Колхозное строительство. Дилогия (СИ)

  
Глава 11
 
Понятно, что среда – это строительная оперативка. Но на ней будут люди, к которым у Петра имелись некоторые просьбы и некоторые предложения. Потому он весь вечер вторника к этим просьбам и готовился. Первым делом нарисовал детскую коляску из будущего с большими колёсами на спицах и двумя рюкзачками, одним под коляской, вторым позади неё. Предусмотрел и ножной тормоз, блокирующий задние колёса. Сомнительных момента виделось только два. Первый – это резина колёс. Но ведь как-то наваривают резину на бандажи тележек для транспортировки алюминия. Второй – резиновое же покрытие металлической трубки на ручке коляски. Применять что-то типа изоленты не хотелось, по этому, пока Пётр решил, если не получится из резины, то сделать кожаное. А когда рисовал рюкзачки, нужно ведь каркас из сталистой проволоки изготавливать в ЛМЦ на заводе, то вспомнил, что несколько раз запинался о ранец дочери. То ещё убожество. Дерматиновый, тяжёлый с ужасными потрескавшимися дерматиновыми же лямками на дебильных карабинах. Пришлось и школьный ранец рисовать, тоже ведь проволочный каркас нужен и ещё две стяжечки желательно хромированные для укорачивания и удлинения ремней. Липучек, и ежу ясно, ещё нет, так что остановился на молниях. Зато карманОв не пожалел.
Самое сложное – это изготовить конструкцию для коляски из тонких трубочек и обязательно их захромировать или заникилировать. Пётр точно знал, что в ЛМЦ на заводе такая возможность есть. Вот с этими эскизами он и решил обратиться к Кабанову. А чтобы у того возникло желание это всё срочно изготовить припомнил из своего прошлого-будущего две неплохие "рацухи". Первая касалась кристаллизаторов для литья слитков из алюминия, вторая использование красного шлама. Обе в своё время внедрял сам, так что ни какого плагиата.
Рисуя коляску и рюкзачки, Штелле отметил одну вещь. В прошлом он так хорошо рисовать не мог. Нет, уж совсем, ни как курица лапой, но до передвижников далеко. Теперь же карандашные эскизы получались вполне, и можно даже сказать, выше среднего. Наверное, мышечная память реципиента, решил Пётр. А может и долгожданный рояль в кустах. На рояль вообще-то не тянул этот дар. Так, на баян. Вот, баян в кустах, отлично звучит.
На совещание он решил уступить ведущую роль Романову. Он и с людьми знаком и с самой процедурой. Михаил Петрович поудивлялся пару секунд, а потом задал правильный вопрос: "Зачем".
– Хочу со стороны понаблюдать, – нейтрально отмахнулся Пётр.
– Ох, и чудишь ты, Пётр Миронович, в последнее время. Ладно, хоть всё на пользу. Но – чудишь.
Да, ну и пожалуйста. Вот было бы смеху, если бы не зная имён, и кто чем рулит, принялся команды раздавать. Точно дурку бы вызвали.
Совещание прошло с пользой, практически всех персонажей определил, и кто чем заведует тоже. А вот когда дело дошло до автобазы? 12, пришлось "из тени выйти". Началось с отчёта о проделанной работе на Кирпичном заводе. Два погрузчика полностью восстановлены и для последнего сейчас на заводе изготавливают запасные части к самой раме и кроме того он был самый старый и ещё без гидроусилителя руля. Вот и его решили модернизировать, благо запчасти имеются. Кроме трёх погрузчиков отремонтировали и два грузовика для перевозки глины.
Вот тут директор 12 автобазы и взбрыкнул.
– Нам бы тоже помощь не помешала, а то, как и этим летом из-за отправки техники на уборочную кампанию стройки останутся без машин.
Точно ведь, Пётр, пролистывая подшивку газет, пару статей на эту тему отметил. Вот и пришлось вмешаться.
– Семён Ильич, – слава богу, хоть к этому времени имя-отчество у директора определилось, – Давайте так, вы составляете список всей техники, что у вас есть, даже если это студебекеры и они давно списаны. Составляете таблицу. В первом столбике марка машины и год выпуска. Во втором процент износа. В третьем – необходимый ремонт. В четвёртом – необходимые запчасти. В пятом Ваши пожелания. Ну, например, нужно прислать ПТУшников, или, нужно выточить на заводе какую-то деталь. Понятно?
 
