Гамбит Бессмертных

– Все в порядке, – успокоил Марк. – Я все равно планировал это сделать, если ты решишь познакомить меня с семьей. Я не хочу, чтобы они питали ко мне недоверие.
Но девушка продолжала смотреть на него, и он это чувствовал. Колдун протянул руку и взял ладонь Алисы в свои пальцы.
– Твой отец понял. Даже несмотря на то, что я не рассказал ему о причине отъезда, о катастрофе с аномалией. Но ему хватило того, что я сообщил. Он решил довериться мне, и я это ценю.
– Ну хорошо, если ты так считаешь.
Она снова легла рядом, теперь приобняв Марка.
– Ты останешься у нас, пока родители будут на отдыхе?
– Конечно, – в его голосе звучала улыбка, – какой глупый вопрос…
Но Алиса не дала ему договорить. Тихо смеясь, она поцеловала Марка. Он, улыбаясь и одновременно отвечая на поцелуй, обнял ее, крепко прижимая к себе.
  
11. Причины
 
26 июня 2024 года, Калининград
Одноглазый
Тело грузно упало на пол прямо перед ним. Поверженный даже не успел понять, что случилось. Его остекленевшие глаза уставились в потолок, он лежал неподвижно, а под ним медленно расползалась бурая лужа. С длинного лезвия кинжала сорвались темные капли и оросили пол рядом. К запаху пыли, мазута и сырого камня теперь примешался аромат свежей крови.
Убийца глубоко вздохнул и закрыл единственный глаз, пытаясь взять гнев под контроль. Он столько лет сдерживал свои эмоции, не используя магию и никак не проявляя себя. И в такой ответственный момент нужно быть особенно осторожным.
Нужно контролировать себя всеми силами. По крайней мере пока живы все те, кто обрек его близких на медленную смерть, отняв у них то единственное, что помогало им держаться. Те, кто обманул их. Им обещали помощь, обещали, что все будет хорошо, но сначала солгала колдунья, а потом длаки. Последние оказались еще и очень жадными.
Одноглазый отступил на шаг назад от тела и спрятал кинжал. Он собирался убить каждого, кто был замешан в этом деле, даже если придется под корень извести все волчье племя Калининграда. Охота продолжается, и, раз уж встал на эту тропу, сойти с нее уже не выйдет. Одноглазый считал своим долгом вернуть близким призрачную надежду на нормальное существование, ведь они доверили ему свои жизни и надеялись на него. Их одноглазый просто не мог подвести. И он поможет им, даже если для этого придется пожертвовать собой. Ему было все равно, что с ним сделают потом, но свое дело нужно довести до конца, а значит, действовать осторожно.
Он знал, что «усики» взялись за расследование смерти Красы, но пока что они в тупике – соглядатай доложил. Конечно, одноглазый ведь не оставил следов. Он не пользовался магией, а на места встреч с жертвами приходил так, словно был бесплотным и невидимым. И все же ни одно преступление не останется безнаказанным, одноглазый знал это. Его найдут и поймают, это лишь вопрос времени, поэтому действовать нужно было быстро.
Он развернулся и шагнул в тень, которая его поглотила.
* * *
Комната тонула в полумраке так, что предметы в ней различить было невозможно. Да и к лучшему – почти вся мебель здесь была или очень старой, или сломанной. Более-менее целыми были койка и письменный стол. При свете дня посетитель мог бы увидеть кусками свисающие со стен обои цвета бледной крафтовой бумаги с неразличимым уже узором, облупившуюся штукатурку на потолке, вытертый до дыр паркет, старый шкаф с незакрывающейся дверцей. От завалявшихся в углу книг исходил аромат затхлой и сырой бумаги.
Одноглазый и его близкие облюбовали один из заброшенных домов. Им этого было достаточно, главное, что далеко от центральных улиц города и есть куда прилечь. К аскезе они все давно привыкли. Пальцы одноглазого медленно крутили фотоснимок. Слегка смазанный, но этот небольшой дефект никак не мешал различить черты лица, как и мрак, – глаз прекрасно видел в темноте. Фото и информацию о человеке на нем добыл соглядатай.
  
