"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— «Черная осень» — это не боевая, а усиливающая модель, очень требовательная к носителю. И тот экземпляр, что у меня есть — настроен исключительно под мои параметры. Точно также, как экземпляр Его Превосходительства принца Андрея сможет использовать только его владелец. Если сомневаетесь в моих словах — позвоните брату.
Звонить старшим родственникам Николаю определенно не хотелось. Похоже, он сам не понимал, зачем попросил меня о частном уроке в субботу, от чего злился еще сильнее. Мне было все равно. Навстречу просьбе я пошёл, потому что даже небольшой шанс убрать непоседливого принца из творящейся в Петербурге движухи того бы стоил. Хотя, убрать? Нет-нет, вреда от него пока мало, зато вот шансы на то, что Мария Харитоновна вернется в город после высочайшего втыка — стремительно падают с его возможным отъездом. Но и обострять отношения с подростком не имеет никакого смысла.
— Помогите мне выбраться из этого гроба! А заодно составите компанию за завтраком!
Коля нарывался, я не поддавался, находящиеся поблизости гвардейцы чувствовали испанский стыд, принц это ощущал и бесился еще сильнее. Кормили у него в гостях, кстати, не особо вкусно, но я всё равно бодро лопал. Попробуйте два часа командовать злобным подростком на свежем воздухе, еще и не так проголодаетесь!
Комедия так и не стала трагедией. Поняв, что мое самообладание он не шатает, Колян Батькович, проваливший все проверки на провокацию, неожиданно разродился полезной информацией, сообщив, что его глубокоуважаемая маман изволит прибыть через неделю назад, а через три недели планирует устроить большой приём, на который будут приглашены все Истинные Санкт-Петербурга. Мы с женой в том числе. После чего мне в удивительно мягкой форме было предложено убираться.
Отлично! Сразу два места и даты, где я смогу себе найти убить одну вредную акаи-бата! Правильно говорят, что вежливость и терпение приносят хорошие результаты!
— «Ну да, а еще слава опытного дуэлянта и убийцы, способного вырезать людей пачками. Не обратил внимания на то, насколько были напряжены гвардейцы?»
— «Странно, что вообще были. Принца я бы все равно хлопнуть успел»
— «Все-таки, Дайхард Кейн, если с тебя и меня сорвать шелуху цивилизации, то под ней будут два совершенно одинаковых зверя»
— «Меня удивляет, что много чего переживший ты, лорд Эмберхарт, пытаешься равнять свою и мою ситуации по меркам и нормам обывателя. Как будто наш современник, человек из 2020-го года, является какой-то высшей нормой для других миров и ситуаций. Ничем он не является! Лишь одним, из восьми миллиардов никого, научившихся жить дружно всего лишь пару десятков лет под угрозой ядерного огня! И то, мы оба прекрасно знаем, что мир, покинутый нами, был „цивилизован“ лишь для показухи. Война шла между системами. Здесь и сейчас, в твоем мире и этом, она продолжает идти между людьми»
— «Ты для меня — постоянный повод для ностальгии, Кейн. Но с каждым днем я вижу между собой и тобой все меньше различий, хоть уже почти и не влияю на твои суждения»
Вот так, мирно рассуждая сам с собой на темы бытия, определяющего сознание, я и занимался дома составлением малого арсенала, частично расположенного на стойке обслуживания силовой брони. Саму стойку занимала моя личная «черная осень». Неподалеку в кресле сидела костина гоблинша, угощающаяся пирожками. Я временами искоса бросал на неё взгляды, пытаясь понять, насколько плотно эту девчушку успела заинструктировать, прежде чем отправить ко мне.
Вроде бы… ни насколько. Азовские эйны-прислуга, благодарные, что дал хозяину выспаться, уже рассказали, что зеленая та еще простушка, которой бы пожрать, поспать, ну и «это самое». Да, живенькая, смышленая, но никаких подозрительных вопросов она никому не задавала, из особняка выходить и не думала, хотя любила смотреть в окно. И шкодить сама с собой в шкафу.
— Всё, Зеленка, — приготовив свой комплект «смотрите, какой я красивый и из портала», я распрямился, довольно потирая поясницу, — Давай приступать к чтению.
