Богатырша (СИ)

Другой проблемой было то, что по поверьям и рассказам, обратиться в мавку могли только весной, как водоемы оттают. Сейчас же пробиралась под одежду не приятной моросью промозглая осень. Возможно, влияние возникшего мора было гораздо сильнее, чем можно было предположить. С другой стороны, путник ранее не встречал мавок, а поверья и россказни чаще всего отражают истину лишь на часть.
— Я… я хочу домой. — Произнесла девушка дрожащим голосом и заплакала. Она попыталась встать, но разбухшие ноги совсем не двигались. От бессилия она всхлипывала пуще прежнего. Ноги уже слиплись между собой, а значит, обращение шло полным ходом. Еще день или два и на их месте появится самый настоящий рыбий хвост, если верить россказням. Сквозь слезы молодая мавка бросала умоляющие взгляды на путника.
Послышался тяжелых вздох:
— Домой тебе уже не попасть.
— Прошу! Прошу, донеси меня! — взмолилась девица. — Хочу матушку с отцом повидать. И мерзавке Василисе все высказать!
— Не могу. Тебе там больше не место.
— Тогда останься со мной! Ты же останешься, верно? Я не смогу без тебя… — взмолилась девица и подняла на путника полные слез глаза.
Путник лишь покачал головой.
— Оставайся. — Требовательно произнесла мавка. — Оставайся!
Последнее слово она прорычала. Глаза мавки широко распахнулись, глазницы налились чернотой, напоминая бездонную дыру, вены на лице взбухли и расползлись паутиной по телу. Девица с небывалой силой на одних руках стремительно подползла к путнику и дернула за плащ, да так сильно, что стянула его.
— Дак ты девица! — новорожденная мавка была столь удивлена, что отпрянула назад. И вовремя. Серебряный клинок, который рыжеволосая скрывала под плащом, просвистел совсем рядом с шеей мавки. Крупная девица, что могла сравниться телосложением с богатырями, прерывисто дышала, будто подавляя в себе внезапные эмоции, сжимала до побеления костяшек рукоять. Ее вьющиеся рыжие волосы еле достигали подбородка. Мавка с удивлением разглядывала красивый кожаный доспех, сильно утягивающий довольно пышную грудь незнакомки. Удивление быстро сменилось страхом. Чернота исчезла и вновь показались мутные серые глаза.
— Ох, прости… Я не знаю, что на меня нашло. Прошу тебя, прости! — мавка зарыдала, руками подтягивая непослушные ноги к себе.
— Не переживай. Я… Я помогу тебе. — Рыжеволосая убрала меч в ножны, отряхнула и накинула плащ, не сводя глаз с мавки. Та также не упускала из вида ни одного движения гостьи, продолжая вытирать слезы. Обе опасались друг друга, но не знали, как поступить дальше.
— Ты же из деревни у леса? — спросила девушка, глядя на навью тварь со своего немалого роста.
Мавка кивнула и всхлипнула. Слезы текли из ее глаз, но она изо всех сил старалась даже не моргать, наблюдая за руками рыжеволосой.
— Зачем ты подходишь? — вдруг взвизгнула мавка, когда расстояния между ней и незнакомкой стало достаточным, чтобы блестящее лезвие распороло горло.
— Мой конь стоит неподалеку. Я хотела поднять тебя и донести до него. На коне будет легче добраться до деревни.
— Врешь же! — недоверчиво шмыгнула носом мавка.
— Нет, — рыжеволосая подняла руки вверх, демонстрируя свои намерения. Она сделала аккуратный шаг к мавке. Затем еще один. И еще, пока не приблизилась почти вплотную. — Сейчас я возьму тебя под руки и помогу встать. Попробуешь устоять на ногах, хорошо?
Мавка недоверчиво взирала на путницу, но все же кивнула. Рыжеволосая не соврала. Она осторожно взяла мавку под руки и помогла ей подняться. Ростом она не доходила и до груди спасительницы. Мертвая девушка еле удерживала равновесие. Ступни уже потеряли свою форму, расплющились, выглядели уродливо. Мавка закусила губу и отвела взгляд, стесняясь собственного тела.
— Больно… Больно стоять.
— Не переживай, я тебя донесу.
И тут девушка не соврала. Она аккуратно подняла мавку на руки. Та казалась совсем легкой, как пушинка.
— Мой конь находится вон там, — она кивнула в сторону зарослей. — Идти не далеко.
