
— Мне и этого за глаза хватило, — поёжилась подруга, нервно осматриваясь по сторонам. — Так где сейчас сам Райвен? В гарнизоне?
— Никак нет! — оглушительно выпалил Майер, вытягиваясь в струнку. Украдкой покосился на приоткрытую дверь и, вздохнув, махнул рукой. — Печенье готовят, значит у нас есть полчаса в запасе. Идёмте со мной, провожу. Я тут же подошла к Рихтеру, готовая последовать за ним куда угодно, если только он проводит меня к Эрдану. Сильвия, поколебавшись, выдохнула, кивая в сторону кофейни:
— Идите, я присмотрю за ними. А если появится потрёпанный отряд бодрых дамочек, смогу их задержать.
— Не говори глупостей! — я упрямо замотала головой, не желая оставлять сирену-полукровку наедине с враждебно настроенными горожанами. — Кто знает, сколько ещё жителей Хеленсбурга попали под влияние тёмных колдунов?
— Тише! — зашипел Майер, приложив палец к губам. — Между прочим, это секретная информация.
— Так раньше надо было думать! — возмущённо топнула ногой. — Я не удивлюсь, если к вечеру город будет кишеть отрядами врага!
Хотела добавить: “Чем вообще был занят Райвен?” но осеклась, понимая, что время, упущенное нами, было потрачено на свидание.
Майер уверенно зашагал в противоположную сторону от гарнизона. Я попрощалась с Сильвией, наказала ей беречь себя и не лезть на рожон. А сама догнала Майера и благоразумно держалась в тени его широкой спины
К моему удивлению, никто из жителей Хеленсбурга больше не проявлял ко мне враждебного интереса. Мужчины и женщины, что встречались на нашем пути, в первую очередь обращали внимание на рослого солдата и скользили по мне равнодушными, а то и сочувствующими взглядами.
Впервые за день я почувствовала себя в полной безопасности и прибавила шаг, стараясь не отставать от доброго, но бестолкового солдата.
Мы прошли вдоль городской площади, миновали мэрию. Увидев на другой стороне улицы до боли знакомый цветастый чепчик Генриетты Фишер, я вздрогнула и невольно схватилась двумя руками за мощное предплечье солдата, увитое крупными, выступающим венами.
— Прикрой меня, — шепнула, привлекая внимание Рихтера. — Та старушка, что стоит у лавки зеленщика. Она в первых рядах гналась за мной как ненормальная!
— Да быть не может, — хохотнул Майер, с недоверием рассматривая пожилую сплетницу, что жарко спорила с продавцом, потрясая букетиком петрушки перед его лицом. — Она же вон какая хлипенькая. А, нет, показалось. Только погляди, как бодро отчитывает паренька.
К моему несказанному удивлению, Фишер вела себя так, будто не было ни пикета у ведьминской лавки, ни изматывающей погони под палящим солнцем. В голову закрались смутные подозрения, но из глубокого раздумья меня выдернул бодрый голос солдата, замершего посреди дороги:
— Вон там, в конце улицы, с зелёными ставнями.
Я присмотрелась и увидела за деревьями обычный двухэтажный домик, вроде тех, что теснились на окраинах Хеленсбурга. Подойдя поближе не заметила в нём ничего особенного — светлые стены, бордовая черепичная крыша, за невысоким забором угадывалась прямая дорожка, выложенная до крыльца серой каменной плиткой.
— А ты не ошибся? — прищурилась, рассматривая окрестности. Народа нет, детвора не бегает по обочинам дороги, только птички поют и то едва слышно.
— Никак нет, — обиделся солдат. — У них тут это…
Помявшись, он наклонился к моему уху и прошептал:
— Вечером засада на главаря колдунов. Но я ничего не говорил. И к забору не подойду, а то увидят и в карцер посадят. Я же должен охранять Варюшку с её матерью.
“Ага-ага, — хмыкнула про себя, при этом послушно кивая. — Эрдан не дурак, первым делом спросит, как я его нашла.”
Но других вариантов не было. Я сделала несколько осторожных шагов к узкой кованой калитке, обернулась и увидела стремительно удаляющуюся спину Майера, спешащего к своей ненаглядной Варюшке.
Тревожный червячок грыз меня изнутри, вновь и вновь повторяя, что здесь явно что-то не так. Но палящее солнце и погоня, оставившие меня без сил, мешали сосредоточиться и как следует пораскинуть мозгами.
