Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ)

– А если не получится?
– Попробуешь снова.
Тут я задала, пожалуй, один из самых глупых вопросов:
– А если вообще‑вообще не получится? Не активируется?
– Ты сначала попробуй. Зачем тебе эти «если»?
Я состроила невольную гримасу – вот же мужчины! Могу я хоть раз за вечер отключить рациональность и пострадать?
– Давай, – снова подтолкнул Дрэйк.
Спиной я ощущала жар его тела, поза была неоднозначной.
  
Но не важно. Зажмурившись крепче, я нырнула в ставшее привычным состояние – смотрела на этот мир, на все предметы, как на сгустки энергии разных сортов. В моих глазах шар родового артефакта утратил свою монолитность, я даже различила то самое ядро.
А потом, повинуясь выданной мне короткой инструкции, призвала магию. Невзирая на мой внушительный уровень, проявилась жалкая крупица. Она зависла на кончике указательного пальца, и именно её я отправила в полёт.
Я щёлкнула ногтями и сосредоточилась на траектории. Сначала искра пыталась улететь в район потолка, но передумала и, ведомая моим вниманием, впечаталась в шар. Короткий удар сердца, и блестящая шпунька вошла чётко в ядро.
Я радостно подпрыгнула, а в следующий миг меня швырнуло вверх. Кажется Дрэйк пытался ухватить за ногу, но безрезультатно.
Я выпала из реальности – мир поплыл, превращаясь в нечто туманно‑белое. Словно в воздухе молоко разлили. Словно…
– Кто это у нас? – грянуло поблизости.
Голос был мужским и потусторонним. Принадлежать человеку точно не мог.
У меня появился новый призрак, или… Со мной говорит артефакт?
– Хм… – продолжил голос. – Любопытно.
Пауза и сокрушительное:
– Но ты не Алексия!
Возникло крайне неприятное ощущение, что меня просматривают насквозь. Я стала как бабочка на стекле! Как пациент, которого зафиксировали возле аппарата рентгена!
– Хм… Я помню Алексию, она ко мне приходила. У тебя её тело, но ты… – И подтверждение вердикта: – Нет. Не она.
Очень невовремя вспомнилась история о предке Алексии, которого пытались казнить. О том, как этот же артефакт вмешался, жёстко перебив все планы. А ведь ему противостояли правящие и вся карательная имперская система!
Ох‑ох, во что же я влипла? Сейчас ещё решит, что это я настоящую Алексию убила. Прихлопнет так, что никакой Арти не спасёт.
Мне точно следовало объяснить. Но что‑то мешало, язык не слушался. Словно мы в какой‑то односторонней системе – словно говорить и делать выводы может только он.
Моё жалобное «спасити…» промелькнуло лишь в мыслях, а потом…
– Я тебя не выдам. В тебе наша кровь, а душа… Душа тоже, знаешь ли, интересная. Я призн а  ю тебя Алексией Рэйдс и, ввиду отсутствия других потомков, главой рода. Но ты, новая Алексия, постарайся. Я не хочу снова впасть в беспамятство. Это неприятно.
Всё сделаю! – попыталась ответить я.
Только артефакт ответа не ждал. Вместо этого весь окружающий туман стремительно метнулся ко мне и заключил в кокон. Секунда, и кокон завертелся со скоростью спятившей карусели. Я ощутила то ли боль, то ли щекотку по всему телу, а в финале что‑то обожгло предплечье левой руки.
Я ахнула, но крикнуть, опять‑таки, не смогла.
Зато рухнула вниз – оказалось, всё это время меня держали под потолком, а он был высоким.
Я падала спиной. Мелькнуло понимание, что развернуться не успею, сгруппироваться тем более, и что прощай позвоночник.
Но страшного не случилось, меня подхватил Дрэйк.
Высокий лорд сделал это быстро, с какой‑то особой ловкостью и силой. Правда прижал так, словно облапал. Но не важно. Прямо сейчас мне было абсолютно плевать!
Я смотрела на родовой артефакт… Он не только ожил, но и изменил форму – превратился в подобие ледяного цветка, над которым мерцали искры. Мерцание было тусклым, и Эрон прокомментировал:
– Род пока слабый, это видно по состоянию артефакта. Но мы исправим.
Рука Дрэйка в этот момент, как‑то не совсем в тему, прошлась по моей груди.
