Пришествие Зверя. Том 3

Тейн еще час стоял навытяжку, пока над исполинскими шпилями Терры поднималось солнце, а внизу поочередно выстраивались шеренги воинов и бронетехники. Толпы непрерывно пели и вопили. В небе стремительно пролетали атмосферные суда и пустотные истребители, выпускавшие фейерверки или искристые веера направленных энерголучей.
Наконец последний из героев замкнул построение. Армия внизу охватила трибуну Максимуса. Запели десять тысяч труб, но даже звуки фанфар утонули в едином реве боевых рогов титанов. Следом появились недостающие лорды из Верховных Двенадцати, однако народ встретил их без особого энтузиазма.
— Жители Терры! — вскричал Тейн.
Вокс-устройства его брони уже подключили к гигантским динамикам системы оповещения, поэтому голос воина прогремел над Полями с поистине апокалиптической мощью. В ответ люди заорали еще громче.
— Молчать! — приказал Максимус.
Команда умчалась вдаль, и эхо из бессчетных источников повторило ее над поверхностью мира. Еще до того, как умолк последний отзвук, воцарилась диковинная тишина — сотня миллиардов зрителей затаили дыхание. Ветерок, трепавший пергаментные ленты и табард Тейна, вдруг задул сильнее, но тут же стих. Подняв руку, магистр ордена отсоединил шлем от гибкого герметичного ворота, обнажил голову и вдохнул нефильтрованный воздух Священной Терры.
Тот оказался затхлым от чрезмерного использования.
— Сегодня я пришел к вам, чтобы сообщить о великом триумфе! — продолжил Максимус. — Орки с Улланора сокрушены. Их вожаков больше нет. Их штурмовые флоты уже беспорядочно атакуют друг друга. Империум спасен!
Народные массы исторгли нечто среднее между воем и восторженным ревом. Воздушная волна их выдоха опять накатила на космодесантника. Тейн поднял руку — гигантские двойники на неисчислимых пикт-экранах повторили его жест — и не опускал, пока толпа не умолкла вновь.
— Вся наша раса подошла к краю пропасти. Угроза висела над само́й Священной Террой. Мог погибнуть Император!
Магистр ордена обвинительно указал рукой в направлении Дворца, умышленно охватив жестом далекий купол Великого Зала заседаний Сенаторума Империалис. Пусть же Верховные лорды думают, что Максимус обвиняет их, поскольку так оно и есть.
— Владыка всех людей, который вывел человечество из тьмы Долгой Ночи; построил Империум, где проживает каждый из нас; пожертвовал всем, чтобы уберечь свой народ, и по сей день восседает в мучении бесконечном, защищая нас... Он находился в опасности и под ударом, ибо мы подвели Его! Этого не повторится, говорю я. Больше мы не допустим подобного!
Тейн уже кричал:
— Второй раз за год я участвую в таком параде! В первый раз, девять месяцев назад, все мы поспешили. Даже на пике угрозы нас не покидало благодушие. Но сейчас мы отмечаем истинную победу!
И снова раздался вой целой планеты, нации из миллиардов людей, освобожденных от страха и пришедших в экстаз. Спустившись к одру, Максимус с лязгом вытащил из ножен Клинок Дорна, Меч-с-Севастуса. Дневной свет, потускневший в слое выбросов, словно бы очистился, блеснув на кромке оружия. Преломившись в призматическом затыльнике, грязно-серые лучи вспыхнули радугой.
Тейн опустил силовой клинок в треске разрядов, усиленном динамиками до божественной мощи. Раздробив грубый горжет доспеха, меч рассек бычью шею орка. Быстрыми показными движениями Максимус прокрутил оружие, стер с него кровь и вернул в ножны, после чего обеими руками поднял отрубленную башку чужака. Над прижженной раной заструился дымок. Воздев трофей над головой, воин ощутил резкий холод испаряющегося металона, который предохранял тушу от разложения.
— Зверь лежит мертвым, Империум живет. Ave Imperator! Восславьте же господство Человека!
Максимус Тейн, магистр ордена Имперских Кулаков, швырнул башку фальшивого вожака с верха трибуны. Брошенная могучим космодесантником, она перелетела через край возвышения и вдребезги разбилась о брусчатку Полей Крылатой Победы в нескольких десятках метров внизу.
— С правлением Зверя покончено! 
  