Юная гоблинша очень грустно вздохнула, а затем принялась вытирать ротик полотенцем. Ей предстояло им очень хорошо поработать…
Остаток выходных я провел, мучая гоблиншу, учебники и карты. Эта самая Зеленка, будучи совсем не в курсе, что я давным-давно выгнал её сородичей, честно переводила каждую страницу, не особо задумываясь над содержанием, а моё понимание гоблинской цивилизации на Гарамоне росло как на дрожжах. Основные нации, их обустройство, войны, важность существования этих самых дикарей и постоянной войны с ними, много-много пропаганды насчет «учиться, учиться и еще раз учиться». Вскоре я уже был в курсе, какие страны на Гарамоне наиболее развиты, а также местоположение их столиц. Оставалось только выбрать дальнейший маршрут и средство доставки в эти столицы как меня, так и моей брони.
Ах да, надо будет еще заказать моим зеленым «друзьям» пару чехлов, покрытых каваром, чтобы хранить заряженные арканитовые стержни вместе с броней. Тогда она, как и запас оружия, всегда будет у меня под рукой.
Обеспечив себе небольшую страховку, я с понедельника занялся обучением студентов и планированием будущего покушения на императрицу. Кровь не кровь, а русский дух требует пустить её поезд под откос! Шутка. Но с долей правды. В одном из вагонов несущегося поезда акаи-бата будет находиться в максимально уязвимом положении. Надо только разузнать о том, какую магическую защиту используют на поездах императорской фамилии…
С таким вопросом абы к кому не подойдешь, но у меня тут неподалеку имелась жена. А она, кроме того, что умница, красавица и директор школы, еще к тому же бывшая Тернова, из рода, который поколениями охранял монаршьи семьи на Руси от сглазов, проклятий и прочих угроз.
— Дорогой… — многозначительно промычала супруга, умудрившаяся где-то раздобыть на свою голову несколько кип каких-то бумаг, которые она просматривала, когда я ворвался со своими вопросами, — Ты насколько в своем уме?
— Полностью, вроде бы, — я с сомнением посмотрел на дочь, удерживаемую в руках. Алиса Кейновна ответила тем же.
— Ты хочешь, чтобы я нарушила присягу? — осведомилась брюнетка, присоединяясь к нашему параду сомнения, — Вот так, просто?
— Гм, не подумал, — покаялся я. Действительно, теперь даже чучело знаменитой совы смотрит на меня с осуждением.
Отложив бумаги, Кристина встала, подошла к окну, а затем, подняв руки, принялась копаться в прическе. Сейчас она у неё была короткой смешной шапочкой-каре. Пару своих длиннющих кос жена недавно потеряла. Поняв намек правильно, я опустил дочь в кроватку, а сам подошёл к супруге сзади, принявшись разминать плечи. Через пару минут еле слышных блаженных стонов, она откинулась назад, уперевшись затылком в мой живот.
— Я сама всё спланирую, — пробубнила бывшая Тернова, — Всё распишу, всё учту. Прямо как на одной из тренировок. Положу где-нибудь здесь. Мои бумаги никто без спроса не трогает. Совсем никто, понял⁈
— Понял, — поцеловал я макушку любимой женщины, — Всё понял.
У Терновых появился шанс вернуть должок. Верность, честь, преданность — прекрасные вещи, но они очень требовательны к тем, к кому приложены. Император обошёлся с боярским родом Терновых по-свински, мягко выражаясь. Грубо говоря, пытался их прогнуть, сломать, извратить под свои нужды. Превратить верно служащих ему с честью телохранителей в проклинателей и палачей. Да, эту игру он проиграл, не стал доводить пикировку и торги до вражды, получил при этом «выкуп», позволивший монарху закрыть глаза на непокорное семейство, но осадочек… он остался.
Присяга? Она нарушена не будет. Просто какой-то злоумышленник украдёт из кабинета княгини крайне важные документы. Всё будет ровно в том же ключе, в котором к боярам отнесся тот, кто сидит на троне. Тот, кто поставил свои нужды выше чести, достоинства, веры и принципов. И плевать, кого мы тут убиваем, человекоподобную императрицу или акаи-бата.
Изначально я вообще не думал трогать её самостоятельно. Хорошие отношения с наследником, достаточно неплохие с императором, высокое положение в обществе и банальный опыт удачных расправ над акаи-бата гарантировали неплохие шансы того, что император максимально серьезно воспримет меня, если я ему скажу о телокраде. Либо не я, анонимный донос, доставленный каким-нибудь убедительным способом, тоже мог бы сработать.