Мавка хотела обвить руками шею спасительницы, чтобы крепче держаться, но та оказалась слишком высоко, поэтому она просто прижала их к своей груди, будто замерзла. Рыжеволосая девушка шла аккуратно в указанную сторону. Иногда успокаивала словами и предупреждала о следующих своих действиях. Вскоре, как она и говорила, показалась бурая грива. Конь был под стать спасительнице. Крупный, мощный. При виде хозяйки с мавкой он настороженно фыркнул.
 
— Это Буран.
— Красивый, — восторженно протянула мавка. — Я никогда не каталась на таких конях. У отца была только кобыла да и то хилая. На нем и вдвоем не тесно будет!
Она улыбнулась и посмотрела в яркие зеленые глаза спасительницы. В сравнении с угрюмой осенью их цвет казался еще более насыщенным, освежающим. Но в этих глазах стояли слезы.
— Прости, — девушка печально улыбнулась в ответ.
Мавка запоздало осознала, что произошло. Спину ее пронзил кинжал, припрятанный в кожаном кармашке на предплечье. Тело ее вздрогнуло несколько раз и обмякло.
— Прости. Но так всем будет спокойнее.
Вокруг стало светлее, над головой прошмыгнула крохотная птичка с веселым щебетом. Все-таки ворожбу навела эта несчастная девица. Ярослава положила тело на землю и села рядом, бесшумно всхлипывая. Только что она убила мавку. Если не избавиться от твари, то она заберет не одну невинную жизнь. Но уж слишком человечной была она. Еще даже не до конца обращенной. Казалось, будто бы только что убили обычную молодую девушку.
Конь топтался на месте, недовольно поглядывая на навью тварь. Ярослава же, сдерживая слезы и закусывая губу до крови, принялась за уже привычные действия: на всякий случай еще раз вонзила кинжал в сердце мавки, выбрала место попросторнее, собрала хворост и сожгла тело. Ярослава еще некоторое время стояла перед затухающим костром. На душе было тяжело. Все-таки одна навья тварь другой рознь. И тяжелее всего оказалось справиться с новообращенной. Этот груз лег тяжелым бременем на сердце.
— Пойдем, Буран. — Когда потух костер, Ярослава вновь оседлала коня. — Надо бы быстрее пройти чащу. Негоже ночью по лесу ходить.
Ярослава направила Бурана на северо-восток, но тут же потянула вожжи, останавливая верного друга.
— Навь вас всех подери! — Девушка хлопнула себя по ноге и развернула коня. Нельзя все так оставлять. Кто-то убил несчастную девушку и привязал ее нагую к дереву по пояс в воде. Мавка сказала, что пришла в лес с подругой, значит и с ней могло произойти несчастье. Либо она могла быть виновницей. Ярослава направилась обратно в деревню. Княжна решила для себя, что удостоверится в том, что с Василисой все хорошо, и отправится снова в путь.
Оказалось, что Ярослава совсем немного проехала по лесу. Почти сразу она попала в ворожбу мавки и некоторое время плутала. Когда княжна выехала на дорогу, она посмотрела в небо. Хмурые тучи чуть рассеялись, неторопливо расползались, то и дело выглядывал месяц. Пока Ярослава возилась с мавкой, наступил поздний вечер. В окнах деревенских домов дрожали тусклые огни. Княжна неторопливо ехала по узкой улочке, высматривая дом мельника. Именно там, по рассказу мавки, жила ее подруга.
— Добрый молодец! — Ярослава вздрогнула, заслышав позади голос женщины, и натянула посильнее капюшон. — Ты все же раздумал? Пришлась по нраву моя доченька?
Ярослава вздохнула и остановила Бурана. Конь нетерпеливо зафыркал.
— Так что же? Возьмешь Василисушку в жены? — женщина запыхалась и раскраснелась. Видать, некоторое время бежала за конем.
— Слыхал, что в вашей деревне живет еще одна Василиса…
— Тьфу ты! Да что же все к этой бляди-то липнут? Как с ума посходили! Приворожила всех, не иначе! А ведь я говорю всем, ведьмы у нее в роду есть. Ведьмы!- женщина всплеснула руками, а затем уперла их в бока и недовольно посмотрела на Ярославу. — Моя доченька красавица, умница, на все руки мастерица! А вам всем Ваську, мельникову дочь, подавай!