  
Со всеми предосторожностями я потянула на себя калитку за ржавую ручку, протиснулась внутрь и вытерла испачканную ладонь пучком травы. Дом явно стоял нежилым.
В окне между занавесками мелькнул чей-то силуэт и тут же скрылся. А через несколько секунд за дверью послышались шаги, и с тихим скрипом она открылась, словно приглашая меня зайти.
— Эрдан! — воскликнула я, забежав по дощатым ступенькам на крыльцо. — Эрдан, беда случилась! Ты же сразу понял, что лимонад отравлен, так почему не…
Оказавшись в холле, уставленном мебелью под пыльными чехлами, я осеклась.
Никого.
Но я кто-то же открыл мне дверь?
Дурное предчувствие окутало меня с ног до головы холодной, липкой паутиной.
— Эрдан? — голос дрогнул, а дверь за спиной закрылась сама собой.
Сначала до моих ушей донёсся негромкий, вкадчивый голос, а затем я увидела высокого брюнета в наглухо закрытом чёрном костюме, выходящего из тени. Его можно было назвать симпатичным, если бы не вековой лёд, застывший в серых, почти бесцветных глазах, и мощная аура, давившая на меня похлеще каменной плиты. Края губ незнакомца дрогнули в улыбке, от которой меня пробил озноб.
— Вынужден разочаровать, мисс Одли. Здесь только я и вы.
— Вы, — осипшим голосом повторила за ним. — Вы же…
Тело прошибло ледяной дрожью, когда я осознала, кто именно стоит передо мной. Сердце заколотилось с такой скоростью и силой, что вот-вот могло пробить грудную и вырваться наружу.
— Гордон Шайх, госпожа ведьма. Глава Туманного культа королевства Серкерк. Думаю, вам без нужды знать полный перечень моих заслуг.
“Верховный колдун, — в сознании крохотной молнией металась напуганная мысль. — Передо мной сильнейший из них! Что же мне делать?”
Гордон Шайх уверенно подошёл к одному из кресел и небрежно махнул рукой, с небывалой лёгкостью отбрасывая в дальний угол старый, запылённый чехол. С убийственным спокойствием сел в него, закинул ногу на ногу и поманил меня к себе.
— Зачем я здесь? — спросила, усиленно мотая головой и пятясь к двери, но тщетно.
Неведомая сила сковала каждую мышцу в теле и ноги сами понесли меня к врагу, опустив на колени перед его креслом.
— Хочу сделать вам щедрое предложение, мисс… Давайте отбросим ненужные сантименты, Ливианна.
Каждое движение, каждый жест, каждое слово тёмного колдуна были наполнены обманчивым спокойствием, демонстрирующим полный контроль над ситуацией.
Взгляд, острый как клинок, пронзал всё на своём пути, не оставляя ни единого шанса укрыться от его подавляющей чёрной ауры.
— Я вас слушаю, — прошептала я, с каждой секундой теряя остатки решимости и мучительно раздумывая о том, как выбраться из этого ужасного дома.
Но главное, над чем я ломала голову, были мысли о Рихтере Майере. Знал ли он, куда меня привёл?
— Боюсь об заклад, вы уже догадываетесь о том, что происходит в Хеленсбурге? — несмотря на мягкий, отчасти насмешливый голос, я видела смертельную угрозу, которая таилась за его словами.
— Догадываюсь, — тихо ответила, предпринимая отчаянные попытки подняться с колен, но ничего не получалось. Тело будто сковал мороз, простирая свои колкие, обжигающие нити сквозь кожу. — От меня вы что хотите?
Гордон наклонился ко мне, протянул руку и, коснувшись указательным пальцем моего подбородка, приподнял лицо, пристально вглядываясь в мои глаза.
Радужка колдуна подёрнулась густым, клубящимся туманом. В центре расширенных зрачков вспыхнули искры, и я почувствовала, как что-то тёмное и инородное стремится проникнуть в меня, опутать мысли, подчинить разрушительному влиянию.
— Пустите! — неловко дёрнулась, но он сжал мою челюсть пальцами так крепко, что я смогла лишь жалобно пискнуть.
— Веди себя хорошо, и твоя драгоценная оболочка не пострадает, — морозным тоном приказал колдун. — Молчи, слушай меня и кивай, когда я спрашиваю тебя. Ты же не хочешь, чтобы жители этой провинциальной дыры пострадали от моих людей?