Человек без лица

— Она не звонила?
— Ладно, — я вздохнула, — я так понимаю, фразу "я не хочу об этом говорить" ты не расслышал. Нет. Не звонила. Она слишком гордая. И сильная. Я, конечно, не такая, но даже дураку ясно, что я не настолько идиотка, чтобы снова с ней связываться.
— Но что-то тебя держало рядом с ней столько времени.
— Я не знаю, — честно ответила я, — мне просто хотелось ее еще. Не в том пошлом смысле. Просто... Как бы это по-еблански ни звучало, я рядом с ней чувствовала себя иначе. И мне это нравилось. И я понятия не имею, что нашла в ней. Я сама напридумывала себе какой-то херни, построила в голове воздушные замки. А она вернула меня в реальность. Да, возможно, несколько жестким способом, но по-другому я бы, наверное, не поняла. Я не знаю, кто был у нее, пока была еще и я, и я не хотела об этом думать. Но когда я это увидела — поняла, что не могу. Она никогда не будет моей, а по-другому я не хочу.
  
— Значит, все?
— Значит, все. И давай больше не будем об этом.
— Ладно. Я понял. Может, сходим куда-нибудь на выходных? — ободряюще улыбнулся Самир, а я почувствовала себя последней задницей. Ведь он действительно хотел помочь.
— Конечно. Я не против, — ответила я с улыбкой. Надо просто снова жить дальше.
Прошло две недели с той ночи в клубе. Когда мои мечты были окончательно растоптаны и разрушены. И все было бы вполне неплохо, если бы она то и дело не всплывала в моей голове, и не приходила в моих чертовых снах. Я не умела контролировать сновидения, но, честно, я бы отдала любые деньги, чтобы этому научиться.
Как говорят, пиздец подкрался незаметно. Она позвонила в субботу вечером.
Сначала я даже глазам не поверила. Потом поняла, что для нее-то все было в порядке. Все как всегда. Это у меня жизнь перевернулась с ног на голову.
Первый звонок я пропустила. Просто смотрела на ее имя, горящее на экране, и слушала стандартную мелодию вызова. И впервые я сознательно не ответила.
Но она набрала во второй раз, что меня очень удивило. До этого, если я по какой-то причине пропускала вызов, она никогда не перезванивала. Всегда я. Тут я подумала, может, с ней что-то случилось? С ума сошла, например.
Набрав в легкие побольше воздуха, я медленно выдохнула, и приняла звонок.
— Алло?
— Привет, — знакомый голос. Как всегда со стальными нотками, твердый и уверенный.
— Привет.
— Слушай, мне нужна твоя помощь.
— В самом деле? — я пальцами перебирала шнур от зарядного устройства.
— Да. У меня сломалась машина, и... В общем, я забыла деньги дома, не могу даже эвакуатор вызвать.
— И чем я могу помочь?
— Забери меня! — восклицает она, будто раздражаясь, от того, что я сама не догадалась, что ей от меня требуется.
— Ладно. Где ты? — сама не знаю, зачем соглашаюсь. Ведь есть такси. Можно доехать до дома, попросить подождать, сходить за деньгами и оплатить. Зачем ей я? Но эти мысли приходят уже позже, после того, как я соглашаюсь. Дура.
— Я скину адрес.
Я приезжаю к какой-то стоянке, неподалеку от городской больницы. Какого черта она тут делает в такое время?
Садится в машину, кивает в знак приветствия, и даже не смотрит на меня. Да и неважно. Я больше не играю в эти игры. Надоело.
— У нас, к слову, очень популярна служба такси, ты в курсе? — говорю спокойно, не отрывая глаз от дороги.
— Я же сказала, что забыла деньги дома.
— Можно попросить их подождать и сходить за деньгами. Все мы люди.
— Я... не подумала об этом. Обычно я оплачиваю поездку сразу. По карте, — говорит искренне, понимаю, что не врет. Правда не подумала. Странно, у нее и друзей нет, чтобы могли ее забрать? Впрочем, это не моего ума дело.
— Что ты делала в больнице? — спрашиваю просто, из банального любопытства. Чтобы не молчать всю дорогу.
— Не твое дело, — снова огрызается. Ладно, не мое, так не мое.
