Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов (СИ)

— Ты⁈ — взревел он.
Я живо представил, как побагровела его шея, а сердце закололо длинной острой иглой. Так ему и надо.
— Он самый, — сказал я. — Вы пытались меня убить. Прямо как ваш сын. Я этого не прощаю.
Воронцов в трубке громко пыхтел, слушая, что я скажу дальше.
— Но временное перемирие заключить могу, — продолжил я. — При условии, что Мыс теперь будет принадлежать мне.
Алексей Петрович хрипло расхохотался.
— Ты, щенок! Ставить условия ты можешь своей безродной матери, а не графу Воронцову! — закричал он в трубку.
Я даже так почувствовал, с каким жаром полыхает его седалище.
— Ты не знаешь, кто я, а позволяешь себе бросаться такими словами, — холодно произнёс я. — Непозволительная ошибка для аристократа.
— Это ты не знаешь, кто я! — рявкнул Воронцов.
— Нет, это я прекрасно знаю. Ты — престарелый ублюдок, возомнивший себя хозяином жизни, — сказал я. — Синий маг, кажется, Пятого ранга. Посредственность, если сравнивать с лучшими.
Он снова злобно пыхтел в трубку. В моих словах не было ни слова неправды.
— Где ты сейчас? — прошипел он. — Я лично приеду и уничтожу тебя. Клянусь своим даром.
Заманчивое предложение, но нет. Сейчас я не готов драться со всеми магами Воронцовых и его мини-армией. Верить в то, что граф приедет один, не стал бы даже трёхлетний ребёнок.
— Неважно, где я, важно, что я собираюсь делать дальше. Я сам к тебе приду, обещаю, — сказал я. — Нечего утруждать старческие кости походами по злачным местам.
Я отвернулся от трубки, прикрывая её ладонью.
— Пацаны. Хватайте всё, что посчитаете нужным. В сейфе пошарьте, — сказал я. — Скоро тут будет жарко.
Андрей, Паша и Лёха синхронно кивнули, словно выходя из оцепенения, начали со скоростью электровеников шарить по полкам, ящикам и шкафам, не обращая внимания на протестующие возгласы и угрозы Серёги.
Грабь награбленное.
Я снова вернулся к телефонному разговору.
— Алексей Петрович, чтоб вы знали… Петруша перед смертью молил о пощаде, — сказал я.
Ответом мне стало невнятное рычание, а потом звонок резко оборвался. Кажется, граф метнул телефон в стену. Ну, он может себе это позволить.
Номерок я на всякий случай записал.
— Иван Василич, тут сейф! — окликнул меня Андрей.
— Сергей Ильич, ваш выход, открывайте, — приказал я.
— Ты покойник, ты понял? — Серёга Масло упорствовал, как баран, до сих пор не понимая, кто тут сейчас главный.
— Ладно, придётся самому, — вздохнул я, приближаясь к сейфу, спрятанному за репродукцией картины с какой-то жопастой барышней.
Сейф был с электронным кодовым замком. И пароль Серёга, скорее всего, не выдаст даже под пытками. Значит, настало время применить грубую силу.
На всякий случай я поглядел на него иным зрением, железный ящик предстал в виде упорядоченных энергетических структур, среди которых я мог различить замок и петли. Совсем чуть-чуть магии, и дверца просто повисает на засове, так, что я просто снял её и поставил на пол, любуясь результатом своей работы. Там, где раньше были петли, теперь была ровная и гладкая поверхность.
Серёга обречённо вздохнул, глядя, как я вынимаю из сейфа пачки денег, бумаги в тонких папочках и большой чёрный пистолет.
— Ого, вот это волына! — воскликнул Лёха.
Все трое уже набили сумки Серёгиным барахлом.
— Вы все покойники, ясно вам? — прошипел он.
Серёга так и продолжал сидеть на полу, баюкая искалеченную кисть, но это не мешало ему брызгать ядом, источать угрозы и предупреждения. Паша, заслышав очередной пассаж про то, как нас всех отправят купаться в Туре с забетонированными ногами, не выдержал, подскочил к Серёге и с размаха двинул ему в челюсть.
Тот рухнул ничком, сплюнул кровь, поднялся обратно. Паша двинул ему ещё.
— Уходим, парни, — сказал я. — Пора.
— А с этим что делать? — спросил Паша.
Оставлять Серёгу в живых было глупо и небезопасно. Убивать беспомощного и бессильного врага было бесчестно. А я хоть и не аристократ, всё же руководствовался законами чести, накрепко вбитыми с детства.
Я присел на корточки рядом с Серёгой. Тот с ненавистью уставился на меня, как на того, кто разрушил дело его жизни, вломился в его дом и причинил столько вреда, сколько не причинила бы даже тварь из пустошей.
  
