Одесса. Живая. Улыбка Бога (СИ)
- Потихоньку..., - кивнул я и внутренне расслабился. Поведение парня мне определенно импонировало. Да и присутствие среди них брата Столярова снимало много вопросов..., - с чем пожаловали, господа выживальщики?
- Познакомиться, обменяться информацией, наладить связь и, возможно, договориться о совместных действиях, - лаконично сообщил Ковальский.
Что ж, вполне разумные цели.
Пока Паша поил бойцов Ковальского кофе, завтракать они отказались, я рассказал Алексею краткую историю нашего здесь появления. Мы прошлись по базе, посмотрели, как организована охрана и размещение колонистов. Я думал, что выживальщик поведает в ответ свою историю, и я узнаю, наконец, ответы на интересующие меня вопросы по их снаряжению, но Ковальский неожиданно выдал:
- Шмидт, есть предложение. Мне кажется, что действовать нам дальше предстоит вместе, но, прежде чем что-то планировать, я хочу пригласить тебя к себе. Возьми пару человек, и поехали. Наша база безопасна и хорошо укреплена. Здесь рукой подать, полчаса езды, не больше. По пути расскажу, как оно было с нами... Людей у нас, конечно, поменьше, но, поверь, мы тоже чего-то стоим...
Парень широко и безмятежно улыбнулся, вздохнул полной грудью чистого, насыщенного солью морского воздуха, посмотрел на пестрые облака на светло-голубом небе, посерьёзнел и продолжил:
- Кстати, за вчерашний день со стороны Одессы к нам не добралось ни одного человека. Мы специально выставили пост, чтобы перехватить и спасти как можно больше людей, но, увы... От города вчера пёрли только зомбаки. Некоторые из них, - Алексей внимательно посмотрел мне в глаза, - были с прижизненными пулевыми ранениями... А потом и они закончились. Странно, согласись... Хочу немного в направлении Одессы от нашей развилки прокатиться, глянуть, в чём дело. Вы с нами?..
Я колебался недолго. Интерес к тому, что происходит вне нашей базы взял вверх, к тому же Фауст и Гоблин предложение выживальщика поддержали. Так что в автоколонну легионеров, выехавшую в сторону погибающего города-героя, влился и Круизёр Леры с ним самим, Гоблином и Серегой СС на борту. А мне Ковальский предложил поехать вместе с ним в передовой машине. Я согласился, рассчитывая поговорить...
Дорога стала свободней, Лариса юркнула обратно на заднее сидение и принялась умело восполнять истраченные боеприпасы. Хаммер прибавил в скорости, Ковальский закрыл люк, немного расслабился и продолжил:
- На самом деле наёмников, зарабатывающих военной службой за рубежом, а легионеры - это те же самые наёмники, в Украине, да и в Одессе достаточно много... Страна у нас такая, постоянная эпоха перемен... Если серьезно, то всё началось с подачи моего отца. Вернее сказать, он просто спрятал меня в Легионе. Мой батя долгое время работал в минтрансе. Не единожды занимал пост замминистра, хотя и говорят, что в одну реку нельзя зайти дважды... Когда надо было, отец освобождал место и уходил с понижением, но никогда не был на должности ниже начальника департамента. По-разному в те годы было, но, в отличие от многих, отец действительно умел быть 'нужным' человеком. Хотя сам шутил, что людей незаменимых не бывает. Ты же знаешь, как часто у нас тогда менялся состав кабмина... А кто только министром транспорта у нас не был, помнишь?..
Я подтвердил. Такое, что творилось в нашей стране, забудешь, как же...
- ...Отец сумел при всех этих хаотических изменениях, сменах векторов развития государства, как модно было тогда говорить, спокойно себе работать и 'решать' вопросы, которые без него никто не мог сдвинуть с места. Одним из таких вопросов, как я уже потом узнал, был дерибан 'пирога' ЧМП, Черноморского морского пароходства. Ты ведь слышал об этом?...
Конечно, я слышал! Кто в Одессе не знает о краже века в нашем регионе? Всё равно, что в Москве украсть мавзолей Ильича. Вечером он был, а утром его уже нет... С учетом того, что тысячи одесситов потеряли работу и вынуждены были уйти работать в чужой флот, конечно, мы заметили исчезновение ЧМП! Одной из самых крупных в мире судоходных компаний, в которой на момент распада Союза насчитывалось более трёх сотен судов! Превратившаяся за время независимости в обанкротившееся предприятие с всего двумя! вымпелами, один из которых, к тому же, стоял под арестом в Турции. Колоссальные деньги за разворованный флот и другое имущество пароходства бесследно исчезли в карманах, как обычно, неустановленных следствием, но очень хорошо известных одесситам лиц...
