Олигарх 7 (СИ)
В Николаеве строится консервный завод и уже налажено производство стеклотары. Пока консервы будут производится по технологии Усть-Луги, а когда появятся безопасные жестяные банки, то перейдут на них.
Пробные партии консервированных даров моря в Мексике ушли на ура и тамошние жители просят еще.
Моя программа исследований Аляски выполнена, Леонов это дело поручил возглавить молодому, но уже успевшему проявить себя Лаврентию Загоскину, который сразу же организовал изучение долины реки Тишлина и её заселение и освоение русскими колонистами. Леоновсейчас занят организацией продолженияпрограммы исследования Аляски..
Хорошо оснащенные и многочисленные исследовательские партии, посланные им, тщательно обследовали небольшую долину на северном побережье залива Кука образованную уже нижним течением рек Сушитна, Матанушка и Кнык.
Устья этих рек русским уже известны и я знаю немного под другими названиями: Суситна, Матануска и Кник.
Уже обследованная долина небольшая. Она горными системами Аляски защищена от проникновения арктического холода с севера и открыта для теплого ветра с юга.
В залив Кука заходят воды теплого Аляскинского течения и он поэтому не замерзает зимой и отдает тепло своим северным берегам.
В США 21-века это долина Матануска-Суситна. Но Павел Александрович назвал её по-другому: Триречье.И я естественно утвердил именно это название.
Только в Триречье и кое-где на Кенае, возможно ведение продуктивного товарного сельского хозяйства: выращивание зерновых, овса и ячменя; овощей, в первую очередь картофеля и капусты; разведение крупнорогатого скота, заготавливая для него сено. И конечно другую животинку: свиней, овец и птиц.
К моему приезду на Кенае и в Триречье появились первые крестьянские хозяйства. Для них с Камчатки и Калифорнии Леонов привез уже взрослых коров, быков и телят, свиней, овец и различную птицу.
Три хозяйства на Кенае уже успешно перезимовали первый раз и даже получили первых телят и поросят, на деле доказав, что на Аляске возможно заниматься не одним только оленеводством и рыболовством.
В Николаеве меня угостили местными молоком, сметаной и сыром, а на второе подали одно из моих любимых блюд, голубцы, в которых был только один привозной ингредиент —китайский рис.
Леонов сейчас среди местных на Аляске почти Бог. Ему удалось заключить настоящий мир с тлинкитами или калошами, так их называли русские. Русско-тлинкитская война начала века завершилась заключением перемирия. Тлинкиты, потерпели военное поражение, но перемирие 1805 года, заключённое между Катлианом, вождем могущественного тлинкитского клана киксади и Барановым без соблюдения тонкостей «индейского протокола», тлинкитами не признавалось. Из-за этого периодически происходили кровавые стычки с русскими.
Когда мы обсуждали этот вопрос, то Павел Александрович сказал, что местным надо идти на большие уступки. Тем более, что в стратегическом плане мне пушной промысел был по барабану и это было то, чем я мог пожертвовать совершенно безболезненно.
Русские артели, состоящие в основном из местных:алеутов, кадьякцев, кенайцев и чугачей, вели бесконтрольный промысел калана и разрушали привычный образ жизни тлинкитов. При этом торговые отношения с индейцами были развиты крайне слабо. Наших зверопромышленников интересовала не торговля с «краснокожими», а лишь забой зверя в максимально возможных объемах и вывоз добычи в Россию.
А вот англичане и американцы, в отличии от русских, сами шкуры каланов не добывали, а скупали их у тлинкитов. Причем объёмы торговли были намного больше, чем добывали их русские артели.
Кроме экономических причин русско-тлинкиской вражды были и культурно-идеологические. Русские поселенцы надо честно сказать, не раз и не два вызывали ярость индейцев своими приставаниями к их женщинам. Иногда дело доходило до изнасилований. Кроме этого Российская Американская компания привела на земли тлинкитов их заклятых врагов, алеутов, кадьякцев и в особенности кенайцев и чугачей.
