Колхозное строительство. Дилогия (СИ)
Штелле отрезал плавники, поскоблил чешую. Рыба была мороженная, но вполне поддалась чистке. Резалась ещё правда с трудом, но и с этим справился. Достал миску, сгрузил туда куски рыбы и посыпал солью с перцем. На звуки из кухни пришла "дочь", села на стул и стала молча наблюдать за Петром. Тот достал из стола муку и насыпал в следующую чашку.
– Помогать будешь? – сощурился на дочь.
– Конечно. Что делать? – уже рядом.
– Берёшь кусочки рыбы и тщательно пачкаешь мукой. Стой, стой, стой, не так быстро. Сначала вот в эту чашку с яичным белком, – Пётр разбил пару яиц в тарелку и вынул ложкой в стакан желтки, – Теперь начинай.
Появилась хозяйка. Забрала с плитки зелёный кастрюльчонок, хмыкнула и поставила на его место большую чугунную сковороду.
– Маргарин на подоконнике в банке.
Нет. Мы пойдём своим путём. Пётр с того же подоконника взял тяжёлую зелёную бутылку с подсолнечным маслом. Ну, и что, что не рафинированное, вкуснее будет. Рыбу, а особенно камбалу долго жарить не надо. Тем более сковорода большая и все куски влезли за один раз. Через пять минут он уже сгружал подрумянившиеся кусочки в помытую тарелку после соления и перчения. На сковороду высыпал остатки муки и сыпанул на всякий случай ещё ложку. Потом порезал туда мелко две луковицы, Таня стоически, несмотря на выступившие слёзы, помогала резать лук. Когда лук стал прозрачным, Пётр налил в чугуняку пару стаканов молока, и когда всё это закипело, бросил кубик масла. Понятно, что стеклянной крышки у сковороды не было. Запах заполнил всю квартиру.
– В газете сегодня вычитал, – ответил Пётр на вопросительный взгляд двух женщин.
– Пап, а как это называется? – наклонилась "дочь" над тарелкой с рыбой вдыхая аромат.
– А-ля, камбала под белым луковым соусом! Теперь ты можешь хвастать подругам, что делала это блюдо по знаменитому рецепту итальянского шеф-повара Бармалини.
– Ха-ха! Бармалини. Бармалей что ли? – отщипнула кусочек рыбки, попробовала.
– Что ты наделала? – в ужасе схватился за голову Пётр, – Это нельзя есть без соуса! Бармалей тебя не простит.
– Бармалей. Сами вы бармалеи. Садитесь, сейчас положу в тарелки, – "жена" споро проделала эту операцию.
– А Бармалей, это из сказки? – уже с набитым ртом поинтересовалась Таня.
– Слышал, что сняли новый фильм. Называется Айболит – 66. Скоро показывать будут, – вспомнил Пётр замечательную картину Ролана Быкова, – Внимательно ешь, там косточки есть.
– А Бармалей и Карабас Барабас вместе живут? – Перевалила себе второй кусок "дочь".
"Стоп. Сейчас удивим народ. Ведь продолжения сказки "Буратино" ещё не написаны. Обкатаем на родственниках", – Пётр буквально за несколько дней до попаданчества читал внучке сказку Леонида Владимирского "Происшествие в городе Тарабарске" про путешествие полюбившихся детям героев на пиратский остров.
Сказка закончилась только через полтора часа. "Жена" отвлеклась на ребёнка и строго наказала без неё не рассказывать. Таня поканючила, но смирилась.
– Откуда это? – поинтересовалась супруга, намыливая посуду.
– Придумал, – Пётр с интересом наблюдал за манипуляциями жены, – Напомни мне, чтобы я завтра сделал тебе моющее средство. Тоже сегодня в газете вычитал.
– Насыщенный у тебя день, – хмыкнула Лия Ивановна.
– Лия, – начал Пётр тяжёлый разговор, – Я сегодня был в школе-интернате. Там девочка одна есть. Мать у неё умерла, а отец в тубдиспансере лежит. Но девочка туберкулёзом не болеет. Её там бьют старшие и еду отбирают. А девочка замечательная. Ей лет десять. И на пианино играет и на гитаре. Песни хорошие поёт. Может она у нас поживёт пока каникулы. С Таней поиграет. Научит её на гитаре играть, – "жена" хмурилась.
– Я целый день кручусь, кто ими заниматься будет. Вон даже ужин сегодня не успела сготовить, – сковородка брякнулась с полки.
"Нужно кухонный гарнитур делать, с местом под встроенный холодильник, а плиту эту сносить как можно скорее, ведь вроде бы в этом году газ будут проводить", – наметил себе Штелле. Вслух же сказал.