- Не буду скрывать, - рассказывал тем временем Алексей, - сейчас это бессмысленно... Отец тогда тоже получил солидный куш за содействие в выводе флота под 'чужой флаг'. Как говорят американцы, первоначальное накопление капитала всегда граничит или напрямую связано с криминалом... Естественно, тогда я об этом ничего не знал. Всё вылезло наружу, когда отца убили. Видимо, он почувствовал, что ему угрожает реальная опасность, что его партнеры начали 'зачищать' хвосты... Незадолго до своей гибели отец вдруг отправил меня в Германию, к какому-то давнему другу. Погостить, блин. На Европу посмотреть... А потом, совершенно внезапно, устроил меня в Легион. Это только обыватели думают, что в развитых странах нет коррупции. Глупость! Она там просто другого уровня! На самом деле, большие деньги и весомые связи решают практические любые вопросы. Везде! Я, конечно, вначале посопротивлялся такому неожиданному требованию отца. Я же тогда не догадывался, что он просто хочет спрятать меня от опасности... А потом начитался хваленых отзывов о Легионе, да и некая авантюрность во мне всегда присутствовала... И согласился! Все вступительные испытания типа бега, приседаний, медосмотра и собеседования я прошел легко, хотя и чувствовал при этом пристальное внимание и опеку безымянного куратора из офицеров Легиона. Кстати, тоже явно из бывших 'наших'. Он встретил меня во Франции перед пунктом вербовки и сопровождал фактически везде до момента официального зачисления. Мне даже приходило в голову попробовать завалить один из вступительных экзаменов, чтобы убедиться в том, что это не сыграет никакой роли при моем поступлении. Но этот военный меня удивил! Он как почувствовал мои намерения, потому что в тот же день провел среди меня разъяснительную работу о недопустимости саботирования испытаний. Отпрофилактировал, как сынка!.. В общем, в Легион я попал. Четыре месяца учебки, затем служба в боевой части, а потом... А потом я узнал, что отец уже несколько месяцев как погиб. ДТП! Огромный КамАЗ тупо смял автомобиль родителей, и охрана не помогла... А водитель, конченый наркоман, умер в СИЗО буквально через пару дней после аварии...
- Понимаю, что это сейчас может прозвучать глупо, - сказал я, потому что Капрал погрустнел и замолчал, - но смерть родителей всегда ложится незаживаемым шрамом на душу любого нормального человека. Мне жаль, Алексей... Прими мои соболезнования. А чего же ты так поздно узнал об этих событиях?
- Девиз Легиона 'Legio Patria Nostra', 'Легион - наше отечество', - ответил, пожав плечами Алексей, - и для того, чтобы вбить в голову каждого легионера этот лозунг, первые пять лет службы контакты с внешнем миром крайне ограничены и жестко контролируются... Так что сделать я ничего не успел. И даже когда узнал о родителях, то просто всё бросить и вернуться домой я уже не мог. Чертов контракт! Мне оставалось служить совсем немного, я был уже шеф-капралом, откуда и позывной, когда нас перекинули в Индонезию. Помнишь, две тысячи четвёртый год, когда там цунами было? Мы привезли, а потом охраняли 'гуманитарку' ООН. Страшное зрелище. Тогда я и прозрел. Игорь! Ты только вдумайся, от катастрофы там погибло более двухсот тысяч человек! Короче, плохо там было. Плохо и страшно. Мародеры, вонь от тысяч гниющих трупов. Там вообще от инфраструктуры ничего не осталось. Дороги разбиты, канализация и водопровод не работают, медицина на уровне шамана с бубном вместо анестезии и антибиотиков... Вот тогда-то я и задумался над тем, что может случиться со мной, с моей семьёй, детьми, в конце концов, если произойдет какой-нибудь катаклизм, а я не буду к нему готов... И я понял, надо готовиться! А для этого завязывать с Легионом и возвращаться домой... И когда контракт закончился, я не стал его продлевать, а вернулся назад в Украину.