— Жить хочешь, Серёга? — ровным тоном спросил я.
Что-то в моём голосе подсказало ему, что сейчас лучше не бросаться угрозами и не пытаться вывести меня на конфликт. Он молча сглотнул и кивнул, часто-часто заморгав. Похоже, спокойный тон напугал его гораздо сильнее, чем любые пушки у виска или магический огонь, поджаривающий пятки.
— Да вальнуть его надо, — высказался Лёха.
Паша и Андрей смотрели на меня, ожидая моего решения.
— В последний раз предлагаю. Работай на меня и останешься жить, — медленно произнёс я. — Или оставайся с Воронцовым и полетишь на дно вместе с ним.
Лишняя кровь мне ни к чему.
— Иван Василич, да он же кинет вас! — воскликнул Андрей.
— Если попытается, я узнаю об этом раньше всех, — сказал я. — Я всё вижу.
Серёга вздохнул, словно сдувающийся воздушный шарик, понуро опустил голову.
— Ладно… Я… Согласен, — тихо сказал он, понимая, что выбора у него нет.
— Вот и славно, — произнёс я. — Только не забывай. Я всё вижу.
— Уходим? — спросил Паша.
— Уходим, — сказал я, поднимаясь на ноги и подхватывая сумку с награбленным.
— Там… Собаки… — напряжённо спросил Серёга, глядя на меня.
— С ними всё в порядке, не переживай, — сказал я.
Масло облегчённо прикрыл глаза. Беспокоится за своих питомцев, значит, всё-таки есть в нём что-то хорошее.
И всё же я ему не доверял. Власть, основанная на страхе, держится не так крепко, и хотя запугал Серёгу до усрачки, рано или поздно он найдёт способ меня кинуть. Это значило, что его надо менять в самое ближайшее время. На кого-то более лояльного.
Мы с пацанами спустились вниз, вышли во двор. Овчарки по-прежнему мирно спали, и мы без проблем вышли на улицу, закрыв за собой калитку.
— Иван Василич, а почему вы сразу не сказали, что вы маг? — тихо спросил Андрей.
— А должен был? — хмыкнул я.
Паша и Лёха задумчиво брели рядом, больше ни словом, ни делом не пытаясь оспорить моё главенство. Мы шли по ночной Тюмени с сумками, никого не боясь. Этот район отныне принадлежал нам.
  
Глава 11
 
Восточный микрорайон, съёмная квартира.
— А-ай! Не надо! Пожалуйста! — истошный вопль здорового, дюжего парня наверняка слышали все соседи, но никто не осмеливался даже высунуть нос в подъезд, не говоря уже о том, чтоб вызвать полицию.
У подъезда стоял чёрный микроавтобус без номеров, и все понимали, что лучше сидеть тихо. Работают аристо.
— Ещё раз спрашиваю, в последний раз, — холодно произнёс юноша в приталенном чёрном пиджаке, подпиливая ногти пилочкой. — Откуда у тебя этот телефон.
«Аврора-15», уже упакованная в прозрачный пакет, лежала на кофейном столике. Телефон Петра Воронцова, неведомым образом оказавшийся в квартире обычного пролетария.
— Ваше благородие! Дозвольте, я ему ещё один ноготь вырву? — спросил у юноши один из сопровождавших его бойцов.
— Не надо! — взмолился парень. — Я клянусь, мне его в парке какой-то тип отдал! Сам предложил!
— Просто так отдал? — фыркнул юноша. — Не верю. Станислав, работайте.
Клацнули плоскогубцы, воздух снова заполнился истошным криком, от которого у всех соседей кровь застыла в жилах. Юноша извлёк из внутреннего кармана носовой платок, приложил к носу изящным жестом. Впрочем, на экзекуцию он смотрел, не отрывая взгляда, испытывая какое-то извращённое садистское удовольствие.
— Говори, сука, — прорычал боец, ещё раз клацнув плоскогубцами у самого носа жертвы.
— С самого начала, — флегматично произнёс юноша. — Что за тип. Где встретили. Как выглядел. Почему отдал телефон.