Гамбит Бессмертных

Те немцы, которые решили остаться на родной земле и стать гражданами другой страны, были обычными людьми. А вот колдуны, длаки и нечистые покинули область. Они бы никогда не стали своими в чужой магической среде, она была для них слишком некомфортна. Так что русалки и домовые сменили никс и ниссе, а германские магические традиции колдовства уступили место славянским.
Например, это касалось таинства передачи места главы верви. Если у славянских колдунов преемником мог быть не только ребенок текущего главы, то у немецких колдунов это условие было обязательным. Так, Ягина в будущем вполне может передать вервь кому-то из выдающихся колдунов УСК, если у нее не будет своих детей. Для этого существовал особый ритуал наречения, которого неукоснительно придерживались до сих пор. В случае с прямым преемником ритуал тоже был, но гораздо более короткий и облегченный.
Алиса зашла в здание Управления беспрепятственно: чары запомнили ее, и пропуск больше не требовался. Хотя в некоторых Управлениях, например в регионах с опасной обстановкой, применялись и стандартные цифровые технологии.
Дан и остальные уже были в кабинете. Алиса пожелала всем доброго утра, мужчины ответили, а Женя что-то буркнула в ответ.
– Шикарно выглядишь! – сделал комплимент Драгунов.
– Есть повод, – ухмыльнулась Алиса.
Она заметила, что Женя наблюдает за ними, но виду не подала. Похоже, девушке был интересен формат отношений московских напарников. А они, смеясь, перекидывались шпильками.
– Вот бы почаще у тебя были такие поводы! – показав язык, подмигнул Дан.
– Все вы одинаковые, вам лишь бы фасад красивый!
– Так говоришь, будто это что-то плохое! Мужчины любят глазами, – с видом эксперта заявил Драгунов.
Алиса хихикнула.
– Ладно, любитель сидеть за столом, не отвлекайся и перебирай дальше свои бумажки. А я пойду реально работать!
В ответ на это Драгунов помахал фальшивым удостоверением журналиста местной газеты «Магическая страна Калининград». Алиса повела рукой, удостоверение вырвалось из пальцев Дана и полетело по помещению. Девушка перехватила его и скорчила рожицу.
– Не рановато ты? – спросил Драгунов, посерьезнев.
– Прогуляюсь пешком до Амалиенау, так что нормально. Ладно, жду от вас по возвращении что-нибудь полезное и интересное!
– Давай-давай! – Дан махнул ей на прощание рукой.
Алиса ответила тем же и вышла. Из них двоих она действительно всегда больше любила работать «в поле», а Дан лишний раз искал возможность посидеть в кабинете.
Город уже окончательно проснулся: сигналили друг другу на светофорах машины, стучали колесами трамваи. Тронувшись с Северного вокзала и оглушительно прогудев, под центральной площадью Победы проползла утренняя электричка – «Ласточка». Слева донесся звук журчащей воды и едва уловимый запах хлора – это был фонтан под скульптурой «Борющиеся зубры». В народе их называли «быками», и бронзовые звери считались одним из символов города.
Алиса наслаждалась видом знакомых улиц и по-настоящему радовалась, что может по ним пройтись. Она миновала драматический театр, калининградский зоопарк, вышла к скульптуре космонавта Леонова, поднимавшего правую руку к небу. В городе ходила легенда о том, что памятник живой и периодически меняет позу. Алиса не проверяла, но, вполне возможно, что какие-то колдуны-шутники заставляли его это делать, используя свои способности.
Из-за зеленых крон появился шпиль кирхи памяти королевы Луизы, значит, до нужного района было рукой подать. Здесь шины автомобилей гремели о старую брусчатку, которую власти оставили на дорогах ради сохранения исторического облика города. Район Амалиенау был одним из самых красивых: немецкие двухэтажные домики, чьи хозяева стремились сохранить стиль прошлых веков, жались друг к другу вдоль тихих зеленых улочек. В ухоженных дворах росли розовые магнолии, кусты сирени и чубушника, а весной над кварталами разливался сладкий аромат цветов.
Нужный адрес Алиса нашла быстро. Краса и ее дочь жили в небольшом частном доме, огороженном высоким забором из гладко обточенного красного кирпича. Деревянная калитка была укреплена коваными металлическими элементами.