Вот тут я уже возмутилась, но меня вовремя поставили на пол и потребовали показать предплечье. Дрэйк знал, что в этом тумане‑коконе меня что‑то обожжёт?
Одарив спасителя строгим взглядом, я справилась с застёжкой манжета и подняла рукав, чтобы обнаружить на коже небольшую серебристую татуировку. Это был схематичный цветок, слишком похожий на тот, который мерцал теперь посередине родового хранилища.
– Мм‑м… – подал голос подлетевший ближе Эрон. – Поздравляю.
– С чем? Что это значит?
– Артефакт признал тебя главой рода, – объяснил недовольный вмешательством деда лорд. – Отметка – дополнительное магическое подтверждение.
Только сейчас я поняла, что всё это время боялась дышать.
– Кстати, Дрэйк! – встрепенулся Эрон. – Смотри как интересно получается. Алексия активировала артефакт, причём сразу, с первой попытки. И артефакт тут же, без всяких испытаний, признал её главой. Значит она соответствует всем требованиям, и вопрос недееспособности тоже отпадает.
Новость? И да, и нет.
Высокий лорд глянул недобро, а Эрон добавил:
– Сообщишь куда следует? Ты всё равно постоянно к ним мотаешься.
Тут Дрэйк не выдержал и возмутился:
– Я у вас что, посыльный?
– Нет, конечно! Ты – правая рука императора. Лучший из лучших! Самый сильный, благородный, умный… – В дедушке снова включилась троллья жилка. – Да и лицом, скажем прямо, не урод.
Я была серьёзна, но в этот момент прыснула. Просто с таким чувством, с таким невероятным артистизмом Эрон всё это сказал.
– Конечно не урод, – парировал рыжий. – Твоя ж порода. А пошёл бы в бабку – был бы красавцем.
– Ну, это было бы слишком. В мужчине должны быть небольшие недостатки.
Насчёт небольших дедушка, конечно, загнул.
Я прекрасно помнила грубые подкаты, которым только что подверглась, но, глядя на оживший артефакт, решила не париться. Было и было. Дрэйк либо почву прощупывал, либо хотел задеть.
Да, он в некотором смысле привлекал, но я ещё не растеряла разум, чтобы впечатляться подобными экземплярами. О любовном интересе речи не шло тем более – не хочу быть очередной сохнущей по высокому лорду дурочкой.
Я в принципе сохнуть не хочу.
Я хочу жить, развиваться и цвести! Если влюбиться, то только в хорошего, подходящего по всем параметрам человека. В кого‑то менее себялюбивого и брутального. Менее властного и более…
– Алексия, – выдернул из этих размышлений Дрэйк.
Я встрепенулась. Потом посмотрела вопросительно и догадалась поблагодарить:
– Лорд Дрэйк, ваша помощь бесценна.
– Именно. – Уж чем, а лишней скромностью собеседник не страдал. – Хорошо, что ты это поняла.
– Это даже я понял, – вклинился Эрон. – Но знаете, детишки, пора бы и поспать.
На последней фразе призрак очень смачно зевнул. Растянул рот так, что утратил плотность и я увидела соседнюю стену. Глаза сразу начали слипаться, на меня навалилась вся усталость мира.
Дрэйк отреагировал гораздо спокойнее. Посмотрел на деда, на активированный родовой артефакт, на меня… И приказал:
– Идём.
Мы пошли.
Едва выбрались из хранилища, стена вернулась на место, прочно запечатывая сокровищницу рода. Я порадовалась, зато там, дальше… По возвращении в основной, заполненный рассортированным хламом подвал, Дрэйк выкинул удивительный финт!
Не успела я сказать «мяу», как этот… хороший человек подошёл к панели управления нашей охранной системой и, ловко проколов палец, оставил кровавый отпечаток. У меня рот от такой наглости и скорости приоткрылся. Вот только…
Пух! Панель этот оттиск сожгла.
Вспыхнуло так ярко, так красиво! А Дрэйк…
– Надо же, действительно сжигает.
Стоп. Откуда он знает? То есть в моём доме всё же есть шпион?
  
Только сил разбираться прямо сейчас не было. Ещё меньше хотелось пускаться в новые разговоры с Дрэйком. В итоге я сказала прямее некуда:
– Ваша светлость, вы к двери‑то проходите.
– Конечно, Алексия, – хмыкнул он. – Ведь мне ещё про твой изменившийся статус «куда надо» сообщать.