Не пытаюсь больше начать разговор, просто везу ее по знакомому адресу. Даже не смотрю в ее сторону. Кажется, она это замечает, потому что чувствую, как изредка поглядывает на меня. Что, удивлена, что я не пялюсь, как обычно?
Въезжаю за шлагбаум, останавливаюсь у ее подъезда. Всегда тут оставляю машину на те несколько часов, что провожу у нее. Но сегодня не буду.
Она открывает дверь и ставит одну ногу на асфальт. Потом оборачивается ко мне и смотрит непонимающе:
— Ты так и будешь сидеть здесь?
— Да, — отвечаю спокойно.
— Пойдем, — делает лицо, будто ей надоело меня уговаривать, — и так время много. Я еще выспаться хочу.
— Тем более. Спокойной ночи.
— Постой, — она чуть прикрывает дверь, еще больше поворачиваясь ко мне, — ты сейчас серьезно? Ты себе цену набиваешь или что? В чем проблема? — я вижу, что ей не нравится ни этот разговор, ни сама ситуация.
— Нет. Просто не хочу. Нет никаких проблем, — мне самой не нравится все то, что происходит, потому что я знаю, что победителем я здесь не выйду. Максимум, на что я могу рассчитывать — это "ничья".
— Зачем тогда ты приехала? — смотрит так, будто у меня рога выросли. Хотя, зная ее, наверняка выросли.
— Тебе нужна была помощь, я помогла. Все, — хочу уехать. Не хочу сидеть и объясняться. Не хочу выглядеть какой-то чертовой жертвой или обиженной бабой. Потому что это не так. Трудно быть жертвой, когда сама во всем виновата.
— Ты решила построить из себя альтруистку, чтобы я почувствовала себя последней сукой или что? — поднимает бровь и наклоняет голову. — Малышка, давай закончим с этим дурацким разговором, ты перестанешь строить из себя неженку и давить на жалость. И просто пойдем ко мне, ладно?
Я смотрю на нее и действительно не понимаю, что я нашла в ней? В этой суке, которой плевать на всех, кроме себя.
— Ира, иди домой, — говорю на выдохе и отворачиваюсь от нее. Будто отпускаю. Нет смысла пытаться удержать то, что тебе никогда не принадлежало.
Ничего не отвечает, несколько секунд сидит молча. Потом снова открывает дверь шире и выходит. Хлопает ею так, чтобы я точно поняла, что разозлила ее. Ничего, в твоей записной книжке наверняка еще много номеров. И надеюсь, после сегодняшнего мой ты удалишь.
Приезжаю к себе и чувствую себя абсолютно пустой. Но знаю, что так лучше. Сколько еще эти недоотношения убивали бы меня? Год? Два? Пока я не стану старой или ей не надоест трахаться? Не лучшая основа для семейной жизни. Хотя о чем я. Какая семейная жизнь. Секс сутки через трое — вот и весь график. Так себе перспектива, честно говоря.
Самир практически насильно водит меня по разным местам. Рестораны, кино, сраный бильярд. Этот придурок даже на балет хотел меня затащить. Но я сказала, что лучше я буду сидеть затворницей, чем пойду на балет.
В итоге мы нашли крутое заведение с игровым залом. Там мы провели несколько вечеров, наслаждаясь вкусным пивом и приставкой.
Внешне я великолепно справлялась со всем тем дерьмом, что со мной произошло, но внутри мне было все равно грустно и тоскливо. Моя душа просилась к этой чертовой суке, а я не понимала, почему мое безмозглое сердце не осознает этого факта саморазрушения?
Вероятно, потому что я в течение долгих месяцев тешила его надеждами о счастливом совместном будущем. Думала, что в конце концов, она примет приглашение и придет ко мне. Что мы будем не только трахаться, но и проводить вместе время. Что я узнаю больше о ее жизни и о ней самой.
  
Но максимум, что у меня вышло — это только поведать ей о себе. Где живу, работаю, чем занимаюсь. Она не делала особо заинтересованный вид, но и не затыкала меня. А большего я и не требовала. Но к себе она так и не подпустила. Лишь пару раз я узнавала какие-то обрывки, но это ничто по сравнению с тем, что она могла бы дать мне, абсолютно ничем не жертвуя и не рискуя. Просто мне не удалось ее убедить, что не ей меня надо бояться, а скорее, наоборот. Это она могла причинить мне боль, а не я ей. Что, к слову, и произошло.