Отец на час. Работает спецназ (СИ)

Ноги становятся ватными, а осы внизу живота лихорадочно трутся друг об друга и жужжат, но я перебарываю все эти чувства и от греха подальше выхожу из комнаты.
  
Глава 32. Федерика
 
Эта ночь проходит хуже некуда.
Я ворочаюсь, ощущая себя влюбленной четырнадцатилетней девчонкой, и стараюсь уснуть. Ближе к утру наконец-то получается, поэтому, когда поднимаюсь с постели, в доме тихо и пусто.
  
На часах десять.
В зеркале — девчонка за сорок с воспаленными глазами и немного отекшим лицом. Будем работать с тем, что есть.
Влад, по всей видимости, уже увез девочек: Машу в детский сад, а у Эльзы сейчас что-то вроде сборов по плаванию. Мысленно поблагодарив спецназовца и Бога, что мне его послал, наскоро принимаю душ, делаю небрежную укладку и натягиваю черное платье-футляр. Макияж легкий, почти незаметный, лишь бы перекрыть синяки под глазами.
Решив, что завтрак готовить слишком долго, забегаю на кухню просто попить воды и замираю у плиты.
В небольшой кастрюле овсяная каша.
Ароматная, разваристая.
Примерно порция.
Для меня?..
Улыбаюсь.
— Ну конечно, для меня.
А для кого еще?
Этот заботливый жест Влада вдруг вызывает в душе ласковый трепет. Не помню, чтобы кто-то обо мне так заботился, если не считать домработницу.
В груди тянет. Чувствую себя неблагодарной, поэтому, вкусно позавтракав за десять минут, пишу в блокноте, закрепленном на холодильнике: «Спасибо за завтрак. С меня ужин» — и выхожу из дома.
Внимание привлекают рабочие, которые занимаются смятым вчера забором.
— Добрый день, — бодро здороваюсь с бригадой.
Поглядывают. Кивают.
Какой все-таки наш сосед порядочный человек: без напоминаний исправляет последствия своей ошибки!
На улице нежарко, но солнце так припекает, что я тут же забываю о бессонной ночи и радуюсь новому дню.
Жизнь… она, наверное, как-то наладится… Главное — не потерять ее вкус.
Телефон пиликает в сумке сразу после того, как я выезжаю на дорогу. Нахожу его на ощупь среди документов, помад и всякой дребедени.
— Да, — отвечаю, прикидывая, что могло понадобиться маме Даши, партнерши Леона по бальным танцам.
— Федерика, здравствуйте!
— Добрый день… Ольга, — с трудом вспоминаю имя.
— Не подскажете, Леон должен был заехать к нам с утра, обещал Дашеньке привезти свой костюм для нового партнера. Ничего не поменялось?
— Эм… Я, если честно, не знаю…
— Как не знаете? — удивляется. — Это ведь ваш сын, не мой.
Стиснув зубы, вздыхаю, снова чувствуя себя ущербной, а Ольга наседает:
— Вообще, Даша сильно расстроена вашим решением закончить с танцами. У нее нестандартный рост и найти подходящего высокого мальчика нам будет сложно. Я уже не говорю о том, чтобы получить какой-то приличный класс. На это уйдет сразу несколько сезонов.
— Я вас понимаю, но это решение моего сына, а не мое. Мне кажется, Леон имеет на него право.
— Ясно. Ладно, будем ждать вашего сына. Опаздывать — это, видимо, тоже его решение.
В голове созревает неожиданный план. Это ведь шанс встретиться!..
— Ольга, напомните ваш адрес, пожалуйста. Я проконтролирую, либо сама привезу костюм, — тараторю, сворачивая с шоссе через две полосы.
Проезжающий мимо мужик на Газели крутит у виска.
Не очень довольным тоном мама Даши называет адрес, мы прощаемся, и я быстро перестраиваю маршрут. Звоню Василисе, чтобы проконтролировать работу в офисе. Никаких важных совещаний на сегодня не запланировано, поэтому раздаю указания заочно и настраиваюсь на встречу с сыном.
Бросаю редкие взгляды в зеркало и страшно нервничаю.
Паркуюсь во дворе обычной панельной шестнадцатиэтажки — «свечки» с одним подъездом. Ждать приходится недолго.
— Леон! — мой голос срывается на крик.
