Великодушные враги (Право на измену)
Она уже готова была сорвать с него камзол, но он схватил ее за обе руки и поднял голову. Стражники уселись рядком на скамье у стены. Они не скрывали своего интереса. Джордж Дуглас устроился на стуле поудобнее. Встретившись глазами с Александром, он понимающе подмигнул.
Итак, сцена была готова, актеры заняли свои места. Очевидно, этот фарс они разыгрывали много раз и знали свои роли назубок. Однако хорошенький полуголый мальчик в постели, сжимавший в руке флягу с вином и целовавший повисшую у него на шее гулящую девку, был не кем иным, как коронованным королем Шотландии.
И ему было всего шестнадцать.
Александра охватило отвращение, а следом за ним — бешенство. В эту минуту он яростно ненавидел Джорджа и Ангуса, Генриха и Вулзи, Лайла… Да, даже Лайла. Он ненавидел всех, кто с выгодой для себя использовал Флодденскую бойню, гибель короля и злосчастную участь этого подростка.
Он возненавидел самого себя, ужаснувшись тому, до чего он едва не дошел в своем навязчивом желании узнать правду об отце.
По-прежнему не сводя глаз с Джорджа, Александр медленно разжал губы в улыбке.
— Я на публику не работаю, — лениво заметил он. — Предпочитаю игру один на один. Говорят, мои таланты в этом случае раскрываются полнее.
Александр обнял женщину, чувствуя, как она в ответ тесно прижимается к нему.
— С вашего позволения, Дуглас, мы с этой девочкой отправимся восвояси. Вряд ли вы станете возражать. Ваши люди, должно быть, уже закончили обыск у меня в комнате.
— Ну конечно, — ухмыльнулся Джордж. — Комната не велика.
Продолжая прижимать к себе женщину, Александр повернулся к королю.
— Благодарю Ваше Величество за столь приятное знакомство. — Он поклонился, не отрывая пристального взгляда от глаз Якова. — Располагайте мною по своему усмотрению… и днем и ночью.
Какое-то мгновение мальчик смотрел на него молча. Потом его ресницы опустились.
— Я пришлю за вами завтра, если захочу немного размяться. А теперь убирайтесь, раз вы такой важный и наша компания вам не по вкусу.
Александр поклонился и вышел. Ему хотелось остаться наедине со своим гневом, но приходилось тащить за собой крепко вцепившуюся в него шлюху. Он жаждал женщины душой и телом, жаждал чистой и нежной красоты настоящей любви. Он тосковал по Джонет.
Вместо этого ему предстояло переспать с продажной девкой, и Александр не представлял себе, как лечь с ней в одну постель. Впрочем, что бы он ни совершил, в одном можно было не сомневаться: завтра к утру Джордж Дуглас получит полный отчет о его действиях. И если он просто пошлет эту Нэн ко всем чертям, Джордж непременно заподозрит, что дело нечисто.
Он ввалился к себе в комнату и замер на пороге. На его кровати сидел Грант, а рядом с ним — один из дугласовских стражей.
Мрачный горец поднялся, завидев Александра.
— Я проделал долгий путь, чтобы доставить важную весть, милорд, хотя, видит Бог, не знаю, как вам и сказать. Речь идет о вашей матери. Она тяжело заболела и просит вас срочно приехать к ней в Дэрнэм.
На какой-то миг Александр замер как вкопанный. Он прекрасно знал, что его мать отделяют от Дэрнэма сотни миль.
— Моя мать? Боже милостивый! — Он выпустил из объятий Нэн и подошел к Гранту. — Что с ней?
— Врачи говорят, надежды мало.
Александр обратился к стражнику.
— Пошлите на конюшню сказать, чтоб седлали мою лошадь. Нэн, любовь моя, — проговорил он, обернувшись, — извинись за меня перед Яковом и Дугласом. Мы скоро увидимся, милая. — Торопливо чмокнув ее в губы, Александр проворно вытолкал шлюху из комнаты вслед за уходящим охранником.
Он закрыл дверь.
— Что все это значит?
Грант пожал плечами.
— Болван караульный ни за что не хотел отпирать мне ворота, вот и пришлось по-быстрому сочинить какую-то байку. Это все, что я мог придумать с ходу. — Он нахмурился. — Мы в беде, Алекс. Твоя барышня в Шотландии.
— Что?