– Она девочка самостоятельная. Как раз Маша еду и приготовит.
– Туберкулёза у неё точно нет? Может она пока только носитель? – не сильно обрадовалась "жена".
– Свожу её завтра в больницу, пусть анализ крови возьмут, на палочку Коха.
– Пусть сделают ПЦР, тогда и поговорим.
"Точно. Новая жена ведь у него медик. Что-то такое он в будущем читал, как-то забредя на сайт про почётных граждан города. Ещё бы знать, что такое этот ПЦР".
Глава 6
Как назло, проходя по той же тропинке между зданием горкома и своим домом, опять наткнулся на собак и опять был облаян. Чувствуют они, что ли, чужака? В кабинете он достал листок бумаги из ящика древнего стола и попытался набросить эскиз кухонного гарнитура. Получилось вполне прилично. Правда, в стиле модерн. Нет. Нам простоты не надо. Нам нужно сделать его красивым. Как-то в интернете он наткнулся на фотографии мебели из Румынии. Как раз приблизительно эти годы. Пётр стал дорисовывать финтифлюшки и всякие прочие арабески. Массивные лапы, резьба, где только можно. Отдельно вынес дверки и тоже все покрыл замысловатой резьбой. Даже с фигурами греческих воинов. Крысота.
Отвлёк стук в дверь. Секретарь принесла чай. Он попросил за двадцать минут до совещания строительного приготовить. Принимая подносик со стаканом в подстаканнике и тарелочкой сушек (нашёл вчера дома и взял с собой), Штелле попросил:
– Вера Михайловна, пусть на совещания как придут, сразу заходят и рассаживаются, не томите людей в приёмной, – сделал такое нововведение Пётр совсем не из любви к ближним.
Он ведь никого из руководителей не знал. Романова только, да может ещё директора БАЗа Кабанова визуально помнил, даже не знает как того же Кабанова зовут. А так люди будут заходить, здороваться, и может быть называть друг друга по имени отчеству, ну, в крайнем случае, только по имени. Уже хлеб.
Задумка удалась. Героя Социалистического Труда Кабанова звали Анатолий Яковлевич. Директора завода ЖБиК – Сергей Михайлович Киселёв. Главный архитектор – Любан Андрей Ильич. Директор Турьинского рудоуправления – Анатолий Евгеньевич Панёв. Управляющий БАЗ-Строя – Пётр Евгеньевич Агафонов. Директор БРУ – Белыбин Анатолий Васильевич. Вот только это почти все успехи. А ведь пришло больше двадцати человек.
Что ж, начнём. Пётр оглядел собравшихся и прокашлялся. Народ до этого шёпотом переговаривающийся повернул к нему головы и затих.
– Давайте мы сегодня в честь праздника сломаем наши традиции, – вот этих самых "традиций", а точнее порядка заведённого на этом строительном совещании руководителей предприятий города Штелле как раз и не знал.
– Может, вообще отменим, – хохотнул высокий мужчина в щегольском узком костюме.
– Я тут вчера просмотрел подшивку газеты "Заря Урала" за прошлый год, – не поддержал его веселья Первый Секретарь Горкома КПСС.
Народ молчал. Неожиданное заявление.
– Там было целых три статьи про кирпичный завод.
– План за год мы перевыполнили на две десятых процента, – залысина, уставшие глаза, серая кожа, товарищ не производил впечатления лидера.
– Во всех трёх статьях упоминаются неработающие погрузчики, – остановил его поднятой рукой Пётр, – Это погрузчики львовского завода.
– Да ЛЗА-4000 на базе ГАЗ 51.
– Они просто старые, ломаются из-за неправильной эксплуатации или там конструкторские недоработки? – как же его зовут, гадал Пётр.
– Пётр Миронович, вы же всё прекрасно знаете, там и первое и второе, к сожалению, и третье, – зло махнул рукой директор.
– Я вот прочитал статьи и задумался. ГАЗ – 51 есть на всех предприятиях, – Штелле обвёл взглядом присутствующих. Народ кивнул.
– Помочь предлагаешь, – усмехнулся Кабанов.
– Помочь. Давайте я озвучу, что мне в похмельную голову пришло, а вы меня поругаете все вместе, а потом…А потом сделаете как я напридумывал. Завод, ПАТО, автобаза? 12, автобаза? 24 выделяют с понедельника по одному самому опытному автослесарю на неделю. Училище? 41 отправляет группу автослесарей с выпускного курса с преподавателями, – народ пока молча слушал. Голос подал только кирпичный директор.