Выйдя из машины, хлопаю дверью и быстрым шагом направляюсь к сыну. Разглядываю его с ног до головы и обратно. За две недели он будто взрослее стал. Даже пушок над губой появился. Лет в тринадцать Лео сильно переживал, что у него совсем нет растительности на лице. Я успокаивала и говорила, что все придет в свое время.
Потом он взрослел, и мы… как-то отдалились. Это ведь не происходит одномоментно или сию секунду. Когда-то сын хотел чем-то поделиться, а я была занята, когда-то я планировала провести время вместе, а он только закатывал глаза и цокал. День за днем, ошибка за ошибкой — его сердце медленно от меня закрывалось, а я списывала это на подростковый возраст.
— Привет, мам, — говорит он ровно, хотя нервозность чувствуется.
Спрятав руки в карманы новой джинсовки, смотрит себе под ноги.
— Привет, — сделав шаг, все равно обнимаю его за плечи и целую в щеку.
Боже, мой сын так вырос, что приходится вставать на носочки.
— Как ты узнала, что я здесь? Следишь за мной? — озирается.
— Нет, я случайно узнала. Мама Даши позвонила.
— Ясно.
— Даша расстроилась, ей придется искать нового партнера.
— Найдет.
— Она ведь тебе нравилась?
— И что?.. Она обычная девчонка. У меня их еще куча будет…
— Это папа тебе сказал? — не выдерживаю, получается ядовито.
Леон равнодушно пожимает плечами.
— Как ты вообще поживаешь? — спрашиваю, складывая руки на груди — просто не знаю, куда их девать.
— Хорошо все.
— Чем… собираешься заниматься летом?
— У папы… — смотрит на меня. — …концертный тур по Золотому кольцу. Я с ним поеду.
— Отличная идея, — киваю.
— Ну по крайней мере, он обещал… — морщится.
— А как же поездка в Италию? Бабушка и дедушка расстроятся.
— В Италию я не хочу.
— Мы собирались на море, — продолжаю. — Девчонки ждут не дождутся отпуска.
— Это без меня, мам, — Леон упрямо мотает головой.
Я еще раз рассматриваю светлую макушку и еле сдерживаю слезы.
— Лео… я не совсем понимаю, — предательская обида вырывается на выдохе. — Я тебя чем-то обидела?..
— Нет… Не обидела… — сжимает губы.
— Тогда за что ты так со мной?..
— Все нормально, мам, — Леон наконец-то поднимает глаза и неловко улыбается. — Мне с отцом лучше будет.
— Неужели нельзя было сказать мне об этом по-человечески?
— Ты бы меня не отпустила. Еще этот твой… мужик новый. Нашла тоже… отцу замену.
Задыхаясь от возмущения, выпаливаю:
— Леон-Александр! Мы с твоим отцом давно в разводе. И… в общем, не хотела вам говорить, но он мне изменял еще в браке.
Прикрываю губы, словно сама от себя не ожидала такого.
Но реакция сына убивает:
— И что?.. Мужчины часто изменяют женам. Это, вообще-то, нормально.
— Что ты такое говоришь? — шокированно переспрашиваю. — Что за бред, Леон?
— Это правда!..
— Папа сказал? Или дядя Андрей?
Сын неопределенно пожимает плечами.
— Я пошел, мам, — он потирает затылок. — Удачно вам в отпуск съездить, и бабушке с дедушкой привет передавай.
— Позвони сестре, — бросаю ему грозно, уже в спину. — Эльза переживает, плачет. Пожалей хотя бы ее.
— Ладно… — отвечает, перебегая дорогу.
Не помню, как снова оказываюсь в машине и почему-то на автомате еду обратно домой, а не в офис. Ласковое солнце, как и мой вкус к жизни, прячется за тучи, и пока я бегу к крыльцу, дождь с ветром успевают потрепать мои волосы.
Всхлипнув, сбрасываю туфли.
— Ты сегодня быстро, — Влад в классических синих джинсах и серой футболке легко сбегает по лестнице.
— Я… — растерянно тяну и еще раз всхлипываю.
— Э-эй, — он хмурится и тут же оказывается рядом. — Кто тебя обидел, начальница?
Привлекает к себе, а я не сопротивляюсь.
Подумаю об этом потом, сейчас мне слишком плохо.
— Я встречалась с Лео, — кладу голову на твердое плечо и устало вздыхаю.
— Все ясно… Подростковая жестокость.
  
— Угу.
— Подели все, что он сказал на восемь. У него сейчас гормоны с придурью ламбаду в башке пляшут, он ей не товарищ.
— Нет в жизни счастья, — прикрываю глаза и жалобно стону.