Грант разжал кулак. На ладони у него лежала сережка с рубином, которую Александр сразу же узнал.
— Английский наемник весь день рыскал по городу, спрашивая о тебе. Наши парни, ясное дело, его взяли. Мы нашли вот это, когда обыскали его, но он ни с кем не хочет говорить, кроме тебя. Похоже, он — крепкий орешек, не из тех, что легко расколоть, поэтому я не стал тратить время на уговоры.
— Ну так поехали, — нетерпеливо проговорил хозяин Дэрнэма.
Грант ухватил его за плечо.
— Это еще не все. Секретарь Мэрдока прислал мне письмо. — Он протянул его хозяину. — Слава Богу, Мэрдок в отъезде, я велел ему отдать мне подлинник.
Александр нахмурился.
— Ты же знаешь, я всегда требую только копии. Украсть подлинник — значит…
— Прочти, и ты сразу все поймешь, — перебил его Грант.
Александр взял бумагу.
«Джонет Дуглас в Шотландии. Она путешествует с кучкой торговцев из Йорка и доберется до Эдинбурга примерно в то же время, как вы получите это письмо».
Записка была без подписи, но хозяин Дэрнэма узнал изящный почерк. Он поднял глаза на Гранта, и страшное односложное слово сорвалось с его губ.
— Вот именно, — мрачно подтвердил Грант.
26
Начальник конвоя торговцев из Йорка, рослый, широкоплечий детина, с огненно-рыжей шевелюрой и квадратной, словно высеченной из гранита челюстью, назвался Патриком из Смитфилда. Александр подошел к стулу, к которому тот был привязан.
— Я Хэпберн, — сказал он прямо. — Говорят, у вас есть для меня послание.
Патрик оглядел его.
— Так вы и есть Александр Хэпберн? Я о вас наслышан.
— Многие обо мне наслышаны. А теперь выкладывайте, откуда у вас эта серьга и где сейчас ее хозяйка?
— В надежном месте. Развяжите меня и вытащите из этого проклятого погреба, тогда, может, я вам и скажу.
Александр подошел поближе.
— Говорите сейчас же, а не то и развязывать будет некого! Ясно?
С минуту Патрик размышлял, потом кивнул.
— Девочка в безопасности. Она называет себя Маргарет Росс, но я ей совсем не поверил. Говорит, мол, надо ей с вами увидеться по секрету, чтоб никто не узнал. Она в гостинице «Три монашки», двое моих лучших людей за ней приглядывают. Я с ней обращался почтительно, хоть она и клялась, что вовсе не знатная. — Он усмехнулся. — Врать она совершенно не умеет.
Александр испытал облегчение. Джонет в безопасности. И не иначе как по вмешательству божественного провидения, она попала в честные руки.
— Это верно, врать она не умеет, — согласился он, чувствуя, как маска болезненного напряжения, сковавшая его лицо, падает, сменяясь веселой усмешкой.
Он вытащил кинжал и освободил Патрика от пут.
— Считаю излишним напоминать вам, чтобы вы забыли о встрече с юной леди и о нашем с вами разговоре. Если вы этого не сделаете, я вас разыщу.
Патрик встал.
— Мы умеем держать язык за зубами. Я и мои люди.
Александр кивнул.
— Вам вернут серьгу с рубином и возместят все расходы, связанные с девушкой. Плюс небольшая компенсация за пережитые неудобства.
Начальник конвоя покачал головой.
— Я не беру двойной платы за одну и ту же работу. А вот если вам понадобятся верные люди, могу назвать троих. Вам стоит только попросить.
— Один из них — вы?
— Точно.
— Считайте, что вы уже на службе. Остальные тоже, если вы за них ручаетесь, — с улыбкой добавил Александр. — Ну, а теперь давайте выбираться из этого погреба. Мне он нравится не больше, чем вам. Ставлю всем выпивку, как только мы доберемся до этой вашей гостиницы.
* * *Джонет долго металась от кровати к дверям и обратно, потом, утомившись, присела на грубо сколоченный стул, вместе с кроватью составлявший всю обстановку комнаты. Патрик поместил ее сюда и ушел разыскивать Александра. Он ушел после полудня, а теперь было уже за полночь. Джонет не думала, что он ее бросил, но мало ли что могло случиться! Предоставленная самой себе, она за последние несколько часов успела пережить тысячу воображаемых напастей.