Старшая ветвь (СИ)

— Я не ожидал, что оно окажется таким сильным, — растерянно ответил Серебряков. — Думал, что уже успокоил его, но заклятие меня обмануло.
— Так ведь Александр Васильевич вас предупреждал, — заметил Зотов.
Он бросил взгляд на купца Порфирьева.
— Кажется, он умер, — сказал Зотов. — Счастье еще, что не рассыпался в пепел.
Наклонившись над сундуком, Зотов быстро проверил пульс купца.
  
— Нет, он жив. Вам повезло, господин Серебряков, что вы не убили свидетеля.
Серебряков устало покачал головой и вытер пот, который выступил у него на лбу.
— Вашего свидетеля спас не я, а Александр Васильевич, — честно сказал он. — Каким-то образом господин Тайновидец частично принял на себя удар темного заклятия. Но я ума не приложу, как именно он это сделал.
Зотов повернулся ко мне.
— Заклятие ударило и по вам? — спросил он. — Как вы себя чувствуете?
— Ничего, — ответил я, — почти нормально.
— Вы ведь не просто так хотели остаться в кабинете, — прищурился Зотов. — Вы что-то предчувствовали.
Я пожал плечами.
— Может быть, не знаю.
— Я должен вас поблагодарить, Александр Васильевич, — начал Серебряков.
— Это купец Порфирьев должен его благодарить за то, что остался жив, — перебил менталиста Зотов.
Затем Никита Михайлович распахнул дверь кабинета и резко крикнул:
— Целителя сюда!
  