  
Девушка оценивающе осмотрела неприступный забор, надежную калитку и часть красной черепичной крыши. Наверняка на территории защитные чары. Собравшись с мыслями, Алиса нажала на кнопку домофона. Искаженная помехами трель разнеслась по дремлющей улочке. Через минуту послышался треск – в доме ответили.
– Слушаю, – сказал женский голос, хрипловатый из-за плохого качества передачи.
– Добрый день! Варвара Краса?
– Да, это я. Кто вы и что вам нужно? – Даже сквозь помехи было ясно, что хозяйка дома не стремится к разговорам с посторонними людьми.
– Меня зовут Алиса, я журналистка газеты «Магическая страна Калининград», веду колонку о знаменитых людях города. Я бы хотела взять у вас интервью…
– Уходите, – перебила ее Краса, – воронье! Я не стану с вами разговаривать. Ни с кем не стану! Уходите!
Алиса нахмурилась. Она ожидала услышать в голосе злость и ярость, печаль или грусть, но никак не истеричный страх! Снова раздался треск, и все стихло. Девушка поджала губы. Не то чтобы она рассчитывала на удачный исход, наоборот, ожидала, что Краса даст ей от ворот поворот. Но попробовать стоило. Могло ведь статься и так, что дочь колдуньи была бы не против такого внимания к своей персоне. Но нет.
Алиса немного постояла, переминаясь с ноги на ногу, а затем отошла от чужих ворот. Она пошла по улице, а на перекрестке свернула за угол и притаилась. Спустя пятнадцать минут, когда девушке уже казалось, что она зря здесь стоит, калитка дома Красы открылась. Алиса затаила дыхание, наблюдая, как на пустынную улицу выходит неизвестный. Это был мужчина среднего роста и телосложения. С такого расстояния девушка не видела его лица, но могла сказать точно – волосы незнакомца были темными.
Он повернул голову в ее сторону, Алиса внутренне подобралась. Однако человек отвернулся и зашагал в противоположную сторону улицы. Вскоре он исчез. Колдунья подождала еще немного, но калитка Красы больше не отворялась. Алиса попятилась, а затем развернулась и пошла в сторону Управления.
Когда она вернулась, Драгунову и остальным было что ей рассказать. Сама девушка чувствовала разочарование от того, что вернулась с пустыми руками, если, конечно, не считать того неизвестного, что выходил из дома Красы. Алиса бросила фальшивое удостоверение на свой стол и тяжело опустилась в кресло.
– Ничего, – сказала она. – Краса меня даже на порог не пустила. Придется искать другой способ с ней пообщаться. Но все-таки кое-что есть: я видела какого-то парня, который покинул их дом. Издалека лица я не рассмотрела, но перед этим дочь убитой была напугана.
Ну мне так показалось.
Эти слова заинтересовали Лаврентьева, который, слушая Алису, задумчиво кивал.
– Я попрошу установить наблюдение за домом, – сказал он. – Если ей что-то угрожает и она поэтому не стала говорить с нами… Черт возьми!
– На первых порах наблюдения будет достаточно, – внезапно подала голос Женя. – Наши колдуны смогут помочь ей, если этот кто-то решит напасть на нее.
– Вот только мать нашей колдуньи не успела даже небольшое сопротивление оказать, – ответил Стас.
Женя посмотрела на него, и ее глаза вспыхнули. Алиса украдкой наблюдала за девушкой: та явно получала настоящее удовольствие от общения с напарником.
– Может, попросим Муромцева наложить на жилище чары? – предложила Женя. – Она о них не узнает, но магия сработает, если кто-то захочет причинить ей вред. Если с ее помощью поймать злоумышленника не получится, то дежурные у дома хотя бы заметят и придут на помощь.
– Да, идея здравая, – с улыбкой похвалил Лаврентьев, – но нам все равно надо придумать, как ее разговорить. Сдается мне, она что-то знает. Чувствую. И не только она. Остальные члены Круга тоже.
– Думаешь, они молчат из-за страха? – убрал со лба волосы Дан.
– Кто знает? Краса-старшая могла вести какие-то дела одна, а могла и с ними. Если они были посвящены, то убийство колдуньи могло быть предупреждением для всех.