– И что пришлёте и выточите? – насупился "Ильич".
– А почему нет? Все понимают важность вашего предприятия и если, это не сорвёт более важных планов, то будем помогать. А иначе, зачем мы здесь вообще собираемся? Я ваши отчёты мог бы и на бумаге прочитать. Прошу всех уяснить, что это наш город, и мы будем его строить. Ни какой дядя из Москвы не приедет. И мы построим самый красивый город на Урале. Не сможем восстановить технику своими силами, я буду пытаться это сделать через обком партии. Мы живём в Советском Союзе, а не на капиталистическом Западе. Это там человек – человеку волк. А у нас – соратник по борьбе с волками. Если вопросов больше нет, то все свободны. А вас Анатолий Яковлевич я попрошу остаться, – жаль, что фильм про Штирлица ещё не снят, никто юмор не оценит.
Стоп, надо поговорить с Машенькой, там есть замечательная песня. А ещё ведь и песню "С чего начинается Родина?" никто не написал. Это упущение.
– Я так понимаю, что опять, что-то за кого-то делать надо? – карикатурно сморщился Кабанов.
– Вот посмотри, дорогой товарищ директор, мои каракули и скажи, сможет мне ЛМЦ помочь или нет. Это мои шкурные интересы, хочу иметь самую красивую в городе коляску, – Пётр протянул Кабанову свои эскизы.
– Ого! – директор алюминиевого завода уважительно покачал головой, – И нарисовано бесподобно и придумано здорово.
– Вот от тебя, если возьмёшься, каркасы из проволоки для четырёх рюкзаков и сама конструкция коляски. Остальное ателье сделает.
– Ну, почему бы не помочь хорошему человеку. Только два нюанса, как ты любишь выражаться. Первый – что делать с тысячей просьб: "сделать такую же"? Второй – тут ведь хромировать надо, и трубку очень тонкую, а может алюминиевую даже, чтобы не получилась чересчур тяжёлая. Время терпит?
– Ну, через год уже не нужна будет, а неделю жена на старой покатает наследника, – усмехнулся Штелле и подал Кабанову маленькую бумажку, на которой было написано: "Медный кристаллизатор".
– Это я так понимаю ответный дар. Пояснишь?
– Вы в электролизном отрубаете медные спуски от анодных штырей и отправляете их в металлолом. Если отголтовать их в барабане в ЛМЦ и переплавить у них же в печи СМБ, то можно отлить медный брус. Потом этот брус можно проковать в кузнице и в механическом цехе прострогать, а потом профрезеровать в "Г" образный профиль. Ну, а дальше всё, как и с алюминиевыми кристаллизаторами для литья слитков. Только медный прослужит гораздо дольше и можно чуть увеличить скорость литья, так как теплоотдача выше, а значит, поверхность будет чище, подойдёт под знак качества, – Пётр закончил и смотрел на директора завода, сейчас тот спросит, откуда он это взял. И что отвечать?
– Даже не буду спрашивать, откуда ты всё это знаешь. Стой, а ведь можно переплавлять все медные отходы и не сдавать в металлолом, а продавать. Нужно только узнать, что именно востребовано. Спасибо, Пётр Миронович. Это ведь куча денег. Сам лично буду контролировать изготовление твоей коляски. Оперативку утреннюю с неё буду начинать, – Кабанов привстал и пожал первому секретарю руку.
– Хорошо, что тебе моя идейка понравилась. Так как есть у меня ещё одна. И она может, пока не разберёшься, сразу и не понравится. Но уверяю, пользы от неё в разы больше, чем от кристаллизаторов, – подал ещё один листок директору Штелле.
На нём был нарисован изогнутый кирпич – пехотон.
 
– Объясни.
– Если взять просушенный красный шлам. Можно со шламполя, и прокалить его, скажем в печах для закалки марганцовистого литья, то получим порошок красивого красновато-коричневого цвета. Потом делаем разборную форму для нескольких таких кирпичиков и заполняем её бетоном с очень мелкой каменной крошкой, а верхний сантиметр заполняем смесью цемента, песка и прокалённого шлама. Получаем прочнейший кирпичик с красным верхом. Затем делаем песчаную подложку, укладываем не очень плотно кирпичики, и снова засыпаем песком, потом поливаем водой и снова засыпаем. А в конце просто сметаем лишний песок. В результате можно делать красивые красные тротуары, а можно и всю площадь перед заводом замостить. Будет лучше, чем в Москве.