Глава 21
 
В коридоре послышался торопливый топот. Кто-то из сотрудников Тайной службы бежал за целителем. Зотов снова посмотрел на меня.
— Александр Васильевич, вам нужна помощь целителя? — спросил он.
Я покачал головой.
— Нет, мне бы лучше крепкого кофе.
— Я сделаю, — кивнул Серебряков и торопливо вышел из кабинета.
Кажется, менталисту было неловко смотреть мне в глаза.
Зотов посмотрел ему вслед.
— Не ожидал я, что он так ошибется. Предчувствие вас не подвело, Александр Васильевич. Вы спасли свидетеля, и я очень вам благодарен.
— Не за что, Никита Михайлович, — поморщился я.
Пока целитель приводил в сознание купца Порфирьева, Серебряков принес мне кофе.
— С молоком, — сказал он.
Я благодарно кивнул и сделал большой глоток, держа кружку двумя руками. Кофе слишком горчил, но он оказался горячим и крепким — именно то, что нужно.
— Спасибо, — улыбнулся я.
Менталист молча кивнул, достал из кармана темные очки и снова надел их.
Тем временем целитель хлопотал над купцом Порфирьевым. Он дал купцу что-то понюхать. До меня донесся резкий и неприятный запах. Купец чихнул и открыл глаза. Затем попытался сесть.
— Помогите ему, — сказал Зотов целителю.
Целитель помог Порфирьеву принять сидячее положение. Купец сидел в сундуке, растерянно крутил головой и смотрел на нас.
— Где я? — хрипло спросил он.
— В управлении Тайной службы, — ответил ему Зотов.
Затем кивнул менталисту.
— Господин Серебряков, помогите свидетелю выбраться из сундука.
Серебряков и целитель помогли Порфирьеву подняться. Купец с трудом стоял на ногах, его качало из стороны в сторону. Но он был в сознании и, самое главное, жив.
— Вы способны говорить? — спросил его Зотов.
— Да, — слабо ответил Порфирьев. — Кажется.
Его крупные руки дрожали.
— Никита Михайлович, на вашем месте я уступил бы господину Порфирьеву ваше кресло, — посоветовал я. — Хотя бы на время. Это поможет ему скорее прийти в себя.
Кресло начальника Тайной службы обладало удивительным магическим эффектом. Каждый, кому удавалось хотя бы полчаса посидеть в этом кресле, чувствовал удивительный прилив бодрости.
— Вот ещё, — недовольно проворчал Зотов, но всё-таки выкатил кресло, поставил его перед столом и сказал, обращаясь к целителю:
— Сажайте его сюда.
Целитель осторожно усадил купца. Зотов поставил себе табурет, сел напротив Порфирьева и через стол наклонился к нему.
— Я начальник Имперской Тайной службы, — представился он. — Извольте отвечать на мои вопросы. Вы знаете, кто наложил на вас темное заклятие?
Порфирьев со страхом смотрел на Зотова и молчал.
— Так знаете или нет? — повысив голос, повторил Зотов.
Купец судорожно кивнул.
— Ну, и кто же? — резко спросил Никита Михайлович.
Порфирьев замотал головой.
— Нет, ваше высокоблагородие, увольте, — хрипло ответил он. — Не скажу и не спрашивайте. Нет, я ещё жить хочу.
Зотов устало поморщился и потер лоб ладонью.
— Позвольте мне поговорить с господином Порфирьевым, Никита Михайлович, — предложил я.
Зотов с сомнением посмотрел на меня, но затем неохотно кивнул.
— Хорошо, Александр Васильевич, попробуйте.
Я допил кофе и поставил чашку рядом с собой на потёртую служебную тумбочку.
— Господин Порфирьев, вы хорошо меня слышите?
Купец с трудом повернул голову и испуганно посмотрел на меня.
— Давайте поговорим, — с дружелюбной улыбкой предложил я.
— Пощадите, ваше сиятельство, — взмолился купец, — я ещё жить хочу.
— В таком случае поверните кресло, — с улыбкой посоветовал я, — иначе вы рискуете свернуть себе шею.
Целитель и Серебряков помогли купцу Порфирьеву сесть поудобнее.
— Не нужно бояться, — спокойно сказал я ему. — Темного заклятья на вас больше нет. Его уничтожил наш менталист.
— Знаю, — с облегчением закивал Порфирьев, — я это почувствовал и почувствовал, как вы мне помогли, ваше сиятельство. Но только всё равно не спрашивайте меня ни о чем. Уж очень страшно.
— Ладно, — покладисто кивнул я, — задавать вам вопросы я не стану. Просто расскажу, как было дело, а вы можете или подтвердить мои догадки, или опровергнуть их. Согласны?
Купец молча кивнул. Никита Михайлович внимательно слушал, хмуря брови.
Я покосился на него и начал рассказывать.
— Итак, господин Порфирьев, жили вы себе в Вологде и думать не думали ни о каком корабельном лесе. Я прав?
Порфирьев кивнул.
— Торговали рыбой и солью, честно зарабатывали деньги. Пока всё верно?
Я дождался ещё одного кивка и продолжил:
— А затем вас нашёл адвокат Юрий Андреевич Стригалов. Он прибыл из столицы и втерся к вам в доверие.
На лице Порфирьева появилось испуганное выражение, и я ободряюще улыбнулся ему.
— Вам не нужно больше бояться, господина Стригалова. Он не сумеет вам повредить. Итак, я продолжаю. Господин Стригалов пришёл к вам и предложил выгодную сделку — купить за пятьдесят тысяч золотых червонцев корабельный лес. Я не ошибаюсь?
Купец замотал головой, потом спохватился и кивнул.
— Всё верно, — хрипло сказал он.
— Конечно, вы не сразу поверили Стригалову, — улыбнулся я, — вы очень осторожны в делах, иначе не сумели бы так разбогатеть. Но чем-то Стригалов вас взял. Я думаю, что он нащупал ваше слабое место, узнал о каком-то вашем страхе и обещал вам помочь. Так было дело?
Порфирьев изумленно смотрел на меня.
— Вы провидец, ваше сиятельство?
— Нет, — рассмеялся я, — просто хорошо знаю господина Стригалова. Так что это был за страх? Чего вы боялись? Расскажите.
— Конкурентов я боялся, — хрипло ответил купец. — Знаете, сколько у нас народу ушлого? Почитай половина Вологды, рыбой торгует и солью. Цены сбивают, сети друг другу рвут, лодки топят. Мне в прошлом году причал сожгли.
— Значит, вы боялись разориться?, — понял я.
— А кто же не боится, ваше сиятельство? — Порфирьев пожал широкими плечами.
— И господин Стригалов обещал вам помочь?
— Так точно, — кивнул купец. — Взялся он за это дело с причалом, взбудоражил нашу местную полицию. Да и нашёл поджигателей и засудил их. Я даже возмещение за ущерб получил.
— Вот как? — удивился я. — Разумеется, после этого вы стали доверять Стригалову.
  
— Конечно, — закивал Порфирьев, — а как иначе, он ведь свои слова делом подтвердил.
— Очень хорошо вас понимаю, — улыбнулся я. — Но позвольте я продолжу. После того, как Стригалов помог вам найти поджигателей, он снова вернулся к сделке с корабельным лесом, и вы поняли, что уже не можете ему отказать.