"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Какая прекрасная идея.
Только у меня кончился кофе. И терпение. Молодой на диване, князь, судя по всему, не вооружен и вообще ничего не предполагает, пятеро амбалов в чем-то вроде резиновых сплошных комбинезонов и у них есть дубинки, твердые и короткие. Можно приступать. Не стоит искушать время, по моим следам могут прийти. Тут же есть магия.
Вхожу расслабленно и с улыбкой, точно также как подходил к брату нашего Юры. Всё, чего я хочу добиться от подобного поведения — секунды, а может, парочки, для оценки ситуации. Они у меня есть, потому что никто не ждёт испанскую инк… извините, нервы. Конечно же, я имел в виду молодого и слегка окровавленного человека в камзоле, чьи полы прикрывают два револьвера в руках.
Четверо у стены, стоят в ряд, как хорошо вымуштрованные солдаты. Странная броня, сильно напоминающая обмундирование мастеров по взрывному делу — дутая, серая, упругая. Пальцы у перчаток толстые, размером с сардельки, использовать такими обычное оружие невозможно. Седой худощавый человек за столом, острые глаза, острый нос, залысины, он еще не понял, кого видит. Его руки на столе, они пусты. Пятый «серый» стоит у окна, разворачивается ко мне. Тоже условно безопасен. А вот Юрий, молодой, горячий, взвинченный, сидящий на диване возле беспамятной Арии, он, этот молодой человек, как и полагается всем горячим молодым людям — вооружен. Плюс имеет гримуар, которым умеет пользоваться. Первая пуля ему.
Звука выстрела как такового нет. Револьверы вообще не то оружие, из которого надо палить залихватски, но можно, если расстояние смешное, а целей много. Так что я стреляю так, что грохот от двух опустошаемых барабанов сливается в одну короткую злую трель.
Голову Юрия откидывает назад, проделывая вместо носа дырку, с выходным отверстием во весь затылок. Мозг парня красиво разбрызгивается на портьеру. Следующие две пули в графа, но там что-то не так. Остальные распределяю по здоровякам в серой резиновой броне.
И…
…падаю на одно колено, извлекая из голенища «Рубикон». Я еще ничего не понял, но действую на автомате, отправляя по две пули в головы каждого из присутствующих. На всех магазина не хватает, поэтому человеку у окна, уже начавшему ко мне двигаться, ничего не достается.
Даже успеваю подняться, отбрасывая опустошенный пистолет. И улыбнуться.
А что еще остается, когда все выжили? Графа защитила… магия? Я видел короткие проблески чего-то, напоминающего силовое поле, в десятке сантиметров от его лица, когда в него летели пули. Его людям хватило защиты костюмов, не полностью, вон как стонут, а парочка даже упала и неловко пытается подняться, но ран нет, точно.
Фиаско.
Стоявший у окна богатырь в серой броне бросается на меня, растопырив руки, но мне достаточно лишь отшагнуть в сторону, одновременно активируя перед собой Щит, чтобы отбросить тяжеленного мужика прямо на его ошеломленных коллег. Физика тут, конечно, курит в углу, но не могу сказать, что этому не рад. Тяжелые мягкие фигуры, бормоча проклятия, возятся в углу, а я стою и смотрю в глаза князю.
— Юрка… — бормочет тот в прострации, — Ты Юрку… убил.
— Определенно убил, — соглашаюсь я. Сложно спорить, вон тело лежит, воспитанно закинув простреленную голову на изголовье дивана и не особо пачкая лежащую баронессу. Прямо как у его второго брата. Первый таким аккуратным не был. Хотя, тут стоит уточнить, — Не только его, конечно, Ваше Сиятельство.
Князья, графы, они как в 18−19-ых веках тут. Есть, конечно, мощные феодалы, но есть и просто носители громкого титула с небольшими земельными владениями. Вроде Екатерина Вторая любила княжить каждого, кто ей интересно вставил. Так и сидящий в шоке человек, с непониманием таращащийся на меня. Он, конечно, богат, влиятелен и известен, но на владетеля территории соразмерной с государством Европы не тянет совершенно, иначе бы его семья на протяжении поколений не ввинчивалась в разные авантюры…
— Всем стоять! — неожиданно ожил пожилой человек, сидящий за столом. Его взгляд приобрел осмысленность, а вот голос, наоборот, охрип, — Что… ты… имел… в…
— Я всех убил, — Щит продолжаю держать перед собой, — Убью и вас, князь. Не стоило вам лезть в это дело…
— Кого… всех? — бледнеет Ренеев. Его люди, поднявшись на ноги, дисциплинированно ждут. В их руках действительно есть толстые дубинки. Однако…
— Всех, — повышаю градус интриги я, — Кроме поварих. И водителя.
