"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Прости, Егор, — Кристина поджала губы. — Но сиди на месте и не дёргайся.
— Ладно, — согласился тот.
Саша помог Кристине исследовать территорию около десяти квадратных метров. Норы располагались близко друг к другу, расстояние между ними не превышало десяти сантиметров. Так что Кристина ощущала себя цирковой артисткой, балансирующей на канате. Несколько раз она теряла равновесие и едва не падала в чёрные провалы. В первый раз её попытался подхватить Саша, но сам чуть не улетел в нору. Так что дальше они договорились просто… наблюдать. Как бы странно это ни звучало, но лучше уж упадёт один, а не оба. Чем дальше они продвигались, тем чётче понимали — с Егором на плечах они не пройдут. Норы не заканчивались, а их размеры постепенно увеличивались. Кристина мысленно перелистывала все энциклопедии о монстрах, которые прочитала, но упоминания о чём-то подобном так и не вспомнила. Ядозубы что, выводят новые виды чудовищ? Она уже привычным движением бросила кроссовок вперёд и вдруг почувствовала, как что-то влажно лизнуло её по пятке. Первое ощущение — неприятная влага. Второе — лёгкое жжение. Третье — дикая боль. Она отшатнулась, её нога провалилась в яму, и Кристина грохнулась на спину. Её плечи и лодыжки зацепились за края ямы, а бёдра и туловище висели над пропастью. Она с ужасом почувствовала, как нечто влажное проходится по её ноге — от колена и выше. И опять сильнейшая мучительная боль разлилась по её телу.
— Держись! — закричал Саша. Он опустился на живот на узкую полоску твёрдой земли между ямами и схватил Кристину за шиворот. С невероятным трудом он приподнял её и помог ей выбраться на поверхность. Вдруг он вскрикнул, что-то прошипел сквозь зубы и приказал: — Возвращаемся, быстро.
Не оглядываясь, Кристина поспешила обратно, к Егору. Нога невыносимо болела, но Кристина справилась — добралась до пятачка у металлической двери, где не было дыр, и упала рядом с Егором. Саша со стоном рухнул перед ней, и Кристина увидела, что весь его правый бок, включая руку, ногу и правую сторону лица, был облит… кровью? Нет, с него сняли кожу. Буквально освежевали. Саша потерял сознание, и Кристина накинула на него заклинание, останавливающее кровотечение. Правда, один нюанс — это заклинание обычное, бытовое, и использовали его для царапин. Что за монстр это сделал? Её взгляд упал на собственную ногу, и она охнула — с неё тоже содрали кожу! Значит, то влажное прикосновение… Благодаря адреналину, Кристина на какое-то время забыла про боль, но сейчас нога снова начинала гореть огнём.
— Мы умрём от болевого шока, — констатировала она и сама удивилась своему хладнокровию.
— Не умрёте, — внезапно заявил Егор и активировал первую ранговую способность. С его руки закапала слизь, и он щедро плеснул её на Саша и Кристину, превращая освежёванные части их тел в желешки. Кристина с изумлением поняла, что это помогло. Боль ушла! Саша вздрогнул, помотал головой и открыл глаза.
— Спасибо! — Кристина порывисто обняла Егора. — Я бы до такого не додумалась!
— Если бы мои родители это услышали, они бы от гордости умерли, — разулыбался Егор.
— Что… Что произошло? Почему я — желе⁈ — возмутился Саша.
— Егор спас нас от смерти, — пояснила Кристина. — Правда, мы не сможем двигаться дальше и умрём чуть позже от голода, но и то хлеб.
На слове «хлеб» желудок Саши громко заурчал, и они покатились от хохота. Это был истерический смех, но им значительно полегчало, напряжение отступило.
— Классный каламбур, — похвалил Саша, и внезапно его глаза округлились. Он уставился на провалы. Кристина проследила за его взглядом и гулко сглотнула: из нор вылезало нечто розовое, блестящее и шершавое на вид, сильно смахивающее на здоровенные мерзкие языки. Они переваливались с бока на бок и тянулись к ребятам, отвратительно чавкая. На одном из Языков Кристина увидела лоскут своих брюк.
Она отодвинулась подальше от дыр, прижавшись к металлической двери спиной, и пробормотала:
— У меня есть ещё один каламбур. Как корова языком слизала. Как вам?
   
Глава 24
 
Столица Ядозубов, особняк Креогана.