Мой приход на Аляску поменял силовые правила игры. Наши пароходы конечно уступали в количестве стволов некоторым англичанам и американцам. Но их мореходные качества, а самое главное команды, укомплектованные опытными русскими моряками имеющими опыт морских баталий, нивелировали это превосходство. Вдобавок ко всему мы почти всегда начали ходить парами. Кроме этого, при возникновении любых проблем на суши, сразу высаживался многочисленный десант.
Но самым главным, что коренным образом изменило ситуацию, было изменение экономических правил игры. Наша компания установила такие закупочные цены и предложила такой ассортимент товаров, что англичанам, а самое главное американцам, осталось только одно занятие: нервное курево бумбука в кустиках.
Конечно мне пришлось достаточно серьезно поступиться своими принципами и разрешить торговлю с тлинкитами спиртным. Но для них это был принципиальнейший вопрос и мне пришлось уступить.
Вишенкой на торте было наше согласие на запрет промысла во владениях тлинкитам абсолютно всем кроме них самих. И мало того, они потребовали во время переговоров нашего обязательства силовым путем пресекать нарушения этого запрета другими, в первую очередь американцами и затем англичанами.
На таких условиях Леонов от моего имени заключил мир со всеми вождями тлинкитов и это было сделано с соблюдением всех индейских процедур. Безобразия в отношении индейского женского пола были пресечены еще до моего появления и Павел Александрович в этом вопросе только подтвердил, что мы будем жестоко наказывать за это.
Уже в мое отсутствие Павел Александрович сумел организовать массовое оспопрививание среди местного населения Аляски. В итоге известной мне страшной эпидемии оспы начавшейся на Аляске в 1835 году похоже вообще не случится.
Опасения барона Врангеля и его заместителя Адольфа Карловича Этолина, которые всерьез опасались убытков компании в результате резкого роста затрат на покупку шкур каланов, оказались в итоге беспочвенными.
В Европе, а особенно в Америке предложения каланов резко сократилось. В итоге цены прилично взлетели, а выгодоприобретателем оказалась наша компания. Наши меры сработали очень быстро и мы оказались монополистами в этом деле.
Англичан третировать я не стал, они мне сейчас очень необходимы в качестве союзников в предверии назревающего столкновения с США из-за Техаса и на Великих Равнинах, где мы однозначно поддержим индейцев.
Поэтому я предложил Компании Гудзонова Залива небольшую квоту на закупку каланов и поручил Леонову договорится с ними и по заготовкам другой пушнины.
Поступаться своими интересами не пришлось как говорится от слова совсем. Англичане, в отличии от нас, больше интересовались промыслом бобра, промыслом которого наша компания практически не занималась. Поэтому мы предложили ми вариант соглашения, где ключевым был наш полный отказ от заготовок бобра.
В этом вопросе я конечно действовал совершенно наверняка и беспроигрышно. Промысел любого пушного зверя на бескрайних просторах Северной Америке и России со дня на день начнет умирать по естественным причинам и звероводство уже появилось в Европе и США. Но я этим делом не хочу заниматься принципиально.
Наша деятельность по ограничению промысла калана привела не только к росту цен, но и неожиданно вызвала появление десятков звероферм в Америке и Европе.
Глава 17
Большой, ровный и бесплодный мыс, разделяющий Северный и Южный рога губы, по мнению Леонова, идеальное место для создания нашего опорного пункта для освоения Триречья. Павлу Александровичу удалось установить отличные отношения с кенайцами, коренными жителями этих мест, гарантировав наше полное невмешательство в их жизнь.
— Это место как будто создано для города, — говорил мне Леонов, когда мы стояли на краю мыса, обозревая открывающуюся перед нами панораму. — Видите? Ровная поверхность, защищённая от ветров горами, удобный выход к заливу. Здесь можно построить большой порт, склады, жилые кварталы.