На снимке был запечатлен Станислав Лаврентьев, колдун, сотрудник УСК, ведущий следователь по делу Красы. Убить его и всполошить этот муравейник было бы самым простым решением, но слишком опасным. «Усики» превратятся в обозленных пчел, сочтут делом чести найти убийцу коллеги, и тогда одноглазому от них точно не ускользнуть. А пока они топчутся на месте, он будет аккуратно делать свое дело.
Со стороны двери послышался шорох, затем шаги. Дверь отворилась, и в помещение проскользнула тень. Одноглазому не нужно было видеть, чтобы понять, кто это.
– Привет, Виктор, – тихо прозвучал его голос. – Зачем пожаловал?
Гость прошел в центр комнаты. Так же, как и одноглазый, он отлично видел в темноте.
– Хотел спросить, как дела. Наши сказали, ты недавно вернулся.
Одноглазый улыбнулся. Виктор был одним из его самых преданных друзей, но мужчину немного портила щенячья благодарность, которую он питал к своему защитнику. Последний не любил подобное, ведь не считал себя выше других, но Виктор упорно демонстрировал ему свой пиетет.
– Не волнуйся, все хорошо. У меня получилось выполнить задуманное, так что я в хорошем настроении. Как остальные?
– Это здорово, – с искренней радостью ответил Виктор. – Остальные держатся. Верят, что все наладится.
– Обязательно, – откликнулся одноглазый, – спасибо, что ты мне об этом напомнил. Мне нужно сходить к ним, сказать об этом еще раз лично.
Предводитель поднялся, пересек комнату и по пути хлопнул Виктора по плечу. Вскоре дверь закрылась, но гость уходить не спешил. Его внимание привлек светлый квадрат фотоснимка на грязном письменном столе. Виктор медленно шагнул к нему и поднял изображение. Секунд десять он просто смотрел на него, потом положил обратно и тоже вышел.
Алиса
Утро следующего дня началось как обычно, разве что сегодня компанию семейству Звягинцевых за завтраком составил Марк. Он помог накрыть на стол, пока Алиса была в ванной, а потом они собрались все вместе в кухне, где пахло свежим кофе.
Девушке нравились эти тихие минуты семейного счастья, когда можно было отвлечься от мертвых тел и нервно-томительного ожидания новых ударов преступников. И хотя свою работу девушка очень любила и бросать не собиралась, все же иногда груз ответственности за безопасность городов и горожан давил на нее слишком сильно.
Когда с завтраком было покончено, отец предложил Алисе подвезти их до Управления, но девушка отказалась: они с Марком любили гулять, Калининград – не Москва, и тот, кто попадал в янтарный край из столицы, неизменно удивлялся расстояниям, в три раза меньшим, чем в Москве.
В утренний час Управление гудело, как пчелиный улей. Сновали по коридорам прибывающие к рабочим местам сотрудники, то тут, то там можно было наткнуться на группки обсуждавших последние новости колдунов. Картина была привычной и даже успокаивающей.
Когда Марк и Алиса зашли в кабинет, Драгунов и Женя были уже там, а Стас держал у уха телефонную трубку. Колдуны не сразу поняли, что в кабинете царит тишина, а Лаврентьев стоит со слишком уж мрачным и напряженным лицом. Наконец он положил трубку и посмотрел на напарников:
– Серого убили. Труп нашел сегодня утром охранник в пятом форту. Тот же почерк, что и с Красой.
На секунду мир как будто замер. Вот он, новый удар!
– Ты же встречался с ним вчера, – голос Дана звучал будто издалека.
– Да, – растерянно ответил Лаврентьев, – у его дома со вчерашнего вечера дежурит наряд УСК.
– Они доложили, что Серый покинул квартиру?
– Нет. Похоже, мы не успели. Он ушел раньше, чем приехали наблюдатели.
– И что же, никто его не хватился? – с сомнением спросил Дан.
– Он жил один: с женой полтора года назад развелся, детей не было. Новых отношений тоже.
Драгунов поднялся, Женя тоже.
– Едем на место, – сказал Стас.