Крогги, почтительно поклонившись, просеменил в центр комнаты и на всякий случай отвесил ещё один поклон. Он опасливо косился по сторонам, стараясь держаться подальше от грозной охраны. Креоган молча наблюдал, как Крогги топчется с ноги на ногу и на его морде всё заметнее проступает страх и отчаяние. Выдержав несколько секунд и доведя Крогги до полуобморочного состояния, Креоган фальшиво улыбнулся и приказал накрыть на стол — лучший чай из диких трав и свежий десерт. Он очень любил пирожные, сделанные из Красных Язычков — хищных растений, которые растут высоко-высоко в горах. Он даже приказал вырастить их в Пещере Изгоев — ему нравилось наблюдать, как Красные Язычки убивают преступников, буквально зализывая насмерть. Крогги громко сглотнул, нервно загибая когтистые пальцы, и отступил на пару шагов. Он пришёл сюда в надежде получить хорошую награду — например, денег на год вперёд или хотя бы небольшой домик на окраине столицы… Но теперь ему казалось, что его вот-вот прикончат. Вон как охранники на него недобро пялятся.
— Так что ты мне хотел рассказать? — поинтересовался Креоган, разлив чай по чашкам и протянув одну из них Крогги. — Слухи? Сплетни? Новости, которые меня порадуют?
— Вряд ли порадуют… — сдавленно пробормотал Крогги и вжал голову в плечи. — Я бы сказал, совсем не порадуют, — он поперхнулся от волнения и закашлялся. Переведя дыхание, от протараторил: — Жалкие людишки очень нравятся народу! Невероятно нравятся! Я только и слышу от всех своих родственников: «Ах, какие они самоотверженные, какие дружные, как ловко расправляются с монстрами!» Никто не болеет за то, чтобы их сожрали чудища или прирезали Изгои! А вчера, вчера… Жок-Людоед был любимым преступником моего деда. Дед только за него и переживал, говорил, что только Жок и выживет в Пещере Изгоев! А что сегодня? Сегодня — он радуется, что людишки его скормили Щупокрылам! — Крогги понизил голос, наклонился вперёд и доверительно проговорил: — А Бигл заявил, что людишки обязательно выберутся из Пещеры! Представляете? Все только об этом и болтают!
— И что же ты делал? — вдруг спросил Креоган.
— В смысле? — Крогги ошарашенно распахнул рот.
— В прямом. Что ты делал, когда они говорили эту чушь? Ты пытался их переубедить? Объяснял, как они не правы? — Креоган поднял чашку и сделал глоток чая, не отрывая пристального взгляда от Крогги. — Что должны делать слуги, когда их господина оскорбляют? Они обязаны его защищать. Так я об этом и спрашиваю. Ты защищал меня?
— Но они же… Они же не вас… — жалко проблеял Крогги.
— Меня! — рявкнул Креоган и с грохотом жахнул чашкой об стол с такой силой, что она треснула, а горячий чай брызнул в лицо Крогги. — Они должны были возненавидеть людишек! С наслаждением смотреть, как их убивают монстры! Тупой мешок с дерьмом, ты разве не понимаешь⁈ Вот здесь, — Креоган постучал по лбу Крогги костяшками, — в их пустых коробочках, должна была появиться одна простейшая мысль! Что людишки — это те же преступники. Мрази, каннибалы, убийцы, насильники! Никто не должен был разбираться! Они должны были сидеть перед экранами и радоваться, что я даровал им такое замечательное развлечение! А ты мне говоришь, что Ядозубы полюбили людей. Что они болеют за них… Ты осознаёшь, что это предательство⁈
— Предательство? — Крогги отрицательно помотал головой. — Нет, нет… Я не предатель, и мой дедушка тоже не предатель… Просто мы не понимали… Да, мы же не понимали! Мы не понимали вашего великого замысла, но теперь я понимаю и буду вас защищать! Я всем объясню, что людишки — это преступники, что…
— Заткнись! — тихо произнёс Креоган, но прозвучало это неожиданно громко. Крогги даже почудилось, что его оглушил этот вкрадчивый шёпот. — На первый раз я тебя прощаю. Надеюсь, ты запомнишь моё милосердие и докажешь свою преданность. Продолжай следить за соседями и своей семьёй. Если что-то услышишь… Что угодно, что может угрожать моей власти, — сразу же беги ко мне. Если ещё раз сплохуешь, я брошу тебя к человечкам, в Пещеру Изгоев.