На самом деле болтаю, чтобы выиграть время. Бить или бежать? Второе нельзя, человек бросит все силы на мое устранение, в долги залезет, душу продаст. Значит, бить. А чем? Огнестрел неэффективен, нож в рукаве кажется шуткой, электричество… не годится. Заклинания? С этим проблемы. Нет у меня в рукаве «первого набора» достаточно мощной магии, чтобы поразить людей через эти костюмы. Да и опасно убирать Щит. Нужно отдать инициативу. У меня есть план. Последнее даже радует, потому что именно у меня, а не у рефлексов Эмберхарта.
— Как… всех? Андрюшку… тоже? И… Василия? — картина мира у человека явно трещит по швам, а его бронированные подчиненные глухо ропочут.
— Не уверен насчет «всех», — честно отвечаю я, — Но если у вас только трое сыновей, то я сегодня добрался до мозга каждого из них, Ваше Сиятельство. Удивительно, он даже у Юрки обнаружился…
Предельно жестокие слова заставляют человека схватиться за сердце. Да, тут люди гораздо мягче, чем в моем мире, более наивны, доверчивы и… душевны, что ли. Я могу сильно злиться на эту семейку идиотов, влезших в чрезвычайно важную операцию государства, могу беситься за Арию, но сейчас даже слегка сочувствую. Увы, у меня нет способа убить князя, не выведя его из себя.
— Взять… его! — страшно хрипит старик, простирая ко мне руку. Его глаза вытаращены, а рот издает почти нечленораздельные звуки, брызгая слюной, — Взять… его!
Пятеро массивных туш тут же устремляются ко мне, толкаясь и занося дубинки над головами.
Дождавшись, когда бойцы начнут обходить полусферу моего щита, отключаю его, отпуская гримуар, а сам вновь падаю на одно колено, убирая голову с пути дубинок. Мне, конечно, достается несколько слабых тычков, но люди в резиновой броне, сгрудившиеся надо мной, мешают друг другу. А я получаю возможность к ним прикоснуться…
И подержаться.
— Вы чего замерли, ироды?! — срывается на визг вскочивший из-за стола князь.
— Умерли они, Ваше Сиятельство, — вежливо говорю я, поднимаясь и толкая стоящую к князю спиной фигуру. Та падает и разбивается… наполовину. Промораживал я хлопцев в районе живота и груди, быстро, лишь бы только легкие схватились. Человек с наглухо промороженными легкими жить не умеет.
Красно-серебристое крошево с серыми нотками кристаллизованной резины засыпает пол вокруг меня. Легко узнаваемое, насколько я знаю.
— Сильвер… хейм, — бормочет аристократ. Его руки трясутся как у запойного алкоголика.
— Повторюсь, — я встаю напротив князя, между нами метров пять частично запачканного паркета, массивный стол и море наконец просыпающейся в человеке ненависти, — Вы влезли в очень крупную игру. Даже без моей помощи в течение пары часов ваше семейство бы казнили…
— Сдохни, выродок!!! Огненная плеть Макабра!!
Я принимаю на Щит вражескую магию. Она куда серьезнее того, что могут студенты-ревнители. Эта пламенеющая нить, с оттяжкой бьющая по моей защите, того же уровня опасности, что и демонстрируемые Арией заклинания. А у нее, опять же, специальный огненный гримуар.
— Выброс Харатаса!
— Изъян Валитура!
— Гнев Альтиды Веритас!
— Огненная плеть Макабра!
Обезумевший князь долбит в Щит одним заклинанием за другим, он размахивает правой рукой, левой направляя на меня свою чернокнигу. Я стою, морщась от последствий разбрызгиваемых о щит опасных энергий, почти скрытый ими от противника. На этом расчет и строился — я планировал вывести его из себя до такой степени, чтобы аристократ начал осыпать меня заклинаниями, не считаясь ни с чем. Со своей непривычной к подобному энергетикой, к примеру.