ГЛАВА 2
  
Наследие Малкадора 
Пробраться в Уголок Сигиллита через Императорский Дворец было непросто. Древнее убежище скрывали здания, возведенные в последующие века. Однако Виенанд с наслаждением проделала извилистый маршрут до потайного сада, поупражняв и голову, и мышцы. После третьего штурма Улланора инквизитор постоянно нервничала, поэтому обрадовалась возможности отвлечься.
Нырнув под арку, покрывшуюся паутиной трещинок от тяжести верхних построек, Виенанд вошла в Уголок. Тот выглядел так же, как и в день ее прошлого визита; впрочем, как рассудила гостья, здесь уже сотни лет ничего не менялось. Все тот же унылый, сиротливый закуток, до которого она проследила Вангорича несколько месяцев назад. Очень уединенный и весьма тихий дворик обладал многими достоинствами в качестве помещения для медитаций и секретных встреч, но инквизитору хватало ума сообразить, что магистра ассасинов тянуло сюда и по другим причинам. Хотя Виенанд не представляла, заглядывал ли в это угрюмое местечко сам Малкадор, громкое имя Регента привлекало сюда людей, жаждущих власти.
Ей нельзя забывать о честолюбии Вангорича.
Тот пришел раньше и, не прячась, читал на расколотых бревнах в центре сада.
— Если над башней Филона курится красный дымок, Дракан Вангорич желает со мной повидаться, — беззаботно произнесла инквизитор.
Скрипя подошвами по запыленному гравию, она подошла к скамейке. Терранские биомы находились в таком плачевном состоянии, что за тысячу лет обрубки древесных стволов даже не подгнили, а только сморщились и деформировались. Прекрасная наглядная метафора нынешнего состояния Империума.
Вангорич закрыл книгу, встал и поклонился. Он снова облачился в монашескую рясу, которую носил до нападения на Терру. Глядя на одежду ассасина, женщина удивленно наморщила лоб.
— Виенанд! — воскликнул он с явным удовольствием. — Рад, что ты пришла.
— Не знаю, как отнестись к твоему новому образу, Дракан. Зачем тебе такой смехотворный наряд?
Магистр убийц оглядел себя:
— Этот? Он создает атмосферу религиозности, общинной жизни. Разве нет?
— Думаю, под ним можно спрятать больше оружия. Ты не святой старец.
— Понятия не имею, о чем ты, моя дорогая Виенанд. Я стремлюсь к праведности. Слишком многие люди считают меня легкомысленным, так что пора мне стать серьезнее.
Инквизитор нахмурилась:
— Давай без «моих дорогих», Дракан. Сколько бы ты ни изображал привязанность, все равно убьешь меня без раздумий, если сочтешь, что так надо. У ассасинов не бывает друзей.
— Ты мой друг, Виенанд.
— Да уж, хотелось бы верить.
На долю секунды он перестал улыбаться:
— Значит, моя ряса тебе не нравится?
— Костюм тебе больше идет. Все, пора к делу. Чего ты хотел, Вангорич?
Дракан указал на скамейку, и оба уселись.
— Война окончена, однако борьба еще продолжается, — начал великий магистр. — Орков оттеснили, и человеческие миры вправе восхвалять освободителей, но мы с тобой знаем, что главная угроза Империуму — не зеленокожие, а...
— Верховные лорды, — устало сказала Виенанд.
— Верховные лорды. Запутанная проблема. Я бы предпочел разбираться с орками.
— Шутливый ты человек, — заметила инквизитор.
— Спасибо. Так вот, с кризисом удалось бы покончить гораздо раньше, если бы не раздробленность имперского правительства. У нас под ружьем миллиарды людей, сотни тысяч космодесантников, легионы титанов, боевые флоты. И что с ними случилось? Рассредоточенные и лишенные командования, они незаконно служили чьим-то личным интересам и замыслам. Как только началась катастрофа, их атаковали и истребили поодиночке. Будь у нас более эффективное руководство, пришествия Зверя вообще бы не произошло. Сколько раз мы повторяли одни и те же ошибки? Три лобовых наступления на Улланор... Я не стратег, но скажи: неужели мы поступали разумно?